Я тебя прощаю. Чужая любовь

Я хихикнула.
– Не возьмусь.
Трехчасовой дневной сон показался невероятно сладким, душ бодрящим, и я готова была свернуть горы или хотя бы провести еще одну бессонную ночь.
Миа не только посидела с малышом, но и каким-то чудом умудрилась навести порядок на кухне и в гостиной.
– Он еще и поспал час двадцать.
– Миа, ты чудо! – Я нацеловывала пухлые щеки сына.
– Звони, – сказала на прощание подруга.
– Нет-нет, ты и так сделала очень много. – Я закрыла входную дверь за волчицей. – Ну что, идем кушать? Что будем? Смесь? Или смесь? А, может быть, смесь? – достала бутылочку. – Как твои зубки, мой хищник? – Наливала нужное количество воды.
Тема заулыбался, демонстрируя опухшие красные десна.
– Скоро будешь настоящим волком, станешь кушать мясо, а пока… вот это, – я потрясла емкостью с сухим молоком. – Кажется, тетя Миа вернулась. Наверняка, что-то забыла. Это ее стиль. – Оставила бутылочку на столе и перехватила малыша удобней.
Распахивая входную дверь, меньше всего я ожидала увидеть на пороге его.
– Ты что-то хотел? – спросила я не своим голосом.
Так странно смотреть на лицо Эрила и знать, чтоб под ним скрывается чужой человек. Наверное, я никогда не привыкну, что у моего супруга есть брат-близнец.
На вопрос Адам не ответил, продолжая сверлить меня взглядом.
– Извини, но у меня нет времени играть в молчанку, Тёме пора есть. – Я взялась за дверную ручку.
Что ему нужно?.. К чему это гнетущее молчание? Адам никогда не приходил, если Эрила не было дома. Не заговаривал со мной, здоровался короткими кивками, если мы пересекались на территории стаи или у кого-то в гостях, и, презрительно поджав губы, спешил уйти.
В самом начале нашего знакомства я пыталась выстроить что-то хоть немного напоминающее цивилизованное общение. Но ко всем моим попыткам Адам отнесся с насмешкой, в очередной раз доказывая, что я ему если и не отвратительна, то совершенно безразлична.
– Эрил мертв, – произнес он ровным тоном.
Сказанные слова проникли глубоко под кожу ледяными иглами, оставляя после себя арктический холод.
– Это же шутка? – Я сильнее прижала сына к груди. – Шутка? – переспросила, опускаясь с Тёмой прямо на пол, боясь не выстоять на непослушных ногах.
Но Адам не слышал моего вопроса.
– Я позабочусь о вас, – сказал без привычной издевки в голосе.
– Не понимаю. – Я отказывалась верить в услышанное. – Что значит мертв? – Смотрела на мужчину снизу вверх.
– Его убили.
– Убили, – повторила я одними губами, сглатывая ставший поперек горла ком. – Кто? Почему? Когда? – сыпала вопросами. – Сегодня вечером Эрил должен был вернуться со встречи
– Я еще не знаю. Лера, вставай. – Мужчина склонился и протянул ко мне раскрытые ладони.
Я отрицательно покрутила головой. Его помощь мне точно не нужна.
– Ты никогда не приходил к нам домой, игнорировал приглашения брата на ужин, даже пропустил рождение Артема, передав подарок через Альфу, но сейчас лично принес весть о смерти моего супруга. – Я улыбалась кривой улыбкой на агуканье сына, поглаживая его по спинке. – Почему ты не сбежал, как это делал в каждую нашу встречу? Зачем хочешь причинить мне боль? – Едва сдерживала рвущиеся на волю слезы. – За что ты меня так ненавидишь, Адам?
– Ты ошибаешься, Валерия. – Мужчина аккуратно подхватил меня и поставил на ноги, придерживая двумя руками за талию. – Я хочу помочь: разделю с тобой жизнь, помогу воспитать волчонка.
– Мне не нужна твоя помощь!
Как мне хотелось обвинить во всех бедах этого мужчину.
Невозмутимый. Отрешенный. Возвышался надо мной и смотрел пристально, будто я должна что-то понять из этого взгляда.
– Отпусти. – Я повела плечом. – Спасибо, что сообщил мне новость, – не знаю, как мне удалось сказать все это спокойным тоном. Я уперлась ладонью в мужскую грудь, она казалась мне обжигающе горячей. – Тебе пора.
– Ты несправедлива ко мне, – произнес Адам.
Я болезненно расхохоталась.
– Ты сейчас хочешь поговорить о себе? Правда?
– Нет, – оборотень отступил под моим натиском. – Я хочу помочь.
– Даже не скажешь, что тебе жаль? – спросила я, вновь захлебываясь эмоциями. – У вас так принято, сразу после смерти… – Сколько обидных и глупых слов вертелось сейчас у меня на языке.  – Прости, – я выдохнула, схватилась за створку двери, и толкнула ее. Адам не стал противиться моему желаю остаться одной, но я была уверенна, что он не ушел, а так и стоял за дверью.
Дальше происходящее казалось мне ненастоящим, каким-то нереальным, словно я была во сне или наблюдала со стороны. Я подогрела бутылочку со смесью, протянула ее сыну, гладила по спине малыша, шептала что-то, перекладывала вещи с места на место.
– Тёма… – произнесла я севшим голосом. Улыбнулась. – Что нам делать теперь? – спросила, и мне стало стыдно перед самой собой.
Новость о смерти Эрила принесла лишь опустошение. Я была потеряна, сердце грохотало от волнения, в голове неприятно гудело, но я не чувствовала той боли, что должна ощущать женщина, потеряв любимого. Даже слезы, выступившие на глазах, почти сразу просохли.
Наверное, дело в том, что я не верила в смерть супруга. Какие бы в последнее время ни были напряженными наши отношения, но Эрил был моей парой и отцом моего ребёнка.
– Милый, нам нужно прогуляться, – собственный голос звучал откуда-то со стороны.
Я накинула на сына легкую кофту и, не заботясь о своем внешнем виде, пошла к дому Альфы. Он скажет мне правду.
Только дойдя к коттеджу у самого въезда в поселок, я поняла, что не знаю, дома ли сейчас Иван. В тот момент даже машина, припаркованная напротив строения, ни о чем мне сказала.
Дверь открыла молодая женщина – пара Альфы.
– Проходи, – произнесла Марина с улыбкой. – Тебе нужна помощь? – спросила, придерживая меня за локоть. – Как ты? – добавила с сочувствием.
Стыд опалил мое лицо. Что мне ответить на последний вопрос?..
– Ваш супруг дома? Я хочу с ним поговорить. Если возможно.
– Он скоро спустится. Мы как раз собирались обедать.
– Хорошо. – Я остановилась в небольшом холле.
– Может, ты хочешь есть? Идем за стол.
Крепче придерживая вырывающегося малыша, я отрицательно помотала головой.
Марина не оставляла меня одну.
– Иван, уже идёт, я слышу шаги, – пояснила она, мимолётно взглянув на лестницу второго этажа. – Если хочешь, я присмотрю за волчонком.
Мужчина появился, поправляя ворот футболки.