Зеленый мозг. Долина Сантарога. Термитник Хеллстрома
– Нужно найти что-нибудь еще.
Беззаботность? Хорошо. Но почему тогда не пострадал никто другой? Опасное место? Да, но таковым его делает сама принадлежность к долине. Десейну почему-то совсем не хотелось соглашаться с Селадором. Во всяком случае его ощущение опасности основывалось на совершенно иных предположениях.
Неожиданно ему пришло в голову – а ведь этот оторванный край ковра предназначался именно для него. Это был капкан. А в нем – приманка. Приманкой была телевизионная комната – настолько странное местечко, что не могло не пробудить в нем любопытства. Вообще, капканов было несколько, они были расставлены на всех дорожках, по которым он мог пройти. Интересно, какой капкан был установлен на крыше? Размышляя об этом, Десейн вспомнил о сломанных перилах лестницы.
– Вы меня слушаете, Гилберт? – Голос Селадора звучал словно издалека.
– Да, я здесь.
Десейн кивнул, но соглашался он с собой, а не с Селадором. Все было логично. Найденные им объяснения снимали многие неясности, и все выглядело достаточно простым, как детский рисунок на запотевшем стекле – никаких лишних линий, ненужных деталей.
Капканы и приманка.
Однако Селадор вряд ли примет подобное объяснение. Объявит его следствием паранойи. Все, что не вписывается в стройную версию, отдает, как он считает, паранойей. А версия предполагает наличие организации, мобилизацию большого количества людей, управленцев, приводящих их в движение.
– Вы хотите что-то добавить? – спросил Селадор. – Мы платим приличные деньги за молчание.
– Да, сэр. Помните ту статью доктора Пиаже о сантарогийцах и аллергенах?
– Да.
– Свяжитесь с официальными медицинскими организациями и министерством сельского хозяйства. Узнайте, делали ли они анализ продуктов из долины, включая сыры.
– Медицинские организации… министерство сельского хозяйства… сыр, – бормотал Селадор.
Десейн представил, как Селадор делает заметки.
– Что-нибудь еще?
– Да. Свяжитесь с юристами, которые работают с риелторскими конторами и сетевыми магазинами. Я уверен, они изучали возможность лизинга земельных участков.
– К чему вы клоните, Гилберт?
– Сетевики взяли в лизинг землю, построили здания, а потом обнаружили, что сантарогийцы торговать с ними не собираются. Я хочу понять, действительно ли местные жители намеренно расставляют капканы чужакам.
– Вы квалифицируете это как мошеннический сговор? – уточнил Селадор. – Вряд ли, Гилберт. Полагаю, все просто сложилось само собой. Рынок был забит местными товарами…
Слушая Селадора, Десейн спрашивал себя: куда подевалась прежняя прозорливость его босса? Наверное, он просто устал.
– Не исключено, – ответил он. – Хотя делу и не повредит, если мы выясним, что думают по этому поводу юристы. Может, мы найдем новые ключи к местным тайникам.
– Хорошо, Гилберт, сделаю. Когда вы собираетесь прислать мне копии своих заметок?
– Чуть позднее, ночью.
– Вполне подождет и до завтра. Уже поздно и…
– Нет, сэр. Я не доверяю тамошней почте.
– Почему?
Десейн рассказал, как почтальоны поступили с его письмами к Дженни и как та была разозлена. Селадор усмехнулся:
– Похоже, там засела настоящая шайка гарпий. Но ведь существует закон, запрещающий манипулировать с чужой почтой. Хотя, понимаю, людьми двигали благие намерения. Надеюсь, мисс Сордж в добром здравии?
– Как всегда, прекрасна, – отозвался Десейн, стараясь, чтобы голос его звучал беззаботно. И подумал: Откуда Селадор знает, что Дженни не вышла замуж? В голосе босса не было и тени колебаний, когда он говорил о ней как о мисс.
– Мы пытаемся понять, откуда к ним поступает горючее, – продолжил Селадор. – Пока ничего интересного. Берегите себя, Десейн. Мне бы не хотелось, чтобы с вами что-нибудь случилось.
– В этом я с вами полностью единодушен.
– Ну, тогда спокойной ночи…
Раздался щелчок – связь прервалась.
Десейн повесил трубку и, услышав за спиной звуки, повернулся. Автомобиль шерифа заехал на территорию заправочной станции и остановился около телефонной будки. В глаза Десейну ударил свет от фонаря. Открылась дверь машины, и раздались шаги.
– Выключите этот чертов фонарь! – потребовал Десейн.
Свет скользнул вниз, и он различил в темноте грузную фигуру. На груди сверкнул жетон помощника шерифа.
– Что-нибудь случилось? – раздался неожиданно писклявый голос.
Десейн вышел из будки, все еще раздраженный. Как смел этот тип светить ему в глаза?
– А должно было? – с вызовом спросил он.
– Вот чертовы сантарогийцы! – пробормотал помощник шерифа. – Что, позвонить другого места не было?
Десейн хотел возразить – он не из Сантарога, но промолчал, настигнутый новой волной вопросов. Почему чужаки безошибочно видят в нем сантарогийца? Тот человек на «Крайслере», а теперь еще и этот тип? Десейн вспомнил слова Мардена. На нем, что, ярлык, по которому его идентифицируют как жителя долины?
– Если вы закончили звонить, – произнес помощник шерифа, – то лучше вам убираться домой.
Но ехать в Сантарога Десейну не хотелось. Может, сказать, что он должен дождаться утра, когда откроется заправка, у него закончился бензин и ему нужно залить горючего? У «Кемпера» был сломан датчик уровня топлива – с полным баком он показывал ноль, так что убедить помощника шерифа будет несложно. Но вдруг тот разбудит заправщика, заправщик станет лить бензин и помощник шерифа поймет, что Десейн солгал?
Что за черт? Какие-то мелкие, недостойные ухищрения! Неужели ему так не хочется возвращаться в Сантарога? Но почему? Может, прожив лишь один день в долине, он и сам превратился в сантарогийца?
– Какая у вас перевязь на плече! – вдруг заметил помощник шерифа.
– Пустяки, – отозвался Десейн. – Потянул связки.
– Ну, тогда спокойной ночи! Аккуратнее на дороге!
Вернувшись к машине, помощник шерифа сказал что-то негромко сидевшему там напарнику, и они рассмеялись. После этого их автомобиль выехал с территории заправочной станции.
Итак, они ошибочно приняли его за сантарогийца. А какова была их реакция! Местным блюстителям закона совсем не нравилось, что он болтается по их городку, но в их отношении к нему сквозило и настороженное уважение, словно они его побаивались. Хотя и оставили его тут одного, уверенные, что у него нет никаких преступных намерений.
Встревоженный произошедшим, но пока еще неспособный объяснить самому себе причины охватившей его тревоги, Десейн сел в машину, выехал на главную улицу и направился в сторону Сантарога.
Почему они решили, что он – сантарогиец? Этот вопрос буквально глодал его изнутри.