И остался только пепел
— То есть их на самом деле нет?
— Обыкновенный морок, — пожал плечами маг.
Исха хмыкнула. Она-то такого не умела. Морок никак бы не помог в лечении больных людей, так зачем такого рода чары могли бы ей понадобиться?
— Но есть один недостаток, — добавил он.
Исха вопросительно подняла бровь.
— Обернись!
Точно за спиной ведьмы на стене висело большое зеркало в позолоченной раме. Она еще раз взглянула на себя, затем перевела взгляд на собеседника, который был все так же безупречен. Но без малейшего намека на рога, а ноги были обычными человеческими — в черных кожаных сапогах.
— Отражения всегда расставляют все на свои места, — заметил он. — Поэтому морок — не очень надежная маскировка. Но ведь сегодня мне не нужно прятаться.
— Сегодня? — переспросила ведунья.
Собирался ли Веренир что-то ответить, Исха так и не узнала. Один из входов в зал широко раскрылся, и внутрь вошел Тройтан, держа под руку Медику. Князь занял место посреди отдельно стоящего стола. По правую руку от него расположилась мать его будущего наследника с уже очень заметным животом. Все присутствующие стали поспешно рассаживаться.
Веренир жестом пригласил Исху за стол. Пока она садилась, успела заметить, как десница подошел к отдельно стоящему княжескому столу и медленно провел над каждым блюдом рукой. Удовлетворенно кивнув, он пришел обратно и сел справа от Исхи. Она сразу поняла, что он каким-то только ему известным образом проверяет еду на яды. Хотя она тоже смогла бы почувствовать яд в пище, если бы к ней вернулись силы.
Их места были совсем рядом с князем, но все же за другим столом. Десница слегка наклонился к ведьме и тихо заговорил:
— Прямо напротив нас — княжеский шуйца Витабут, слева от него — каштелян замка Шалюта, но, в основном, он у нас отвечает только за хозяйственные нужды. А справа — главный подскарбий* [то же, что и казначей] княжества Еуфрон. Лекаря Ратиура ты знаешь, но он почему-то опаздывает, — Веренир кивнул на пустое место рядом с Исхой.
Трое представленных особ были уже немолоды, и, кстати, без масок, поэтому Исха судорожно пыталась запомнить, кто из них кто и какие функции выполняет. Сильных мира сего лучше знать в лицо. Так, на всякий случай. Витабут вдруг повернулся в их сторону. Холодно кивнул Верениру, а Исху не удостоил даже мимолетным взглядом. Гостья чувствовала себя настолько неуютно, насколько это вообще было возможно. Она еле сдерживалась, чтобы не ерзать на скамье.
— А когда можно будет уйти отсюда? — шепнула она Верениру.
Он чуть не рассмеялся, но замаскировал смех кашлем в кулак.
— Поверь, я тоже не в восторге от этого общества, но веселье только начинается, к тому же, совсем скоро ты будешь представлена князю. Потерпи немного, — успокоил он женщину, от чего она еще больше занервничала.
Тройтан поднялся и произнес небольшую приветственную речь. Исха почти не улавливала, что именно он говорил, но вместе со всеми подняла свой кубок с медом и сделала несколько глотков. В другой раз она с удовольствием бы выпила этот сладкий хмельной напиток, но сейчас он совершенно не лез в горло. Вечер шел своим чередом. Исха все же заставила себя проглотить несколько кусочков мяса, почти не почувствовав вкуса. В основном, она наблюдала за собравшимися. Все ели и пили, смеялись и разговаривали. Бард, став в середину зала, исполнил несколько баллад, сорвав аплодисменты. Потом гостей развлекали метатели ножей и факиры, танцевали девушки в ярких пышных платьях. Наконец, князь, посмотрев на Веренира, сделал ему знак рукой, который Исха растолковала, как приказ подойти к нему.
— Пора, — тронул ее за руку десница. — Не бойся.
— Это так не работает, — проворчала сама себе Исха. Не могла же она перестать волноваться только потому, что он ей об этом сказал. Но отступать было поздно. Веренир предложил ей руку и подвел к Тройтану. При этом остальных гостей продолжали развлекать приглашенные артисты. На десницу и сопровождающую его женщину почти не обращали внимания. Остановившись возле стола, Исха глубоко присела, склонив голову. Веренир на всякий случай заранее предупредил ее об этом.
— Господарь, позволь представить тебе — на этот раз официально — мою гостью — Исху из Тихого Лога.
Тройтан благосклонно улыбнулся.
— Подойдите ближе, не хочу кричать.
Они сделали еще шаг вперед, оказавшись впритык к столу. Медика внимательно разглядывала гостью, отправляя себе в рот одну за другой яркие виноградины. Исха с удивлением отметила, что в ее взгляде не было холода или надменности, которые она сегодня нет-нет, да и ловила на себе. Женщина была ею заинтересована.
— Так это ты, значит, Лихого прихлопнула? — хохотнул Тройтан.
— Я, господарь, — потупилась Исха. — Но, боюсь, у меня не было выбора. Он собирался…
— Неважно, — резко перебил Веренир. — Все уже позади.
— Нет, важно! — вдруг подала голос Медика. — Я хочу узнать всю историю в подробностях, — в ее тоне звучали требовательные нотки. — Пожалуйста, — добавила она, улыбнувшись.
— Чтобы рассказать все, не хватит этого вечера, госпожа, — мягко попыталась уйти от ответа ведьма.
Медика довольно улыбнулась.
— Тем лучше, я никуда не тороплюсь, а тут сегодня слишком скучно.
Спас ведьму Тройтан.
— Дорогая, мне кажется, здесь не совсем подходящее место для таких бесед. Но ты можешь пригласить Исху к себе хоть завтра. Я уверен, она с удовольствием все тебе расскажет, не правда ли?
— Конечно, господарь. Это будет для меня честью.
— Ну, вот и славно, — улыбнулся правитель, погладив по руке свою возлюбленную. Он посмотрел на нее таким безгранично преданным взглядом, что Исха невольно ей позавидовала.
Кажется, можно было наконец выдохнуть и отходить к своему столу, а там — потихоньку ретироваться от этого шума. Исха вопросительно посмотрела на Веренира, тот кивнул. Они двинулись на свои места. Очередной номер как раз закончился, зрители захлопали.
Наступила короткая пауза между выступлениями. В дверях поднялась какая-то суета. Сразу несколько стражников наперебой кричали на мальчишку зим десяти. Исха уже видела его несколько раз, и знала, что он работает на кухне. Он стоял бледнее снега. Лицо паренька скривилось, будто он сейчас расплачется. В руках у него была глубокая плетеная корзина. Несколько красных капель просочилось со дна и упало на каменный пол. Непонятное оживление привлекло внимание князя.
— В чем дело? — повысил Тройтан голос, чтобы его было слышно в том конце зала.
Стража тут же замолчала и вытянулась по струнке. Мальчик тоже хранил молчание. Казалось, в таком состоянии он вряд ли мог бы что-то сказать вообще. Было ощущение, что он вот-вот лишится чувств с испугу.
— Говорите же! — нетерпеливо приказал князь.