Игра в чужую жизнь

— Ну, ничего, еще успеешь. Ты обязательно должна побывать на ранчо Кадиллак. Помнится, когда я был…
Я перебила мистера Гибсона, слова сами собой слетились с губ.
— Расскажите мне о жене Эйдана.
Старик резко вскинул голову и посмотрел на меня, прищурив глаза.
— О Джейн? Он сам рассказал тебе?
— Да, — ответила ему, — сказал, что она умерла.
В глазах мужчины промелькнула боль.
— Она была ангелом, Лиззи. Не только для него, но и для всех нас. Ведь они знакомы были еще со школы. После того, как Эйдан ушел из армии, они переехали сюда. Выкупили это ранчо, которое, поверь мне, не стоило и цента. Джейн уже тогда болела, но никто из нас не мог даже подумать об этом. Она до последнего была веселой, и с ее губ не сходила улыбка. Милая Джейн, всегда готовая помочь всем и вся. Они с Эйданом были просто идеальной парой, и то, что произошло, конкретно подкосило его.
Я слушала его и пыталась представить эту женщину. Какой она была. Но в голове был лишь размытый светлый образ, а рядом… счастливый Эйдан.
— Он очень изменился, Лиззи, — тихо сказал мне мистер Гибсон, — но, кажется, именно сейчас он начал потихоньку оживать. Помни об этом.
 
***
Весь оставшийся день я думала о том Эйдане, каким он был до смерти жены. Поймала себя на мысли, что мне бы хотелось узнать его таким. Я снова ощутила внутреннюю близость с ним. Как он смог пережить тот кошмар, как смог подняться и жить дальше? Я вспоминала свои первые месяцы после убийства родителей, то, как пребывала в полнейшей апатии… никак не реагируя, на что-либо вокруг. Лишь мистер Ньюман смог стать моим якорем, который не позволил потонуть в пучине боли и отчаяния.
А кто помог Эйдану? Как он преодолел эту боль? Это безумие, но мне хотелось все узнать, это казалось важным. Стоило лишь представить, что он жил с Джейн каждый день в страхе, в ожидании неизбежного конца, и мне самой становилось почти физически больно. Нет ничего хуже, чем неизвестность. Пугающая, заставляющая холодеть кровь в венах. Когда ты не знаешь, что ждет тебя впереди. Ты словно движешься в тоннеле, погруженному во мрак. Вслепую. Мне казалось, что именно это и чувствовал Эйдан.
И в этот момент я все решила для себя. Поняла, что соглашусь быть с ним, пусть и на таких условиях. Это будет правильно. Мне хотелось подарить ему тепло и ласку, которых он был лишен. Понимала, что могу обжечься. А ведь рано или поздно мне придется покинуть это место, покинуть его. Но сейчас я не хотела об этом думать. Все просто, это взаимовыгодный обмен.
Самой же стало противно от таких мыслей. Но реальность на самом деле была именно такой. Буду с ним, пока мне это удобно. Пока я чувствую себя в безопасности. Но в любой момент обязана быть готова бросить все и снова сбежать в никуда.
Я как раз направлялась к дому через задний двор, когда увидела Эйдана. Было уже довольно темно, но это, несомненно, был он. Стоял у крыльца, будто просто вышел насладиться закатом. Я остановилась неподалеку, не решаясь подойти. Но в этот момент он словно почувствовал мое присутствие и повернулся в мою сторону. Улыбнулся, но так и остался стоять на месте.
Казалось, прошла вечность, прежде чем я подошла к нему. Мы были одни, и я была уверена, что в это время никто не сможет нас здесь увидеть.
— Эли, — произнес он своим низким голосом, при звуке которого по коже устроили танец мурашки.
Я улыбнулась и прикоснулась к его руке. Мускулы под моей ладонью напряглись, и в глазах Эйдана промелькнуло удивление.
Он наклонился ко мне чуть ближе, и тогда я выдала на одном дыхании, боясь передумать.
— Я согласна.
 
    
Глава 23
Эйдан
 
Время, проведенное с Элизабет, вызывает привыкание. К такому выводу я пришел после того, как девушка ответила согласием на моё предложение две недели назад. С того времени мы всегда вместе. Узнаем, знакомимся, познаем друг друга.
Мне постоянно хочется быть рядом с ней. Прикасаться, смотреть на нее, слушать ее мягкий голос. Я ловил себя на мысли, что постоянно думаю о Лиз. Она все буквально пропитала собой. Я весь в ней. И мне это нравится. Рядом с ней я чувствую себя полным сил и решимости. Мне кажется, что я могу абсолютно все, особенно, когда Эли смотрит на меня своими зелеными глазами. Прожигая и побуждая.
Мы не скрывали того факта, что теперь вместе. И я был благодарен всем за то, что никто не сделал из этого особого события. Мне кажется, окружающие просто радовались за меня. Я их напугал после смерти Джейн, когда ушел в себя, не подпуская никого… Кроме этой миниатюрной и с ума сводящей блондинки.
Ухмыльнулся своим мыслям, и парни тут же перевели все свое внимание на себя.
— Чему ты там скалишься, Тайлер? — ехидно спросил Дин.
Моя улыбка стала только шире. Мужчины всегда мужчины. И эти двое, Рик и Дин, не исключение. Они единственные, кто пытался вытянуть у меня правду обо мне и Элизабет. Точнее, их интересовала только одна сторона наших отношений. Сама мысль о том, что я с кем-то буду обсуждать интимные подробности личной жизни, заставляла меня вздрагивать в отвращении. Но парни не теряли надежду.
— Ты хуже миссис Кларк, Дин. Она надает тебе своим костылем по голове за то, что отбираешь ее титул «главной сплетницы Техаса», — сказал я.
— Точно! Если так уж хочется почесать язык, почеши его вон о ту деревяшку. — Заржал Рик.
Так, подшучивая друг над другом, мы снова принялись за работу.
 
***
После обеда я быстрым шагом направился в дом. У меня было просто неконтролируемое желание увидеть Лиз. Точнее, ее глаза.
Зашел в дом и, перепрыгивая через две ступеньки, оказался около двери девушки. Нетерпеливо постучал, точно зная, что она находится в комнате, но не желая просто так врываться.
Спустя пару секунд, Элизабет открыла дверь и с удивлением посмотрела на меня. Я быстро зашел в комнату, оттеснив девушку с прохода, и тут же прижал к себе. Быстро поцеловал в губы, пробуя на вкус и смакуя.
— Эйдан, — с весельем в голосе сказала она, — мистер Гибсон предлагал тебе десерт, но ты сказал, что не голоден. А это был вкуснейший чизкейк.
Поцеловав Эли в уголок губ, я улыбнулся ей и отодвинулся от искушения подальше.
— У меня для тебя подарок, — сразу перешел к делу.
Достал из заднего кармана небольшой сверток и протянул девушке. Элизабет в удивлении подняла брови, но не стала противиться. Мне очень нравилась в ней эта черта. Девушка действительно умела принимать подарки и комплименты. Не бледнея и не краснея.
Она стала разворачивать красный платок, в который завернут подарок, а я в свою очередь не спускал глаз с ее лица. Даже не моргал, чтобы ничего не упустить, впитать каждую ее эмоцию. Полностью развернув платок, девушка застыла. Ее глаза широко раскрылись. Она подняла голову и посмотрела на меня широко раскрытыми глазами. Выкинула на пол платок, у нее на ладони остался лежать гребень для волос.