Хранительница

Я уже, было, подумала, что он сделал что–то плохое с моим волком, но нет…
– Ну, как бы тебе это помягче преподнести? – произнёс он, а после быстро протараторил. – В общем, я и есть твой волк.
«Блин, надо же было так повезти именно мне! Мало того что ко мне в дом влез неизвестно кто, так он оказался ещё и психом. Хотя стоит заметить, вполне привлекательным психом.»
– Ха–ха–ха, очень смешно! – высказала своё мнение по поводу его заявления. – А теперь давай серьёзно: куда ты дел моего волка?! – спросила зло, тыкая в его сторону битой.
Глеб глубоко вздохнул, а после, медленно начал подходить. Я же стала пятиться, выставив перед собой биту.
– Не подходи! – проговорила совершенно серьёзно.
– Да ладно, и что ты сделаешь? – усмехнулся он и подошёл ещё ближе.
Ну, я не растерялась и стукнула его – не то чтобы сильно, но ощутимо, чтобы понял, просто так я сдаваться, не намерена.
– Ауч! – воскликнул Глеб. – Ты чего дерёшься? – немного обиженно проговорил он потирая лоб.
– Я тебя предупреждала, ты сам подошёл, – ответила ему, пожимая плечами.
Парень закатил глаза к потолку и как–то устало вздохнул. Потом вдруг начал снимать с себя футболку!
– Ты чего это делаешь? – спросила у него, вновь замахиваясь битой.
– Хочу доказать тебе, что я и есть волк! – проговорил Глеб, бросая футболку на пол, начав расстёгивать пуговицу на джинсах.
– А если скажу что, верю ты перестанешь раздеваться? – спросила, а сама тем временем внимательно рассматривала его.
Не такой уж он и худой, как показался на первый взгляд. Мускулы есть, и кубики на животе тоже имеются. Только парень совсем бледный.
«Ему бы загореть немного, и тогда глаз не оторвать от такой красоты!»
Засмотревшись на тело парня, я совсем забыла, о чём мы вообще разговаривали.
– Боюсь, если ты не увидишь, то никогда не поверишь. – произнёс Глеб.
– А не раздеваясь никак нельзя это доказать? – с надеждой в голосе спросила у него.
Не то чтобы я стеснялась… Но увидеть незнакомого парня раздетым не горела желанием.
– Можно, но тогда вещи придется выкинуть. – пожал он плечами.
– Почему? – продолжая хмуриться поинтересовалась с долей любопытства.
– Ну, понимаешь ли, я не маленький зверь…
На что я фыркнула.
– Вещи просто превратятся в куски лоскутков. – произнёс он и усмехнувшись, резко стянул джинсы.
Я не маленькая девочка, чтобы стесняться и краснеть при виде обнажённого парня: ведь прекрасно знаю, как устроен организм мужчины.
Конечно, я могу пискнуть и отвернуться, сделав вид, что его нагота меня смущает, и, наверно, это было бы правильно. Но чисто женское любопытство не позволило мне это сделать.
Возможно, это даже и к лучшему, а то вдруг этот тип только этого и добивался. Отвернусь сейчас, а он чем-нибудь по голове мне… и всё, прощай Карина.
Осмотрев парня с головы до ног и вновь вернувшись к лицу, я поняла, что он весьма неплох.
– Что, нравлюсь? – спросил этот тип самонадеянно и так слащаво улыбнулся, что мне резко захотелось стереть эту улыбку с его лица.
– Ну–у–у… неплохо. Но тело жениха мне нравится гораздо больше, – проговорила со скучающим видом.
Ох, как же перекосило то парня после моих слов и как злобно блеснули его глаза!
«Ой, мамочки, глаза! Именно таким злобным взглядом и смотрел на меня волк!» – мелькнуло в сознании воспоминание о том, где же я видела эти глаза.
И стоило мне только вспомнить это, как вместо парня передо мной появился белый волк. Мгновение – и из моих ослабевших рук выпала бита. С громким стуком она приземлилась на пол, выводя меня из некого шокированного оцепенения.
– Ой, мамочки! – пискнула я и ринулась что есть силы вверх по лестнице.
Я слышала топот лап позади себя, и страх быть растерзанной зверем заставлял ускориться. Сердце колотилось в груди испуганной птичкой от того чему стала свидетелем.
Вбежав в комнату, я едва успела захлопнуть дверь и задвинуть засов. Не прошло и секунды, как в двери постучали. И я испуганно затаилась, даже дышать перестала!
 
Глава 4
– Может, впустишь, и мы поговорим? – спросил Глеб по ту сторону двери.
– Ага, сча–а–з! – ответила нервно хихикнув.
– И что, теперь вечно будешь там сидеть?
– Может и буду. – буркнула тихо под нос, ему же ответила: – Я заметила, что тебе уже гораздо лучше. Может, уже домой пойдёшь? – спросила с надеждой.
– Ну, я как бы уже дома, – хмыкнув ответил он.
– Чего?! – воскликнула удивлённо . – Это вообще–то мой дом!
– Да знаю я! – зло бросил Глеб. – Слушай, ты многого не знаешь, и это не так–то просто объяснить, – проговорил он после недолгого молчания. – Ты не хочешь есть? – спросил он неожиданно, чем сбил меня с толку.
– Нет, спасибо, я уже сыта.
– Слушай, выходи, это уже не смешно! – раздражённо бросил он, а чуть позже спокойней добавил: – Я не причиню тебе вреда.
– И не подумаю! – заявила, стоя на своём.
– Ну, и сиди там! – вновь раздражённо бросил он, и за дверью воцарилась тишина.
Выходить, чтобы проверить, ушёл парень или нет, я не стала, даже в мыслях такого не было! Вдруг он там стоит и поджидает меня? В ужастиках именно так зачастую и поступают: прячутся, а в нужный момент, когда жертва думает, что она в безопасности, нападают. Так что я лучше тут побуду.
Я несколько раз нервно прошлась по комнате, а потом, бросив это занятие, села в кресло. Мне нужен покой и тишина, чтобы обдумать то, чему стала свидетелем. Ведь увиденное там, внизу, было неестественным.
– Такого просто не бывает! – тихо прошептала, смотря на дверь. – Может, я просто до сих пор сплю? Ну, не может в реальности такого происходить, чтобы парень превращался в волка! – проговорила, пытаясь осознать не осознанное. – Бред какой–то! – тут же одёрнула себя, а после недолгого молчания продолжила нервно бормотать: – Нет, определённо, такого не бывает, просто от одиночества и усталости мне всё это померещилось. – Я некоторое время убеждала себя и всё же успокоилась, решив, что мне это всё показалось. – Парень незаконно пробрался в дом, а волк… просто вовремя появился возле меня, тогда как парень отошёл. Это просто совпадения, не больше, – уверенно заявила себе и тут же испуганно вскочила с кресла от стука в дверь.
– Девочка, выходи! – в приказном порядке проговорил Глеб.
– Нет! – ответила и даже головой помотала, подтверждая своё нежелание выходить.
И пусть я поняла, что всё случившееся было лишь игрой моего разыгравшегося от одиночества воображения, выходить я всё равно опасалась.