По волчьим законам 2. Искупление

Я нахмурилась, пытаясь понять, что он хотел, но в это же время в боковом зеркале отразился яркий свет фар, и заднее стекло машины покрылось паутиной от выстрелов.
Я вскрикнула и вывернула руль вправо, уходя от автоматной очереди. Если бы машина не была бронированной с пуленепробиваемым стеклом, я бы уже светилась от дырок.
Не смотря на это, мотоциклы сгруппировались, прикрывая машину, и начали отстреливаться. Теперь мне было понятно, почему они ехали парно: один вел, второй стрелял.
Совсем близко раздался взрыв и один из мотоциклов потерял управление, и упал вместе с наездниками. Волкодав завилял передо мной и снова быстро махнул рукой. На этот раз я поняла, что он показывал, чтобы я сворачивала с дороги. Машина то была бронированной, но один меткий выстрел по колесам окончил бы мой путь навсегда.
Мы как раз проезжали частный сектор, и я вцепилась в руль, выискивая подходящий поворот. Боковое зеркало отлетело, и я спешно свернула в ближайший съезд.
Пролетев метров пятьдесят, я резко затормозила и вырубила двигатель. Каким-то чудом за мной свернул только один мотоцикл, а вся остальная тусовка с шумом поехала дальше.
Сердце готово было проломить грудную клетку. То, чего я опасалась все-таки произошло: где-то на той чертовой трассе нас ждали.
Откуда только эти бл*ди вылезли? Вдоль трассы же одни заросли были! Я даже не обратила внимания, какие это были машины. Вездеходы какие-то, что ли?
Я перевела дыхание и мысленно я вернулась на трассу: с ее стороны уже почти не долетали звуки выстрелов, но я была уверена, что смертельная гонка продолжалась.
Мне кажется то, что я так легко проскочила было вовсе не чудом. Мотоциклистов было не так много, чтобы сдержать машины, тем более, что часть из них, скорее всего, уже была мертва.
Перед глазами встала карта с пиковой дамой. Мне дали уйти, а вот Гриша остался там. Один. Без напарника, который его прикрыл бы. Легкая мишень даже для очень хренового стрелка.
Я выбросила в окно истлевшую сигарету. Сердце уже не выламывало грудную клетку, а по-тихому взрывалось изнутри. Я должна была думать о себе и о сыне, о том, как выпутаться из всего этого дерьма, а перед глазами так и мелькал мотоцикл с пилотом в шлеме, украшенном двумя волчьими головами, скрещенными словно в поцелуе.
– Будь ты проклят, Астахов! – закрыв глаза, прошептала я.
Открыв глаза, я посмотрела на свернувших со мной мотоциклистов. Судя по рисунку на шлеме, одним из них был Серый.
Он стоял с автоматом в руках и смотрел в сторону съезда. Почувствовав, мой взгляд, он оглянулся.
– Патроны еще есть? – хрипло спросила я.
Серый кивнул и расстегнул курточку, демонстрируя количество обойм.
Я пристегнула ремень безопасности и завела двигатель, прикидывая, как быстро мы сможем нагнать веселую компанию. По идеи отрыв не должен был быть большим, а машина у меня была достаточно быстрой.
– Садись!
Серый кивнул своему напарнику и быстро юркнул в машину. Шлем он сбросил прямо на пол и перезарядил автомат.
Я выехала на трассу и поддала скорости, осторожно объезжая горевший внедорожник и обломки мотоциклов с лежавшими рядом пилотами. Не знаю, были ли они живы или уже нет. В любом случае сейчас это была не моя забота, а напарника Серого, притормозившего у обломков.
Мы быстро сокращали расстояние, и я уже слышала бесконечные выстрелы. По крайней мере, еще было, по кому стрелять.
Серый открыл люк и, став на сидение, вылез в него с автоматом как раз вовремя: метрах в десяти уже мелькали мотоциклы, но они были не нашими.
Более легкие и маневренные с высокими передними колесами, они ловко петляли, отвлекая на себя оставшихся мотоциклистов из банды волкодава, в то время, как внедорожник четко и целенаправленно преследовал Гришу.
Высунувшись из окна, стрелок ни на секунду не прекращал стрелять, и мотоцикл волкодава заметно устало уходил то влево, то вправо. Как он вообще еще был жив? Или здесь тоже был проницательный расчет: я должна была вернуться на дорогу, чтобы увидеть смерть Гриши?
Наши мотоциклисты быстро сбавили скорость и перегруппировались, давая нам дорогу. Серый срезал почти всех налетчиков, которые не успели свернуть в редевшие по мере приближения города заросли вдоль окружной, но внедорожник, судя по всему тоже бронированный, как и моя машина, ему никак не поддавался.
Гриша бы давно попал по колесам, но Серый только бил по асфальту.
– Какого х*я? – прокричала я, когда он нырнул в салон.
– Автомат заело! – крикнул в ответ Серый и, швырнув его на приборную панель, полез за пистолетами.
Мне перехватило дыхание. Город был все ближе, и от железнодорожного переезда, за которым начиналась дорога к резиденции, нас отделял лишь тоннель – буквально выкопанная могила для Гриши, ведь в нем ему некуда особо было вильнуть, а внедорожнику ничего не стоило просто размазать его там.
Я сделала глубокий вдох: ночь так упоительно пахла зеленью, цветами, бензином, серебром и кровью. До тоннеля оставалось всего ничего и решение далось мне легко. Утопив педаль газа, я поравнялась с внедорожником и на въезде в тоннель вывернула руль влево.
Машину трухануло не слабо. Внедорожник со скрежетом выбивал искры об стену тоннеля. Серый что-то крикнул и снова вылез в люк. Я услышала выстрелы и интуитивно вывернула руль вправо. Внедорожник подпрыгнул и, перевернувшись, взорвался, дав секундную фору мне и следовавшим за мной мотоциклам.
Оставшийся путь до резиденции пролетел, как в тумане. Я не сбавляла скорость даже на подъезде к воротам и затормозила только у дома.
Ремень безопасности задержал меня и Серый первым оказался возле Гриши. Его пошатывало, а на шлеме, который он снял, осталась кровь с рук.
– Ну че, братишка? Штучек семь словил? – спросил его Серый.
– Гриша! – выкрикнула я, вылетев, наконец, из машины.
– Ты что устроила на дороге? – накинулся на меня волкодав. – А ты, бл*дь, куда смотрел? – сказал он Серому.
– Да я ж это… Присматривал… – Последний отступил, пропуская меня.
– Я жду ответа! – потребовал от меня Гриша, буравя черным взглядом.
– Ты ранен, – выдохнула я, не обратив внимание на его выпад.
От него шел очень сильный запах крови, которая вытекала из рукавов куртки. Джинсы тоже уверенно пропитывались кровью. Я терялась в догадках, сколько же реально он словил пуль, и как вообще еще мог стоять на ногах.
– Кира! – прорычал волкодав. – Я…
– Заткнись уже! – неожиданно разозлившись, выпалила я. – Идем!
Я пошла в дом. Гриша последовал за мной. У лестницы его терпение и выносливость дали сбой и волкодава сильно качнуло.
Катя, вышедшая вместе с Розой и Мартой, кинулась к нему.