Вернуть нельзя, забыть невозможно
– Чья? – в один голос спрашиваем мы с ней.
– Некоего Гончарова. Знаешь такого?
– Знаю, – хмурюсь еще сильнее. Шестеренки в голове начинают усиленно крутиться, собирая картинку воедино. Неужели он меня обманул? Что за идиотизм? Зачем Гончарову понадобился Михаил?
– Где дорогу перешел? – допытывается Стас, а мне даже ответить ему нечего.
– Понятия не имею, – неопределенно пожимаю плечами. – В прошлом году Лютаев хотел жениться на его дочери, а я открыл ему глаза на будущего зятя и отдал самого Лютаева на блюдечке. Гончаров обещал, что больше этот мудак нас не потревожит.
– Ну своеобразно вышло… – смеется Стас над ситуацией в целом.
– Да уж, – закатываю глаза и продолжаю напряженно думать, что делать дальше. – Ты приставил охрану к моей жене? – спохватываюсь я и подрываюсь на ноги. – Лютаев одержимый ублюдок, он непременно заявится к ней. Стас, нужно защитить ее.
– Кхм… – он подносит кулак к губам и отводит глаза. Что за херня?
– Что не так? Что-то с Викой? – Сердце уходит в пятки от тревоги. – Ты передал ей письмо?
– Вань, присядь. – Марина хватает меня за запястье и тянет к себе.
– Что случилось? – спрашиваю уже у нее.
– Присядь, я тебе говорю.
– Да не хочу я садиться, – вырываю руку и зло рычу. – Что с моей женой?!
От одной мысли, что с Викой могло что-то случиться, становится не по себе. Холодок курсирует по позвоночнику, а на лбу выступает пот. Я должен что-то делать, нельзя просто так сидеть и ждать, когда этот урод к ней придет.
– Да все с ней нормально! – огрызается Стас и поднимается на ноги. – Цветет и пахнет… замуж собирается!
Его слова не сразу доходят до меня, а когда доходят, просто не усваиваются. Чушь какая-то невнятная. Наверное, я не так понял.
– Что? За кого? – сыплю вопросами, надеюсь услышать какое-то опровержение своим домыслам.
– За брата твоего, – добивает меня Стас.
Мир разлетается на миллионы осколков. Дышать становится тяжело, из легких словно выкачивают воздух. Больно ноет в груди, но сердце отказывается принимать эту правду.
– Нет. Это какая-то ерунда, – сокрушенно качаю головой. – Ты уверен?
– Я лично разговаривал с ними обоими. – Стас безжалостно вколачивает гвозди в крышку моего гроба. Не понимаю, как так могло произойти. Не складывается это все в моей голове.
– Не могу в это поверить, – падаю на диван и лихорадочно тру лицо ладонями. Я не могу потерять Вику еще раз. Это, наверное, какой-то страшный сон. Сейчас я проснусь, и все будет хорошо. Правда же?
– Я тоже, – глухо отзывается Марина. – Но это еще не все…
– Что еще? – убираю руки и ошеломленно смотрю на нее.
– Вика беременна…
– Как беременна? От кого?
– От тебя, наверное, – пожимает она плечами. – Хотя теперь уже не уверена…
Думал, что нахожусь на самом дне, но снизу внезапно постучали… Я не согласен с этим мириться. Все это чушь и бред. Вика не могла мне изменить. Даже зная, что я погиб, не могла. Или я совсем не знаю свою жену. Отказываюсь в это верить. Нет, и все. Кто угодно, только не она. Хватит!
– Я должен увидеть ее, – вскакиваю на ноги. – Срочно! – начинаю метаться по комнате, пытаясь сообразить, что нужно делать, но в голове вязкий туман из противоречивых мыслей.
– Исключено, – спокойно возражает Стас, не удостаивая меня даже взглядом.
– Стас! Ты не понимаешь! – набираю в легкие побольше воздуха, чтобы высказать ему все, что думаю, но он жестом останавливает меня.
– Прекрасно я все понимаю, но нет.
– Стас.
– Я все сказал. Никто отсюда не выйдет, пока я не пойму, что происходит. Наружку уже установил, будем наблюдать, но никаких резких движений. Ты понял меня? – хмуро отчитывает он меня.
– Да.
Головой понимаю, что он прав, но сердце вопит, как сумасшедшее. Я должен быть рядом. Должен сам во всем разобраться. Но связан по рукам и ногам.
– Вань, давай блин без самодеятельности, – устало просит он. – Я задолбался, как нянька за всеми следить.
– Я понял все, – цежу сквозь зубы, пытаясь унять внутренних демонов. Но они словно почуяли добычу и рвутся к ней изо всех сил.
– Ребята работают, через пару дней появится новая информация, и от нее будем отталкиваться. – На плечо ложится рука Стаса. – Не подставляй их, безопасность твоей семьи тоже от этого зависит.
Неопределенно киваю и вновь сажусь на диван. Зарываюсь пальцами в волосы и сжимаю. В груди творится что-то невообразимое. Меня словно разносит на части. Злость интенсивно перемешивается с недоумением и бессилием в опасный коктейль, который сжигает изнутри. Но я стараюсь сохранять спокойствие и здравость рассудка.
* * *
Вынужденное заточение убивает. Еще неделя проходит в мучительном ожидании неизвестного. Расследование продвигается полным ходом, кольцо вокруг Лютаева сжимается все сильнее, уже сейчас его можно привлечь, но Стас медлит. Ведет какую-то свою игру, а в подробности меня не посвящает. Знаю только, что хочет взять с поличным обоих, и Лютаева, и Гончарова, а пока недостаточно доказательств.
Стас каждый день отчитывается о движениях по нашему делу, но мне чертовски мало информации. Точнее, это совсем не то, о чем хочется знать. Все мои мысли занимает Вика. Понимаю, что время утекает, как песок сквозь пальцы, а отчаяние все сильнее изводит меня.
День ее свадьбы все ближе, а на душе все неспокойнее. Не могу ни есть, ни спать, лишь спортивный зал стал мне отдушиной. Провожу много времени наедине с боксерской грушей и думаю о Вике и брате. Невольно представляю ее в объятиях Павла и схожу с ума от ревности и безысходности. До сих пор не верю в их предательство, хотя это даже предательством назвать нельзя. Меня же больше нет. Я лишь воспоминание. Некому хранить верность, но… черт!
Срываюсь и с силой вколачиваюсь в грушу, выпуская пар. Луплю до тех пор, пока мутить не начинает от усталости. Сползаю на пол и прикрываю глаза. На несколько секунд становится легче, а потом вновь накрывает волной неконтролируемой ярости.
К чертям все! Не могу больше так! Я должен все узнать сам, если хочет быть с Пашей, пусть в глаза мне скажет. Иначе я сдохну от неизвестности, ковыряя кровоточащую рану в своей душе. Клянусь, держать не буду и пожелаю им счастья…
Черт! Хватаюсь за голову и сильно сжимаю виски. Едва сдерживаюсь, чтобы не завыть раненым зверем. Кого я хочу обмануть? Грохну их обоих голыми руками. Терять мне нечего, меня все равно уже не существует. А без Вики я ничего и не хочу. Без нее мне ничего не надо…
Решительно поднимаюсь на ноги и иду в свою комнату. Быстро привожу себя в порядок, проверяю количество имеющейся налички. Негусто, но добраться до города должно хватить. Из последних данных следует, что Вика переехала к Павлу, это за «трешкой». Электричка, метро, и я на месте.