Любовь не для драконов
Темноволосая девушка поставила пузатый фонарь на низенький столик и издевательски поклонилась. Всю дорогу она демонстрировала пренебрежение, граничащее с брезгливостью, но сейчас в красивых карих глазах мелькнула откровенная ненависть.
Приятные, однако, намечаются денёчки у гостеприимных оборотней, ничего не скажешь…
Дверь за служанкой захлопнулась, а я почти рухнула на мягкий диван и прикрыла глаза. Перед внутренним взором медленно, шаг за шагом прокручивался сегодняшний, перенасыщенный событиями, день.
Стая приняла Кейда с распростёртыми объятиями. Оказалось, что у него здесь много друзей, ещё больше – воздыхательниц, – а квартет бунтовщиков никто не жаловал. Просто решили не связываться, понимая, что альфа вернётся и быстро всё расставит по законным местам.
Часть мужчин, поприветствовав вожака, отправились на охоту, а женщины пообещали подготовить самый грандиозный пир за всю историю стаи.
Памятуя о моём пристрастии к чистоте, Кейд пристроил свою «будущую самку» в местную купальню, которую обычно использовали для омовения маленьких оборотней, и ушёл беседовать с чудодейкой.
Видно, слухи о том, что я стану его «самкой», мгновенно облетели стаю, потому как пожилая волчица, которая выдала всё необходимое для мытья, с преувеличенным интересом разглядывала странную человечку. Она то и дело цокала языком и недоумённо мотала головой, явно не понимая выбор вожака.
Хорошо хоть с вопросами не лезла…
Я давно вымылась, но так и сидела на единственной деревянной скамеечке купальни, медитируя на дверь, пока не вздрогнула от требовательного стука.
– Госпожа, альфа требует вас к себе.
Слава богу. В одиночестве, среди незнакомых оборотней было по-настоящему страшно. Я не особенно доверяла бритоголовому Жанко, но сейчас обрадовалась бы даже ему. Однако, он испарился в неизвестном направлении, стоило альфе восстановить своё лидерство.
Пока мы с пожилой оборотницей шли по городку, я сполна прочувствовала, что такое хреновая известность. Буквально каждый встречный оборотень вне зависимости от пола и возраста, считал возможным бесцеремонно разглядывать меня. Те, что поскромнее, неслышно шептались, дети радостно тыкали пальцами, а некоторые дамы не стеснялись высказывать своё возмущение погромче:
– Что он в ней нашёл? – запальчиво воскликнула видная молодая женщина, когда я шла мимо.
Наверное, одна из претенденток на сердце Кейда. И на остальной драгоценный ливер альфы.
– Нет, Вайга, это Рекшу неправильно понял, он не сильно умный малый, – успокаивающе ответила женщина постарше, – Альфа не возьмёт в жёны человечку. Она ж и понести от него нормально не сможет. Ему ж волчата нужны, а не человеческие недоноски.
– Он развлечётся с ней, но не больше! Это я вам говорю! – вклинилась ещё одна, очень смуглая оборотница с яркими голубыми глазами, – Гляньте, она смазливенькая, девственная, волк и захотел свеженького тела. Для мужчины нормально хотеть разных женщин.
– Конечно, Зорка, тебе ли не знать, кого хотят мужчины. Всех уж, поди, обслужила? Иль остались ещё не испробованные?
Зорка вздрогнула, как от удара, обратилась в тёмно-коричневую волчицу и унеслась прочь.
– Зря ты так, Марра, – вступила в разговор пожилая оборотница, – Зорка истинного потеряла, а ты глумишься. Не дай Хавилар познать эту боль.
– Да пусть Зорка хоть с раксасом развлекается, мне всё одно, – отмахнулась «добрая» Марра, – Лучше посмотрите на эту, посмотрите! Гордая, нос воротит, нас не замечает. Ей честь оказали, в Очаг стаи пригласили, а она!
– Может, она немая?
– Не знаю, немая ли, но бестолковая наверняка.
И Вайга с Маррой рассмеялись, весьма довольные собой.
Стало так противно, что захлестнувшее с головой отвращение пересилило страх. В подобных ситуациях мне свойственно терять чувство опасности, и потому я шла, буквально сцепив зубы, чтобы не дай бог не вступить в перепалку со сплетницами. А заодно разглядывала жилища оборотней – это помогало отвлечься.
В основном посёлок состоял из одноэтажных бревенчатых домишек, очень простых, без изысков. Шатровые* крыши были покрыты незнакомым материалом, похожим на чёрный мох, а стены увиты растениями наподобие плюща. Время от времени встречались двухэтажные хоромы – с отделкой и красивущими цветочными палисадниками, огороженными низеньким каменным заборчиком.
К подобному дому мы и пришли. Только этажей в нём было три.
Оборотница постучала и передала меня с рук на руки другой служанке. Та неприязненно фыркнула, но пригласила внутрь и отвела в кабинет Кейда.
– В одном жилище со мной тебе ночевать нельзя, – вместо приветствия объявил альфа.
Он, наконец, переоделся в приличный наряд, и теперь красовался в белоснежной рубашке с серебряными запонками, узких брюках и кожаных ботах с массивными серебряными пряжками.
– Рядом есть гостевой дом, небольшой, но уютный, поживёшь эти дни там.
Мужчина оторвался от перекладывания каких-то бумажек (а я-то думала, оборотням бумажки до фени) и внимательно вгляделся в моё лицо.
– Ты чем-то расстроена?
– Что ты! Чем я могу быть расстроена? Хотя постой, – я сделала вид, что задумалась, – Мне надо найти драконов, которых найти невозможно. Меня ищет сумасшедший чёрный маг, убивший кучу людей. И теперь меня ненавидят оборотни. А в остальном, прекрасная маркиза, всё хорошо.
Кейд нахмурился.
– Они не тронут – это главное. Любить тебя никто не обязан.
– Да, спасибо. Утешил.
Мужчина пропустил сарказм мимо ушей.
– Сейчас сходим к чудодею, она хочет немедленно поговорить с тобой, а потом начнётся торжественный пир. Сядешь рядом со мной – никто не посмеет оскорбить.
Я промолчала. Чего с ним разговаривать? Ясно уже – что втемяшил себе в голову, то и будет.
«Никто не оскорбит». Ну-ну… Эх, наивный альфа. Но всё равно, жаловаться на обиженных женщин дураков нет.
Идти по Очагу стаи под руку с Кейдом было куда спокойнее, чем с пожилой оборотницей. Каждый встречный оборотень кланялся альфе, маленькие дети восторженно визжали, совсем мелкие волчата, которые ещё не имели человеческой ипостаси, прыгали вокруг нас, а молодые женщины с любовью смотрели на своего вожака и с лютой завистью на меня.
Ну хоть тут ничего не изменилось…
Дом чудодейки отличался от всех. Во-первых, он спрятался в лесу, на самом краю посёлка. Во-вторых, был круглым, а в-третьих, перед дверью, на единственной ступени лежал чёрный кот. Огромный, зеленоглазый, с роскошным пушистым хвостом и длинными белыми усами.
Я-то всегда считала, что мелкие животные должны бояться оборотней и хотела спросить об этом Кейда, но не успела, потому что дверь распахнулась, а появившаяся на пороге старуха безапелляционно приказала: