Заклинатели, Кейтбург

– Долго ещё? Что ты вооб-р-ще твор-р-ришь? – передёргиваясь, будто холод уже разъедает изнутри, спросила Оливия, косясь на расплавленную пластмассу, которую Пелтье засунула в отверстие для ключа.
Сначала Оля подумала, что Элиз пытается взломать замок, но потом поняла, что это даже близко не отмычка, и подруга просто засоряет личинку.
– Зачем-м-м, скажите мне на милос-с-сть, – прошипела Оля.
– Ща, помолчи, – отмахнулась Элиз.
– Будто что-то изменится, – буркнула Оливия, продолжая то наблюдать за действиями подруги, то смотреть по сторонам.
– Как думаешь, здесь есть собаки? – невзначай поинтересовалась Элиз.
Может, это и странно, но Оливия сразу перестала дрожать, да и вообще надоело жаловаться. Девушка огляделась – пока никого, а потом снова посмотрела на Элиз. Пелтье уже засунула другую пластмассу – не растопленную.
– Если здесь и есть собаки, то нюх у них точно отсутствует, – скривилась Златова, помахивая около лица рукой, тем самым отгоняя чёрный дым, который уже во всю струился в открытые окна.
Элиз проследила за взглядом подруги и лишь виновато повела плечами, мол, иначе никак.
– И что дальше?
– Подожди. – Эля хмуро мотнула головой – Не всё так быстро.
Прошло около десяти секунд, большую часть которых Пелтье дула на замок. Потом она легонько потянула на себя кусочек пластмассы, а когда он не поддался, повернула по часовой, шатая из стороны в сторону. Раздался щелчок.
– Как?!
Оля в шоке смотрела на улыбающуюся подругу, которая лила на пластик жидкость из маленькой бутылочки. Масло?
– Это не обычный пластик, если ты подумала, – заговорщицки подмигнула Элиз. – Пришлось позаимствовать у одного нашего знакомого.
– Ты стырила это у Зверева?! – Оливия уже начала нервно смеяться, то ли, представляя последствия, то ли от радости, что всё получилось.
А что получилось-то? Да, дверь открыта, да, они живы, и их пока никто не поймал, но начальный план разве такой? Разве они собирались заходить на территорию врага? А ещё в то время, когда Братство устраивает переговоры со Стрельцовым.
Оливия лично не встречалась с Братством, да и Альберта Стрельцова видела лишь пару раз, но отлично представляла, на что готовы эти люди… если их заметят…
– Пойдём? – спросила Элиз так тихо, что Оля услышала только «йдём», но и этого было достаточно.
Назад дороги не было – спокойно их охрана не выпустит, оставалось только вперёд.
Девушки прошли в тёмный, ничем не освещённый коридор и замерли, прислушиваясь. Элиз медленно расстегнула куртку и, сняв, повесила на руку. В этот момент Оля, ухмыляясь, подумала, что всё-таки правильно она подобрала одежду. Не шуршит и удобно, а холод – ерунда.
– Нам куда? – прошептала Златова, стараясь хоть что-нибудь разглядеть, но когда Элиз закрыла дверь, наступила кромешная тьма.
– Не знаю. Держись за стены и смотри под ноги.
– В смысле «смотри»?
– Просто идём.
Стоит заметить, что за все глупые идеи, которые в основном заканчивались медпунктом, отвечали Элиз с Никитой. Оливия же наоборот, умела отлично разглагольствовать на разные темы, даже на то, о чём в первый раз слышит, а если дело касалось «спасания своей шкуры», то ей и цены не было. В то время, как друзья проворачивали безумные планы, лучшая подруга Оли – Алёна – стояла в сторонке и делала вид, что они не знакомы, но если надо было кого-то надоумить или же придумать безвопросную стратегию, все сразу обращались к ней, как к человеку образованному. Хорошо, просто умному. А теперь, подводя итог к самому безобидному и одновременно опасному человеку в пятёрке – Даниилу Куницину. В школе он известен, как самый незаметный хулиган, у которого всегда есть алиби, но друзья, которые попадали с ним не в одну передрягу, прекрасно знали, что этот якобы безобидный шутник прекрасно пользуется не только холодным, но и попросту подручным, оружием.
Стены были шершавыми и холодными, несколько раз, касаясь чего—то жидкого и противного, Оля с небольшим визгом отдёргивала руку. Казалось, что по стенам ползают слизни, а на все попытки повернуть назад, Элиз, шикая, толкала Златову в спину
– Ещё хоть раз!..– шипела сквозь зубы Оля, отчего казалось, что она рычит. – Хоть в одну похожую авантюру!..
– Тихо! Почти пришли…
– Ты-то откуда знаешь?
Элиз молча обогнала подругу в узком коридоре и принялась осматривать, насколько она видела, дверь.
– Одела бы очки, узнала сама, – фыркнула в сторону Златовой Пелтье.
– Нашлась тут…
– Тс-с-с…
Элиз приблизила ухо к деревянной двери, не касаясь её, и попыталась послушать, кто или что за ней находится.
– Ни-че-го, – констатировала блондинка.
– Пф, так и думала, дверь толще кости… Открывай.
Элиз дёрнула на себя железную ручку, но, конечно же, дверь не отворилась.
– Надо было догадаться…
– Ха, не знаю, есть ли в вашем Париже такие двери, но под ручкой должна быть защёлка, – ухмыльнулась Оливия.
– И без тебя знаю, эта железная штука заела.
– Отойди, – Оля оттолкнула Элиз, присела на корточки и ощупала железку.
Ничего необычного, обыкновенный замок, которым закрывают изнутри сараи, не требующий ключа, и который, видимо, реально заржавел.
– А что Вы, мадемуазель, скажите, если я спрошу Вас о кислоте?
– А то, что у меня её нет.
– Печально.
Оливия ещё пару раз подёргала замок и сдалась.
– Ну что, идём домой? – примирительно сказала Златова, вставая.
И тут девушки услышали скрип двери, в которую вошли. Полоса света, и послышались шаги. Была бы с ними Алёна, сразу сказала б: «Прямо как в кино!» Но кино тут не было и близко. Испуганная Элиз кинулась к двери, пытаясь расшевелить защёлку, а Оля в ужасе смотрела в темноту коридора. Вошедший шёл без фонарика, но так уверенно, будто бывал здесь не один раз. Оливия попыталась рассмотреть незнакомца, но он был ещё далеко, а её сердце совершало бешенные скачки, отчего побелело в глазах.
Со стороны Элиз послышались нецензурные слова и тихие мольбы, но от них не было толку. Вошедший явно их услышал, но шаг не ускорил.
Раздался щелчок и облегчённый вздох.
Бывают такие моменты, когда всё проходит как в тумане. Так вот: этот – один из них.
Последнее, что Оля видела – идущий неспеша тёмный силуэт в плаще. А дальше… безумный бег по пустующим коридорам.
Девушки не знали, куда бежать – даже не думали об этом. Мимо проносились украшенные золотом картины, столики с цветами, белоснежные портьеры и лестницы из белого мрамора. Вскоре они добежали до последнего коридора, где ещё были окна, и Элиз потащила задыхающуюся Олю вверх по лестнице, хватаясь за золотые перила.