Товарищ Брежнев. Большой Сатурн
С 40-м танковым корпусом, слава фюреру, связь была. Корпус отошёл от Тихорецка на 45 километров, остановившись у хутора с названием Весёлая жизнь на берегу речки Бичевая, там, где его застала новость о гибели штаба и командующего. Генерал Хенрици [102], командующий корпусом, понимая, что наличными силами он вряд ли сможет взять Ростов, запросил у нового командующего группой разрешения дождаться подхода остальных танковых и мотопехотных частей и только после этого продолжить движение на Ростов. Руофф разрешение дал. Но район расположения корпуса стал самым самолётонасыщенным. И самолёты эти были не из частей Люфтваффе. Русские авиаразведчики постоянно висели над корпусом, наводя на него свои Ил-2 и Пе-2. Неподвижные, без экипажей танки загорались один за одним. Будешь удирать на танке от русских самолётов – до Ростова топлива не хватит. Вот и попрятал генерал Хенрици танкистов по наскоро вырытым щелям.
Своя авиация у группы армий практически закончилась. Поднимать её на прикрытие 40-го корпуса было бессмысленно. Русские смахнут жалкие остатки частей Люфтваффе, не напрягаясь. Силы корпуса таяли на глазах. Отправлять его к Ростову уже вообще бессмысленно. По данным Абвера, у красных в Ростове уже больше танков, чем у Хенрици. Ждать подхода остальных танковых частей – велика вероятность, что танков собственно 40-го корпуса в Весёлой жизни уже и не останется.
Почему русские не летят бомбить его штаб? В плен генерал Руофф не хотел, в Рейхе его карьера кончена, если не расстреляют, то в любом случае позор на всю оставшуюся жизнь. Старый вояка впервые в жизни страстно хотел погибнуть. Тогда он станет хоть и погибшим, но героем Рейха и его потомки смогут им гордиться.
Но русские самолёты уничтожили штаб 17-й армии только через два дня, давая немецкой военной бюрократии вдоволь наломать управленческих дров в стрессовой обстановке. Самого контуженного генерала взяла в плен диверсионная группа, наводившая бомбардировщики на штаб.
23–24 декабря, 1942 год, г. Ростов – ст. Приовражная – ст. Чонгар – г. Симферополь.
После обеда 23-го получили от группы Зиберта условный сигнал. И механизм подготовки рейда закрутился на полную мощь. Окончательно начал передавать дела командиру 201-й воздушно-десантной бригады подполковнику Полищуку. Он остаётся командовать гарнизоном и обороной Ростова до подхода соединений Сталинградского фронта. Оставляю его и город со спокойным сердцем. Немцы не успевают опередить наши 4-ю и 5-ю танковые армии. 40-й танковый корпус немцев отошёл немного от Тихорецка и встал. Чего-то ждёт. Авиация фронта его постоянно штурмует.
Провели ещё одну тренировку по погрузке на платформы. Отправили механиков-водителей спать. Бойцы готовы, техника готова, всё, что нужно, погружено. Все заинструктированы до смерти. Пойдём в Крым в том же составе, что и Ростов брали, пополнив убыль личного состава за счет десантников.
Вечером пришло сообщение, что передовые части 4-й танковой армии Сталинградского фронта вошли в Новочеркасск, завтра и до Ростова доберутся.
Начало рейда запланировано на 18.00, уже час как солнце сядет. Я пока темноту ночную люблю. Последние часы перед выходом провожу как на иголках. Полищук меня успокаивает и тихонько завидует. Это ведь для десантников задача – лихо резвиться в тылу у врага. А тут танкисты всё сделали, и он со своей бригадой на всё готовенькое прилетел. Даже с парашютом не пришлось прыгать. Ничего, Владимир Андреич, – будет и на твоей улице праздник. Напоминаю ему про особую сохранность склада с запчастями для бронетехники бригады. Я даже у Тюленева грозную бумагу выпросил, чтоб склад с немецкими движками, пока меня нет, не растащили, и своего сержанта с пятнадцатью легкоранеными бойцами в охрану склада определил. Будем надеяться, сохранят.
Прощаемся. По машинам. Вперёд. Идём четырьмя колоннами, примерно поровну распределив танки, БТРы и грузовики между колоннами. Каждая колонна идёт самостоятельно по своему маршруту подробно проработанному разведчиками. Каждую колонну сопровождает несколько групп «разграждения и маскировки». Задачка у этих групп – в случае встречи на пути патрулей фельджандармерии покинуть колонну ликвидировать патруль и до утра изображать его присутствие, мочить всех ночных проверяющих. Ну и в случае необходимости поднять кипеж со стрельбой, всеми силами отвлекая супостата от идущих в ночь колонн бригады. В общем, какая ни есть, а развлекуха для десантников Полищука.
Сто пятьдесят километров до станции погрузки преодолели за пять часов. Зиберт ещё на закате отправил немецкий караул с разъезда в Мариуполь, заменив его своими бойцами. Немецкие локомотивные бригады связали. У нас свои машинисты-кочегары есть. Из Ростова захватили. Немца – дежурного по станции – и двух его подчинённых шуганули и посадили в избушке, изображающей вокзал, под надзором двух хмурых и неразговорчивых «эсэсовцев». Мол, секретная техника будет грузиться, а у вас допуска нет, если чё увидите, одна дорога – в концлагерь, оно вам надо на старости лет? Крутить их нельзя, им ещё связь с другими станциями держать, нам зелёную улицу обеспечивать. На то у них даже две грозные бумаги есть от фельдкоменданта и просто коменданта Мариуполя [103] и премию они вроде за сверхурочную работу получили. Но всё равно «эсэсовцы» с ними до утра посидят, поглядят, абы чего не вышло.
Погрузку всей техники умудрились закончить к двум часам ночи, на целый час раньше моих расчётов. Тронулись. Триста километров железной дороги до Чонгара за шесть часов преодолели. Молодец Зиберт. Далеко пойдет аферист. Ну и немцы не подкачали. Взяли деньги и по-честному всё отработали. Что они в гестапо говорить будут, когда всё вскроется, – не знаю, а гестапо вряд ли поверит, что они свои немецкие мошенники, а не русские разведчики. Хотя гестапо может не успеть среагировать. Через несколько дней в Мариуполе уже наши будут. Но Гофману и Михаэлю в нашем плену вряд ли это в плюс пойдёт. Слишком много они успели в городе нагадить, мирного народу настреляли столько, что мимо виселицы им никак не проскочить.
До рассвета ещё полчаса, первый эшелон уже вкатывается на станцию Чонгар. Нас встречают аккуратные ряды бочек с бензином на платформах и командир одной из наших разведгрупп. Его бойцы сегодня ночью вместе с местными партизанами взяли под контроль станцию и склад ГСМ, вырезав немногочисленных немцев и чуть более многочисленных полицаев.