Чаепитие с чернокнижником

Жених перестал поглаживать мою ладонь, и я облегченно выдохнула. И даже самой себе не признаюсь, что на грани сознания нет-нет, а мелькнуло легкое сожаление. Пришлось постараться, чтобы разогнать неуместные сейчас мысли.
Поймала себя на мысли, что все это время смотрела на наши с Вилом переплетенные пальцы, и поспешно отвела взгляд.
– Вот только на предложение короля Альдеру пришлось согласиться, – невозмутимо продолжил Вил, словно ничего странного между нами не происходит. – Натнэсу нужно было серьезное лечение, чтобы не превратиться в овощ, и мой отец пригрозил, что перестанет оплачивать счета целителей. А у семьи Альдера денег на лечение не было.
И Альд захотел отомстить. Не уверена, что на его месте поступила бы иначе. Вот только одно неясно.
– Но как Альдер обошел клятву? – удивленно спросила я, собравшись с мужеством и подняв глаза на жениха. К счастью, Вил снова надел привычную невозмутимую маску, не показывая, что прекрасно знает, что со мной происходит.
М-да, когда твой жених – эмпат, это не всегда удобно.
– Он её не обходил, – спокойно ответил Вил. – Когда я родился, король заставил его присягнуть на верность мне. Предыдущая клятва свою силу утратила.
А потом пострадала мать Вила, и Альдер получил в союзники наследника престола.
– Случай Альдера и Натнэса был не первым и не последним, – Вил продолжил рассказ, а я почувствовала, что он слегка ослабил хватку. Показывал, что силой меня не держит и готов отпустить. Но забирать руку мне все равно не хотелось. – За сто лет служения моему отцу Альд сам был свидетелем подобных случаев и сохранил доказательства каждого из них. И нашел союзников, которые согласились нас поддержать, когда мы выдвинем обвинения.
Звучало обнадеживающе. Вот только в голове тут же всплыли слова наставниц, которые они безуспешно пытались внушить мне восемь лет.
– А как же наше главное правило? О том, что члены королевской семьи стоят чуть ли не на одной ступени с Покровителем?
На мгновение в маске невозмутимости Вила появилась глубокая трещина, и он лукаво прищурил глаза:
– А с чего ты взяла, что решать будет наш суд? Среди наисс у нас как раз не так много союзников.
Я недоуменно вскинула брови, не обращая внимания, что принц снова провел пальцем по моей ладони.
– Тогда о каких союзн…, – осеклась, пораженная догадкой. Вил едва заметно улыбнулся, и я удивленно выдохнула: – Вы хотите потребовать суда Совета Андаунны?
– Именно, – с довольным видом кивнул принц. – По законам древа, имеем полное на это право. От защитного купола зависит благополучие всей Андаунны, а мой отец – не тот, кому стоит доверять заботу о куполе. К тому же, после нападения граугов он отказался предоставить целителей жителям Корней, которые пострадали больше всех. Этот поступок ему точно не простили.
Бескровная и законная смена власти, которую и переворотом назвать сложно.
План Вила мне нравился. Сначала я боялась, что жених решил пойти более легким путем, сместив короля радикальным способом. К счастью, он поступил намного хитрее и умнее.
– А какая помощь требуется от меня? – вернулась к тому, с чего мы начали разговор.
Вил легонько коснулся подушечек моих пальцев, и меня словно ударило молнией. От невинной ласки мгновенно сперло дыхание. Пришлось незаметно ущипнуть себя за ногу, чтобы хоть немного привести мысли в порядок.
– Все должно было закончиться ещё год назад, но Альд нашел следы черной магии и прослушку во всех помещениях Небесного замка, – продолжил принц все тем же серьезным тоном, который совершенно не вязался со смешинками, плясавшими в его глазах. – Кто-то готовит ещё один переворот, и я сомневаюсь, что он будет бескровным. Причем чернокнижник, который помогает заговорщикам, тот же, что напал на тебя.
Смотря на довольного жениха, я с трудом подавила желание бросить в него злосчастным букетом. Тьма, да он надо мной издевается! Знает, как я реагирую на его прикосновения, но все равно дразнит.
– Мы пытались найти и его, и заговорщиков, но безуспешно. А потому решили, что поиски чернокнижника стоит доверить братьям Холс. Я поделюсь всей информацией, что у нас есть, и буду помогать во время расследования, а ты будешь держать меня в курсе, – Вил больше не скрывал, что с любопытством наблюдает за моей реакцией. Явно ждет, когда же я вырву руку или все-таки чем-нибудь в него запущу.
Но я лишь упрямо стиснула зубы, принимая правила незнакомой игры. Глубоко вздохнув, с невозмутимым видом уточнила:
– И о чем я должна сообщать? Не только о ходе дела, верно?
– Ход дела не особо важен. Главное, чтобы до чернокнижника мы добрались первыми. Если я, конечно, не найду заговорщиков раньше.
То есть, как только Джед и Эстэн узнают, где находится чернокнижник, я должна передать информацию Альдеру. Тем самым не дав стражам схватить преступника.
И эта мысль мне совсем не понравилась.
Я аккуратно забрала руку и пристально посмотрела на Вила:
– Альдер и так слышит мои мысли. А значит в любом случае узнает все, что нужно. Причем одновременно со мной. Так почему вы…, – я на мгновение запнулась и прикусила губу. Пусть принц и эмпат, но мои слова и жест мог истолковать неправильно, поэтому я сделала над собой усилие и исправилась: – ты мне об этом говоришь?
Шпионить за людьми, которые были ко мне добры, не хотелось. Но выбор невелик: на кону жизнь Катиэн. И мне было важно понять, почему Вил так со мной откровенен. Ведь от моего согласия ничего не зависело. Я в любом случае буду участвовать в расследовании, передавая сведения от Небесного замка Эстэну и Джеду. Вил мог соврать, сказав, что его интересуют подробности дела. Но он так не сделал.
Почему?
Вил ответил не сразу. Неспешно встал из-за стола, и я даже подумала, что обидела его и на этом наш разговор закончен. Но ошиблась – жених обошел стол и присел рядом со мной, осторожно, но настойчиво сжав мои руки. И в этот раз в его взгляде не было ни намека на насмешку.
– Потому что не хочу тебе лгать, – смотря мне прямо в глаза, мягко произнес Вил. – Знаю, тебе неприятно думать, что в решающий момент придется почти предать тех, кто тебе доверился. Но скрывать, что Альдер будет рядом и мы первыми схватим чернокнижника – неправильно. В нашей с тобой жизни и так слишком много лжи, чтобы врать ещё и друг другу, не находишь?
Я молчала, внимательно разглядывая лицо жениха. Запоминая его таким: живым, искренним. Настоящим.
Одно дело подозревать, что твой будущий муж притворяется, а его ледяная отстраненность – всего лишь маска. И совсем другое, видеть это собственными глазами.
Возможно, у нас все действительно не так безнадежно.
– Обещаю, как только мы узнаем, кто его нанял, тут же передадим чернокнижника стражам. Живым, – добавил Вил, неправильно истолковав мое молчание.