Товарищ Брежнев. Большое Домино

– Хорошо, гражданин Йохансен, распишитесь вот здесь. Разберемся. А пока посидите еще в камере.

15 апреля 1943 года, г. Берлин
На первый взгляд эта встреча фельдмаршала Эрхарда Мильха, гросс-адмирала Карла Деница, фельдмаршала Вильгельма Кейтеля и оберфюрера Вальтера Шелленберга в одном из кабинетов здания с адресом Тирпиц-уфер, 72–76, была обычным рабочим совещанием. Тем более что только у главкома люфтваффе рабочий кабинет был по другому адресу. При более пристальном рассмотрении можно было подумать, что присутствующие задумали что-то нехорошее, при некотором воображении у стороннего наблюдателя могло даже сложиться впечатление, что речь в кабинете идет о заговоре. И действительно, как иначе назвать согласование совместных действий по введению в заблуждение высшего руководителя государства?
Болезнь не может быть радостным событием. Но для присутствующих в кабинете, как ни странно, известие о болезни фюрера было спасительным событием. Пару дней назад рейхсканцлер свалился в постель с жестоким воспалением легких. По требованию врачей все приемы и совещания в рейхсканцелярии были отменены как минимум еще на неделю. И этой неделей надо было воспользоваться для того, чтобы спасти свои задницы.
Формально за десантную операцию в Исландии отвечал главком Кригсмарине, но ядро десантных сил состояло из частей и соединений, подчиненных начштаба Верховного командования вермахта, прикрывать же с воздуха десант должны были, естественно, подчиненные командующему люфтваффе авиачасти, разведывательное и контрразведывательное обеспечение лежало на плечах главы объединенного Абвера. И со вчерашнего дня все четверо попали, поэтически выражаясь… хотя какая к чертям собачьим поэзия, все четверо ощущали себя провалившимися в огромно-бездонную яму первосортного дерьма. Неудачи на Восточном фронте были уже привычны, и даже фюрером воспринимались философски, но вот провал операции, задуманной Гитлером, по блокированию морских поставок из США в СССР и должной обескровить большевистские орды мог вызвать фатальные последствия для судеб присутствующих в кабинете военачальников.
К утру текущего дня стали ясны результаты налетов русской авиации на британскую военно-морскую базу в Скапа-Флоу и на Фареры. В Скапа-Флоу потери и разрушения были значительны, но не особенно повлияли на боеспособность выделенных для экспедиции в Исландию кораблей. Русские опоздали. Почти все корабли, предназначенные для похода к Исландии, успели покинуть базу. Не повезло только эскадренному авианосцу «Индомитебл». Две бомбы в полетную палубу и две торпеды под киль. Корабль остался на плаву, но как боевая единица перестал существовать как минимум на полгода. Еще затонуло два эсминца, и один смог выброситься на берег. Полтора десятка всякой вспомогательно-портовой мелочи повреждено или утопло. Большие разрушения портовой инфраструктуры. Уничтожено флотское хранилище топлива. Всего одна бомба, попавшая в арсенал минно-торпедного вооружения, оставила базу вообще без боеприпасов. И эта же детонация на складах боеприпасов привела к тому, что в прежнее состояние базу флота получится привести не ранее, чем через год. По всей видимости, русские бомбардировщики и торпедоносцы наводились с земли диверсионными группами. Одна такая группа была обнаружена уже после авианалета и уничтожена. Англичане рвут на себе волосы от отчаяния, ну и черт с ними, главное, что ударная группировка кораблей почти не пострадала. Пять британских и один немецкий линкор. Три немецких и шесть британских тяжелых крейсеров. Еще десяток легких. Двадцать шесть эсминцев. И на всякий случай к Исландии уже отправлено три с лишним десятка различных подлодок. Вот только с авианосцами печалька. Всего четыре эскортника осталось. Во всем германо-британском флоте. Еще что-то строится, но будет принято в строй не ранее конца года. А пока в наличии – два корабля типа «Эвенджер» и два типа «Эттакер». Со смешным количеством самолетов. «Эвенджеры» могли принять на борт аж по пятнадцать легких самолетов, а «Эттакеры» – по двадцать четыре. Вот только «Эвенджеры» уже в Индийском океане на пути в Японию. Прикрывать десант в Исландию пойдут оставшиеся «Эттакеры». Моща! Аж две дюжины истребителей и столько же бипланов-торпедоносцев. Не сильно большая это проблема. Была. Поддерживать десант должны были самолеты с фарерского аэродрома. Справились бы. Пятьсот километров всего. Но…
Русские ударили и по Фарерам. Аэродром Вагар вечером 14 апреля был буквально забит самолетами. Существенную часть военно-морской авиации германо-британского союза туда собрали. Две сотни истребителей и почти три сотни бомбардировщиков и торпедоносцев. Русские подгадали свой налет к прилету очередного авиакрыла [113] британских торпедоносцев «Бофайтер». Основная РЛС не выдала предупреждения о налете. И здесь отметились русские диверсанты! Как? Как они туда пробрались? Взлетная полоса авиабазы была вся заставлена только что севшими самолетами, и не было никакой возможности поднять в воздух хоть что-то истребительное, кроме уже и так находящегося в воздухе звена 110-х «Мессершмиттов». Но что четыре, пусть и тяжелых, истребителя могут сделать против пяти сотен «летающих крепостей». А ведь были еще и сотня русских торпедоносцев-«ильюшин» и две сотни двухмоторных американских «Бостонов». И малым утешением служат доклады о почти шести десятках сбитых.
Авиабаза разнесена в хлам. Неповрежденных самолетов на ней практически не осталось. Летное поле не пригодно к использованию. Огромные потери в летном и наземном персонале. Уничтожены все запасы топлива, запчастей и боеприпасов.
Одновременно с налетом на Вагар русские обработали город и порт Торсхавн. Двадцать два десантных судна из предназначенных для десанта четырех десятков уже были загружены войсками и техникой и стояли на якоре в проливе между островами. Семнадцать из них потоплено. Только три из этих двадцати двух имеют возможность проделать переход до Исландии, остальные незатонувшие – только в ремонт. Восемнадцать судов, стоявших у стенки в порту под погрузкой, отделались немногим легче. Только шесть не имеют критических повреждений. По докладам командующего десантом генерал-полковника Дитля, потери в личном составе десанта составили почти шестнадцать тысяч убитых-утопших и около семи тысяч раненых. Потеряна вся полевая артиллерия, предназначенная для десантных частей. Только два десятка бэтээров и пять легких танков осталось на неутопших судах.
Жуть! Разгром! Повезет, если разжалуют до оберега и пошлют на Восточный фронт командовать вспомогательным батальоном, набранным из туземных унтермэншей.
– Камрады! – Кейтель – правая, военная рука Фюрера – был в панике. – Это катастрофа! Фюрер нам этого не простит! Боюсь, что тот, кто первый сообщит фюреру об этом, сразу же отправится на виселицу. Это же была идея фюрера, и мы ее бездарно просрали!
– Я бы не стал обобщать, – сухо прервал истерику Кейтеля Карл Дениц. – Флот-то при чем? Контрразведка не предотвратила утечку, разведка не вскрыла подготовку русских к удару, люфтваффе не смогло прикрыть порт погрузки десанта. При чем тут Кригсмарине?