Гордость и Принуждение
Глава 49Фогель не отпускал меня всю ночь. Он брал меня, раз за разом раскрывая мои скрытые потенциалы. Я научилась подстраиваться под каждый оттенок его страсти и получать наслаждение от всего: грубости, нежности, боли и экспериментов.
Сегодня я поймала себя на мысли, что мне нравится в Фогеле все. Он показал, что может быть мягким и нежным. Я видела с каким благоговением на него смотрят все люди в доме, а Фогель в свою очередь не относится к ним свысока как к прислуге.
Я купалась в его ласках, в его чутких касаниях и поцелуях, покрывавших все мое тело. Впервые в жизни я чувствовала себя любимой, а не просто желанной. Я увидела в партнёре не чистое животное вожделение, а искреннее желание доставить мне удовольствие. Он хотел, чтобы мне было хорошо.
Я не хочу от него уходить. Пусть на совсем малюсенькую долю, но Рейн открыл мне свое сердце, и я не имею права закрывать свое. Я решила отпустить ситуацию и дать мужчине самому решать, что делать дальше. И если я для него мимолётное увлечение, и он действительно не захочет со мной больше никаких отношений после выполнения задания, все равно! Он сделал для меня слишком много, чтобы я продолжала держать броню.
Я провела ночь в постели мужчины. И хоть он выделил мне отдельную комнату в своем огромном доме, но так и не позволил мне уйти после близости. Его руки жадно прижимали меня к телу, даже во сне, и я сдалась окончательно.
Утром я встала пораньше, чтобы самой создать для себя образ. На бранч следовало прийти в лёгкой белой одежде, с минимумом макияжа. Но любая девушка, активно пользующаяся декоративной косметикой, знает, как долго нужно наводить такой «минимум». Чтобы добиться полной натуральности, иногда требуется даже больше усилий, чем при наведении вечернего мейк-апа. Наконец, когда моя кожа стала выглядеть идеально юной и сияющей, я закрутила несколько прядей у лица в романтичные волны, и приступила к наряду.
По своему замыслу я должна была привлечь внимание Хэла Рона и Красовского, но и не забыть про легенду. Поэтому мой образ олицетворял нечто подобное. Я облачилась в короткое белое платьице с пышной юбкой в стиле Лолита, добавив чокер из грубой кожи и пару стальных браслетов. Чокер располагался прямо под отметиной на шее от ремня Фогеля, и просто кричал что я жертва и со мной плохо обращаются. У стальных браслетов тоже имелся скрытый подтекст. На обоих было специальное крепление, благодаря чему браслеты можно было соединить и превратить в наручники.
В целом аксессуары не бросались в глаза, ведь план был произвести впечатление только на этих двоих. Остальным людям незачем судачить, что Фогель садист. Поэтому заметить мои труды можно только при личном общении. В завершении, надев свои любимые готические босоножки, перекликающиеся по стилю с чокером, я выпорхнула из ванной Фогеля и тут же оказалась в его руках.
Он явно не заметил, что я внутри и хотел принять душ.
– Ты уже готова? – удивился он, сжимая ладонями мою талию. Его пальцы машинально поползли вниз, задирая юбку. – Какая же ты красивая.
– Нравится? – игриво спросила я, чуть покрутив бедрами, чтобы юбочка упруго дернулась от движений.
– Я хочу тебя, такую маленькую дерзкую девочку, – он подхватил меня под ягодицы, а затем прижал к стене.
– Нет, Рейн! – я принялась вырываться. – Мы опаздываем!
– Плевать, – его горячий шепот обжигал мне шею, а второй рукой он снимал с себя пижамные брюки и белье.
– Нет! – ещё сильнее вырывалась я. – Ты помнешь мне платье и испортишь прическу…
Рейн впился в мои губы, нетерпеливо проталкивая язык в рот. Его пальцы уже почти забрались ко мне в трусики, когда мне все же удалось разорвать поцелуй.
– Пожалуйста! Ты получишь меня в течение часа, – быстро проговорила я, обхватив ладонями лицо мужчины. – Не сбивай мой настрой!
Фогель шумно выдохнул. Недовольство горело в его глазах, но все же он взял себя в руки.
– Поверь мне, – я ласково провела ладонью по его щеке. – Просто поверь.
– Хорошо, – Фогель перестал прижимать меня телом к стене.
– И сохрани свое настроение, – я вернулась к своему игривому тону. – Нам это понадобится.
– У тебя максимум час, – напомнил Рейн.
– Я помню, – сладко ворковала я. – Прими холодный душ.
– Ещё издеваешься? – бросил через плечо Рейн, уже заходя в ванную.
Но я скорее отошла от него на безопасное расстояние. У меня только что родилась идея как ещё эффективнее использовать мой образ на бранче, поэтому нужно накидать в уме вариантов.
Глава 50До места назначения оставалось ехать минут мять, и я решила провести небольшой инструктаж моему боссу.
– Веди себя как в первые дни нашего знакомства, – я поправила Рейну воротник футболки-поло. – Не заботься о моих желаниях и чувствах. Можешь быть грубым, особенно при Красовском.
– А без этого никак? – мужчина нахмурился.
– Ну, Рейн, – я взяла его ладонь и положила себе на бедро, соблазнительно подныривая ею под юбку. – Я же не говорю обращаться со мной как с последней. Ты просто прими это как игру. В босса и подчинённую. Ведь вначале тебя не особо заботили мои отказы.
Рейн не ответил. Значит, актерская жилка не входит в список его талантов. Ничего! Я помогу ему войти в роль самым естественным путем.
– Гарантирую: итог игры тебе понравится, – я продвинула его ладонь ещё глубже под платье, пока мужчина на мгновенье не застыл.
– Ты без трусиков? – спросил он вмиг пересохшим губами.
Даааа. Именно такая реакция мне и нужна. Теперь он будет смотреть на меня похотливым взглядом все время, пока мы не окажемся дома.
– Черт, Ива, – он сжал мое бедро, пальцами подбираясь ближе, но я остановила его естественные порывы.
– Как легко вами управлять, господин Фогель, – ещё больше провоцировала я.
– Что ты делаешь! – притворно возмущался он. – На мне ведь белые брюки. Все гости за километр будут видеть, что я тебя хочу.
Я невинно пожала плечами. Он сам отказался подыграть, так пусть полноценно проживает все эмоции.
– Что я с тобой сделаю, когда мы вернёмся! – прорычал Рейн, останавливаясь на парковке.
Бранч проходил в огромной столовой в небольшом, но роскошном отеле столицы. Помещение утопало в белоснежных пионах в вазах, пышных и воздушных занавесках, кремовых скатертях и исключительно белым блюдам. В основном, на столах стояли десерты из белого крема, взбитых сливок, зефира и безе. Однако официанты отдельно подавали шампанское и закуски с черной икрой, лососем или форелью.
Я никогда не пробовала ни первого, ни второго, ни третьего, но любопытство меня совсем не мучило. Я понимала, что это должно быть очень вкусно, но съесть это не решалась. Скромная гастрономическая жизнь в моей семье, а потом и с Алексом напрочь отбивала у меня желание узнавать новые вкусы.