Я тебя прощаю. Чужая любовь

– Лера. – Я почувствовала прикосновение к лицу. – С тобой все в порядке?
– Что?
– С тобой все в порядке?
– Да, – я ответила, фокусируя взгляд на мужском лице. – Это мне? – спросила и склонила голову.
Любимый возложил на голову венок из тонких прутьев и цветов, подобных тем, что украшали статую Богини.
– А это нормально, что у меня вот здесь горит? – Я указываю ладонью на сердце, отчетливо ощущая его удары.
– Ты переволновалась.
– Нет, это не волнение…
– Тише, – перебивает меня Эрил, – все хорошо. Ты же мне веришь? – спрашивает, глядя в глаза.
– Да, – я отвечаю одними губами, а боль продолжает съедать меня. Скручивает плечи, вынуждая ссутулиться.
– Сегодня я бы хотел не только разделить с тобой свою жизнь, и не только представить тебя Селене, – Эрил обращается ко мне. – Но и заявить о том, что ты моя.
Я непонимающе улыбаюсь.
– Обменяться метками. Чтобы каждый оборотень нашей или чужой стаи, да любой другой нелюдь, знал: ты, Валерия, принадлежишь мне. Я буду любить тебя вечно. – Мужчина бережно обхватывает мое лицо ладонями. – Ты согласна?
– Согласна.
Мой ответ заглушает звериное рычание. Такое злое и отчаянное, что я вырываюсь из мужских объятий, в страхе осматриваясь и пятясь.
Огромный зверь беснуется. Он топчет землю, вспахивает ее мощными лапами, не мигая смотрит на меня.
– Адам? – губы сами произносят имя.
Зверь вскидывает крупную голову к небу, разрывая наступившую тишину душераздирающим воем. Волк бросается на меня, делает несколько крупных прыжков и резко меняет направление, теряясь в темноте.
За ним следуют еще трое, кто-то оборачивается прямо на поляне, оставляя после себя разбросанные клочья одежды, и спешит за собратьями в темноту.
Вой заражает меня страхом, обидой, невыносимой тоской. Я инстинктивно ищу защиты, стискиваю горячую ладонь Эрила, стараясь совладать с эмоциями.
Тепло любимого – вот что мне сейчас нужно.
– Что случилось? Куда убежал твой брат? –  спрашиваю я. – Он злится? Он злится на меня? – говорю тише.
– Я не знаю, – отвечает Эрил, – но утром поговорю с Адамом.
Я вновь вздрагиваю от протяжного завывания в несколько голосов, приносимого порывами ветра.
Красивое место тускнеет, теряет свое очарование, мне больше не хочется находиться здесь. Не хочется быть в центре внимания, под прицелом нескольких десятков взглядов.
На меня смотрят слишком пристально, будто всё знают истинную причину произошедшего. Я замечаю осуждение, непонимание, сопереживание.
– Думаю, пришло время поздравлений, – голос Альфы разносится над поляной. – Или вы хотите продолжить обмен метками? – вопрос звучит только для нас.
– Нет, – отказывается Эрил, – мой брат испортил идеальный момент. Не хочу, чтобы в памяти Леры такое важное событие ассоциировалось с выходкой Адама.
Я смотрю на лицо любимого, за беспокойством обо мне он скрывает злость.
– Разумное решение. – Альфа первый вручает нам своеобразный букет – причудливо скрученные и переплетены с головками серебристых цветков прутики.
– Символические дары, – Иван поясняет для меня. – Все эти узлы символизируют вашу связь. Цветы скрепляют ее. Не бойся, Валерия, ничего магического. Лишь традиция одарить пару, разделившую одну жизнь на двоих, красивой вещицей.
– Спасибо. – Я с благодарностью принимаю подарок.
Гости обряда тянутся вслед за своим главой, в моих руках все больше и больше цветов. Часть я передала Эрилу, не смея положить их на землю.
– Оставь, – просит Эрил, когда мы остаёмся одни.
Свечи прогорают, чадя у каменного лика, луна окончательно скрывается за облаками, погружая Богиню в мистический полумрак.
– Но как же?.. – Я старательно укладываю букеты на своем предплечье. Их так много, что невозможно просто унести в руках.
– Это всего лишь растения. Трава.
– Это не просто растения, а труд и потраченное время каждого, кто нам их подарил. Я не могу просто взять и выкинуть их. Помоги, пожалуйста, одной мне не донести, – стараюсь сгладить свой выпад. Любимый молчит. – Прости, я действительно перенервничала.
Не хватало еще нам поссориться.
На хмуром мужском лице разглаживаются морщины.
– Было из-за чего. Сильно испугалась? – поинтересовался заботливо Эрил.
– Нет, наверное. Я не могла понять, что случилось. Даже не заметила, когда Адам обратился. Всё случилось так неожиданно. Оп – и волк несется на меня.
– Я помогу. – Любимый из мои рук забирает больше половины букетов и крепко обнимает меня за талию.
Разговор о брате ему неприятен, это чувствуете в тоне, в том, как Эрил шумно набирает воздух в лёгкие, а потом медленно выдыхает, словно передумав чем-то поделиться.
И по дороге домой я стараюсь не затрагивать щекотливую тему, расспрашиваю про обычаи стаи, про обитателей поселка. Теперь мне предстоит жить здесь, а я ещё толком ни с кем не знакома.
Со времени нашей первой встречи с Эрилом невероятные события закружили нас. Я до сих пор нахожусь в состоянии шока.
Оказалось, что жизнь оборотней ничем не отличается от людской. Они работают, учатся, находят себе любимое занятие, проводят свободное время с друзьями, готовят, убирают – делают всё то же самое, что и мы.
– Предлагаю не торопиться с выходом на работу, Лер. – Мы бредем через лес. – Теперь у тебя предостаточно времени, чтобы найти себе занятие по душе, да и больше нет нужды тебе горбатиться на чужого дядю.
– Наверное, – отвечаю я. О месте официанта в одном из ресторанов нашего города я точно не буду жалеть. – Мне до сих пор кажется, что ты шутишь и это какой-то розыгрыш с вечной жизнью.
Каждый оборотень может разделить свою вечную жизнь с кем-то, одарить продолжительной жизнью любимого или просто дорого себе человека. Даже не верится, что все так просто: несколько слов, алтарь, полная луна, и я больше не буду стареть.
Любимый громко хмыкает, крепче притягивая меня к своему боку.
– Я буду часто отсутствовать, разумней тебе найти занятие в пределах стаи, – даёт мне совет. – Я попрошу Альфу, чтобы он подобрал тебе местечко в нашей компании. Ты как? – Я неопределенно жму плечами. Для того чтобы понять, как круто изменилась жизнь, мне нужно больше времени, чем несколько дней. – Думай. А я завтра же поговорю с Адамом, – Эрил сам возвращается к неприятной ему теме. – Нужно убедиться, что он больше не сорвется.
– Да ничего страшного не произошло. Он просто ушел, убежал, – я поправляюсь.
– Это ты так думаешь, – любимый говорит порывисто. – И мы достаточно поработали с ним вместе. Устали. Пора отдохнуть друг от друга. – Я не вижу мужского лица, но думаю, мне было бы неприятно на него сейчас смотреть.