Мой зверь безжалостный и нежный
— Какую ещё Марину? — зачем-то спросил я, хотя прекрасно понял, о ком он.
— Ну ту самую. Ещё скажи, что её ты тоже уже не помнишь.
— Не помню, — отрезал я, потом через силу выдавил ухмылку: — Лучше расскажи, что там за невеста у тебя такая не такая.
В груди пекло. Хотелось не просто послать Грачева, а сделать ему тоже больно, высмеять, унизить, чтоб впредь даже не заикался о ней. На языке уже вертелись глумливые слова. Но вместо этого я сказал:
— Ладно, Грач, давай там, держись, женишок. Привет Оле.
— Ане, — поправил он.
— Угу, и Ане тоже.
Я захлопнул макбук. Вышел на балкон, закурил. Можно врать себе сколько угодно, но эта зараза все еще сидела внутри. Два года, сука, прошло, два чертовых года с последней нашей встречи! А стоило Грачеву про нее сказать, как меня сразу выбило.
Грач думает, что я ее еще люблю, но это чушь. Потому что я ее ненавижу. Может, не так сильно, как поначалу, точнее, не так бурно. Но до сих пор от ненависти к ней внутри горит. Многое бы я дал, чтобы просто всё забыть. Её забыть.
Грач тогда говорил, клин клином вышибают. Надо, типа, замутить с другой девкой. Я, конечно, Грачева с его советами послал, но сейчас думаю, может, и стоит. Не всерьез, конечно, а тупо отвлечься.
Вон соседка — у нас балконы рядом — задолбала всякими намеками. То сигареты стреляет, то просит соль, то зовет к себе что-то там починить. И тоном таким… ну, понятно, каким.
Сигареты я еще даю молча, а со всем остальным — обламываю. А так-то она ничего, если сильно не придираться. Вполне себе на раз-другой сойдет. Как только снова сунется ко мне — надо будет подкатить, решил я. Да, так и сделаю.
И она, как по заказу, вышла на балкон в одном лифчике. Ну или в купальнике, не знаю. Облокотившись о перила, посмотрела на меня.
— Привет, Тимур. Жарища, да?
— Угу.
— Угостишь сигареткой?
Я выбил из пачки одну, протянул ей.
— Спасибо, — проворковала она. — Слушай, а что ты вечером делаешь? Может, зайдешь? Посидим? А то что-то скучно…
Ну вот, даже делать ничего не нужно, мелькнула мысль. Всё само получилось.
Я скосил на неё взгляд и, ни слова не говоря, затушил окурок и вернулся в квартиру. Да ну нафиг этот клин. Тошнит.
«Ты просто её ещё любишь», — тут же непрошенно всплыли в памяти слова Грачева.
Да ни черта подобного, разозлился я. Я её ненавижу, произнес так, будто с кем-то спорил. Просто сегодня жарко, поэтому ничего неохота. Как-нибудь в другой раз...
КОНЕЦ