Вернуть нельзя, забыть невозможно

– Главный человек – это Марина? – уточняю на всякий случай. Выхожу из дома и закрываю за собой дверь. Секретарь мужа очень хорошая и умная девушка. С Иваном у них были очень хорошие, доверительные отношения.
– Она самая. Мы с ней не сработались, может, у тебя получится.
– Да? Это почему интересно?
Идем по дорожке к машине, а я осторожно осматриваюсь, но ничего подозрительного по-прежнему не вижу. Все-таки галлюцинации.
– Она считает меня женоненавистником, – заговорщическим шепотом сообщает. – Как будто я придираюсь по половому признаку.
– А на самом деле?
Помимо воли улыбаюсь и оборачиваюсь к нему. Если бы у Марины не было семьи, я бы подумала, что у них взаимная симпатия.
– А на самом деле мне сложно работать, когда рядом вьется такая… э-э-э… девушка… Моей секретарше пятьдесят, и мы прекрасно ладим.
– И ты решил замучить Марину придирками, чтобы не донимала тебя работой? – со смехом заключаю я. Вероятно, там и правда развязалась целая баталия.
– Ну примерно так, – признается Павел и открывает мне дверь.
– Это низко, – улыбаюсь и качаю головой. – Как-то не по-мужски.
– Зато действенно. Посмотрим, как ты с ней справишься…
Забираюсь в салон и пристегиваю ремень безопасности. Павел садится на водительское кресло и заводит двигатель. Машина плавно трогается с места и выезжает из ворот.
– Я думаю, мы сработаемся, – довольно откидываюсь на спинку. Настроение значительно улучшилось. Сама не заметила, как расслабилась и начала мыслить позитивно.
– Две девушки – прекрасный тандем, – мечтательно тянет Павел. – Но не в бизнесе.
– На что ты намекаешь? – подозрительно прищуриваюсь я.
– Говорю прямым текстом, – лукаво улыбается. – Вам без меня не продержаться и месяца. Прибежите просить помощи.
Он дразнится или реально так считает? Уже не важно, главное, что в душе всколыхнулась волна протеста и проснулся азарт.
– Какой ты, оказывается, самовлюбленный и напыщенный хам, – заключаю я. Наш шуточный диалог все больше набирает обороты.
– Ага и женоненавистник, забыла?
– Да, и это тоже, – согласно киваю. – Правда думаешь, мы не справимся?
– Хочешь доказать мне обратное? – Паша так и подстегивает меня включиться в игру. А я чувствую, что не против. Поставить цель и превзойти ее – это сильная мотивация.
– А вот и докажу, – складываю руки на груди и вздергиваю подбородок. – С легкостью умоем тебя.
– С интересом на это посмотрю, – расплывается в ленивой ухмылке. – Если прибыль в следующем месяце будет больше, чем в этом, ты выиграла, если нет, то выиграл я.
– Договорились, – с легкостью соглашаюсь и пожимаю его ладонь.
Ну вот, цель поставлена, осталось только приложить все силы для ее достижения. Все будет хорошо. У меня все получится.
    
Глава 8
Иван
За окном занимается рассвет, а я так и не смог уснуть. Всю ночь пролежал, глядя в потолок. Опять. После того, как перестал пить эту гадкую траву, что заваривала мне Анисья, тревожное состояние вошло в привычку. Не могу спать, мрачные мысли сжирают заживо. А еще воспоминания. Пусть не ясные и четкие, а обрывочные, но они есть. Их много. Каждое я проживаю заново и пытаюсь развить в своем сознании.
Тяжело, но дело идет. И чем больше я вспоминаю, тем сильнее зреет уверенность, что пора выбираться из этого проклятого места. Все равно куда, главное, к людям.
Поворачиваю голову к окну и наблюдаю, как встает солнце, окрашивая все вокруг яркими красками. Красиво, но не цепляет. Столько их уже мной встречено за последнее время, что приелось. Надоела мне эта природа, хочу в цивилизацию.
Тем временем давно наступила весна, а я совсем потерялся во времени. Уже не понимаю, сколько нахожусь в этом доме, где нет ни часов, ни календаря. Каменный век какой-то. Единственное средство связи у Насти, но она опять уехала учиться, а когда вернется, неизвестно.
Вздыхаю и прикрываю глаза, пытаясь все-таки уснуть хоть на пару часов. Надеяться можно только на себя. Прекрасно это понимаю, именно поэтому ежедневно истязаю себя упражнениями, чтобы поскорее вернуться в форму. Я должен сделать рывок и выбраться отсюда. Ради своей семьи должен.
Сквозь плотную пелену дремоты слышу, как Анисья шаркает по дому. Проснулась ведьма. Сам же не спешу открывать глаза. Выучил все ее действия и выработал безопасную схему. Сейчас она приготовит отвар и уйдет кормить кур.
Так и происходит. Как только Анисья выходит из дома, я быстро подрываюсь с кровати. Одеваюсь и выплескиваю отраву в ведро с помоями. Вместо нее залпом осушаю стакан воды и иду на пробежку.
– Куда собрался? – слышу скрипучий голос за спиной. Неприятные мурашки покалывают кожу, но я не придаю этому значение.
– Прогуляться, ногу размять, – вру я и демонстративно хромаю к забору. Нога почти не болит, и хромоты практически незаметно, но Анисье об этом знать необязательно.
– Лекарство выпил? – Она недовольно поджимает губы и пронзает меня тяжелым взглядом.
– Конечно, как и всегда, – усмехаюсь уголками губ.
Она не верит, но в открытую ничего не предъявляет. Я стараюсь быть осторожным, чтобы не давать повода и не выдать себя.
– Долго не шляйся, не окреп еще, – не дожидаясь ответа, разворачивается и уходит в дом.
Провожаю ее взглядом и медленно хромаю по тропинке в лес. Как только избушка становится не видна за кронами деревьев, ускоряю шаг и перехожу на бег. Выучил этот лес, как свои пять пальцев, потому довольно быстро оказываюсь около реки.
Останавливаюсь, чтобы отдышаться, и смотрю в сторону моста. Далеко, не потяну, но так хочется рискнуть. В прошлый раз почти получилось. Но почти не считается.
Адреналин подскакивает в крови и толкает вперед. Решаюсь и стартую с места. С каждым километром запас сил стремительно кончается, а нога начинает ныть, но я уже вижу этот чертов мост и не останавливаюсь.
– Эй, парень, куда спешишь? – слышу незнакомый мужской голос и останавливаюсь, но меня по инерции проносит вперед. Возвращаюсь обратно на несколько шагов и едва не врезаюсь в старика. Внимательно смотрит на меня, а я на него.
– Потерял чего? – загадочно интересуется дед.
– Н-нет, – хмурюсь, раздумывая, что сказать. – Бегаю…тренировка.
Прежде не встречал здесь людей, да и Настя говорила, что никто сюда не ходит, кроме охотников.
– Вы охотник? – осторожно спрашиваю и внимательно его рассматриваю, ища подтверждение своим словам.
– Я? Да бог с тобой, – отмахивается он и тянет язвительным тоном. – Гуляю просто.