Вернуть нельзя, забыть невозможно

– Тебя тупо заказали, ничего личного, – выдыхает пленник. То же мне новость. А я-то наверное сам не догадался.
– Кто?
– Я работаю на Богуцкого. Но он лишь посредник.
– Кто заказчик? – настаиваю, начиная раздражаться. Так близко подобрался к правде, что аж разрывает изнутри. Мне нужны гребаные ответы!
– Не знаю, – качает он головой, но я не верю ни единому слову.
– Тогда продолжим, – вновь наливаю настойку в ложку.
– Стой-стой, – кричит испуганно.
– Говори, – рычу, едва сдерживаясь чтобы не влить в него весь пузырек этой гадости.
– Я краем уха слышал имя Михаил, – выдыхает пленник, а меня едва не сносит волной облегчения. Не брат, слава богу. Дышать реально становится легче.
– Ты уверен? – уточняю на всякий случай.
– Да.
– А фамилия?
– Да не помню я, – качает он головой. – Клянусь.
Методично прокручиваю в голове имя и пытаюсь найти в памяти хоть что-то. Ответ лежит на поверхности, но никак не удается его поймать. Внезапно вспоминаю этого гада и с силой стискиваю кулаки. Он подставил мою жену. Одержимый мудак, которого я проучил. Неужто восстал из пепла?
– Лютаев? – произношу вслух фамилию и впиваюсь взглядом в лицо пленника.
– Да! Точно он, – согласно кивает он.
– Мразь, – цежу сквозь зубы и сам не замечаю, как ложка в моей руке ломается.
Все стремительно становится на свои места. Теперь я понимаю, кто за всем этим стоит. Надо было в прошлый раз добить этого отморозка. Отомстить решил? Ну что ж, скоро поквитаемся.
Я узнал достаточно, чтобы сделать определенные выводы. Оставляем пленника в бане, а сами возвращаемся в дом.
– Ванюш, что ж теперь делать-то? – причитает Анисья, а я начинаю нервно мерить шагами пространство.
– Я думаю, – отмахиваюсь от нее, пытаясь разложить в голове всю полученную информацию по полочкам и разработать хоть какой-то план действий.
– Они же скоро приедут за ним, – напоминает она, подливая масла в огонь.
– Я понимаю, – хмуро соглашаюсь и останавливаюсь около окна. Внимательно смотрю на улицу, проверяя все ли спокойно. Пока тишина полная, но скоро все и правда может измениться.
– И Настеньку мою заберут… – судорожно всхлипывает Анисья и утирает слезы платком.
Твою мать. Про девчонку я совсем забыл.
– Не заберут, – отвечаю уверенно, лихорадочно перебирая в голове возможные варианты.
– Ой, что же теперь будет, – завывает бабка и качает головой.
– Все будет хорошо. Я все разрулю.
– Как?
– Пока не знаю…
– Спаси мою девочку, – кидается ко мне, хватает за руку и плачет навзрыд.
– Анисья, успокойся, – пытаюсь ее вразумить. – Ничего пока не случилось.
Отрицательно качает головой и прячет лицо в ладони. Плечи ее сотрясаются от беззвучных рыданий. Так, хватит. Пора заканчивать эту истерику и действовать смело и решительно.
– Где Настя учится? – встряхиваю Анисью за плечи, пытаясь хоть немного привести в чувство.
– В городе, – отвечает заикаясь.
– Точнее адрес знаешь?
– Записан у меня, – начинает суетиться и искать какие-то записи. Потом протягивает мне лист бумаги. – Вот.
Отлично, начало положено. Убираю в карман.
– Документы ее где?
– Здесь. – Анисья вновь уходит и приносит мне паспорт Насти.
– Это я забираю и пойду в город, – ставлю ее в известность о своем решении. – Найду ее и увезу с собой.
– Куда? – Глаза бабки в ужасе распахиваются.
– В Москву, – говорю спокойно и уверенно. – Спрячу в надежном месте, где никто не найдет.
– Как же так?
– Мне надо разобраться с Лютаевым, иначе все это плохо кончится, – объясняю подробности и даю нужные указания. – А ты дождись деда. Его зовут Макар, узнаешь, думаю. Через неделю он должен прийти на берег реки. Когда встретишь, все ему расскажи. И ждите меня.
– А с тем что? – Она робко кивает на баню.
– Его я возьму с собой… – тяну задумчиво, быстро просчитывая цепочку действий. – У него наверняка машина поблизости, это значительно ускорит мое передвижение. Да и пусть доложит своему хозяину, что я мертв.
– Опасно это. – Анисья сокрушенно качает головой, не веря в мою затею. А вот я не имею права на сомнения.
– Оставаться тоже опасно. Я знаю, что делаю.
– Хорошо. Храни тебя господь, – крестит меня и опускается на стул. Ни разу не видел ее такой убитой. Скоро все закончится.
– Спасибо, – обнимаю ее и иду к двери.
Быстро прохожу в баню и присаживаюсь на корточки напротив своего пленника.
– Ты жить хочешь? – хмуро смотрю на него, стараясь вложить в свой взгляд как можно больше уверенности.
– Хочу, – нервно сглатывает тот.
– У меня к тебе предложение. Ты помогаешь мне, я отпускаю тебя.
– Что я должен делать?
– Во-первых, сообщить своему хозяину о моей гибели, а, во-вторых, отвезти меня в Москву.
– И все? – спрашивает удивленно, а я лишь усмехаюсь.
– Все, отвезешь меня и свободен. Естественно, о нашем договоре никто не должен знать, – уточняю на всякий случай.
– Я согласен…
Беру его ствол и демонстративно засовываю себе за резинку штанов. Затем развязываю пленнику руки и отдаю телефон, терпеливо ожидая, пока тот выполнит свою часть уговора. Конечно же, не верю ему, но сейчас мне выгоднее, чтобы он считал иначе.
– Алло, это я Марк, – внимательно прислушиваюсь к его словам. – Нет, не смогу привезти. Бабка сказала, он умер от травм. Проверил. Точно. Хорошо.
Сбрасывает звонок и смотрит на меня.
– Отлично, – киваю я. – Машина твоя где?
– Здесь недалеко, – указывает он, интуитивно указывая направление.
– Ну. пойдем, покажешь. Только без глупостей, – строго предупреждаю и распутываю его ноги.
– Я понял. Мы же договорились.
Так-то лучше. Помогаю ему встать и пропускаю вперед. Вперед, к свободе.
    
Глава 12
Виктория
Мечтательно улыбаюсь и кружусь по кухне, готовя обед. Малыш активно пинается в животе, а настроение на удивление очень хорошее, на душе как-то легко и спокойно, словно тяжелый груз свалился с плеч. Только побывав в больнице, пролежав там месяц, как под дамокловым мечом с угрозой выкидыша, я научилась ценить то, что имею.