Миссис Всё на свете
Линетт застонала, поднялась, набросила халат и начала шарить по комнате. Наконец она обнаружила на столе журнал, который искала.
– У меня есть план! Твоя мать считает тебя никчемной?
– Сама знаешь, что да, – ответила Джо.
– Так вот, – улыбнулась Линетт, явно очень довольная собой. – Сара перестанет считать тебя неудачницей, если ты приготовишь… – Она открыла журнал на заложенной странице и просияла. – Клубнично-ананасовое желе!
– М-мм, – протянула Джо, потому что «м-мм» было частью названия рецепта, напечатанного в журнале.
Они с Линетт вместе прочли его вслух:
– Клубнично-ананасовое желе! М-мм!
– У меня же нет ананасов, – вспомнила Джо.
– Считай, что тебе повезло! – воскликнула Линетт, помчалась вниз по лестнице в кухню и достала из материного буфета банку ананасов.
Джо изучила этикетку, думая, что идея так себе. Кулинарных экспериментов она опасалась.
– Может, не стоит все усложнять? К тому же я купила вишневое желе, а не клубничное.
Линетт покачала головой:
– Не заморачивайся! Оно ведь тоже красное? – Джо кивнула, Линетт достала из кармана халата журнал и продолжила читать рецепт: – Свежая клубника. Есть. Ананасовый сироп… – Она нахмурилась, потом пожала плечами: – Думаю, сойдет и кленовый.
Вдвоем они быстро приготовили блюдо: высыпали в пластиковую миску порошок из пакетика, налили туда горячей воды, перемешали, добавили консервированных фруктов и нарезанной клубники, а также указанного в рецепте лимонного сока. Джо мешала и добавляла ингредиенты, следуя советам Линетт. Убрав желе в холодильник, Линетт посмотрела на часы и кокетливо улыбнулась:
– Теперь оно должно загустеть. Не хочешь пока принять душ?
Джо с радостью согласилась. Они плескались в ванной, пока не кончилась горячая вода. Джо хлопнула Линетт свернутым полотенцем пониже спины, подруга вскрикнула и выбежала за дверь голышом, в одной купальной шапочке. Джо в полотенце бросилась за ней. Со смехом обогнув угол спальни Линетт, Джо едва не врезалась в Рэнди Боббека, который только что поднялся по лестнице. Рэнди вытянул руки перед собой, вытаращил глаза и открыл рот, изумленно переводя взгляд с Джо на сестру и обратно.
Линетт закричала, на этот раз испугавшись по-настоящему. Одной рукой она прикрыла грудь, другую сунула между ног.
– Рэнди, ты совсем сдурел?! – завопила она и захлопнула дверь в спальню.
– Прошу прощения, – пробормотала Джо, отступая в ванную и надеясь, что Рэнди не смотрит ей вслед, хотя что еще он мог делать?
Через несколько минут в дверь постучала Линетт. Она надела новое трикотажное платье от Джонатана Логана – темно-коричневое с красными и розовыми цветами, чулки и туфли.
– Он что-нибудь видел? – прошептала Линетт, входя. Лицо у нее было бледное, глаза – огромные.
– Нет. – Джо пыталась придать голосу уверенности, хотя на самом деле понятия не имела, что видел или что подумал про них Рэнди. Две девушки, почти голые, смеются и бегают друг за другом. Может, он решил, что так делают все лучшие подруги? Джо нервно сглотнула. – Не переживай, – велела она Линетт. – Ничем таким мы не занимались. Все в порядке!
Линетт покачала головой, все еще страшно напуганная.
– Если он что-нибудь скажет родителям… Если об этом узнают в школе…
– Не узнают, потому что тут и знать нечего. Все в порядке! – повторила Джо.
Линетт кивнула, стиснув губы, и почти не глядя вручила ей рубашку и комбинезон, в которых Джо к ней пришла. Спустившись в кухню, Джо вынула из холодильника круглую форму с желе, Линетт позвала братьев:
– Рэнди! Гарри! Пора ехать!
Всю дорогу до Альгамбра-стрит Джо едва дышала. Мальчики на заднем сиденье обсуждали перспективы местной хоккейной команды, а вовсе не то, что Рэнди видел свою сестру, скачущую по дому голышом на пару с лучшей подругой.
– Пока, – попрощалась Джо, и Линетт рванула с места, едва та успела захлопнуть багажник.
Закатив велосипед в гараж, Джо пошла на кухню и убрала миску в холодильник. Желе выглядело жидковатым, и оставалось лишь надеяться, что оно успеет застыть.
– Привет, мам, – поздоровалась Джо.
В доме чудесно пахло жареной индейкой, мускатным орехом и ванилью. Бокалы сверкали, цветы оживляли комнату, но Джо все еще было не по себе – грудь так сдавило, что она не могла вдохнуть в полную силу.
– Ты опоздала, – отрывисто бросила Сара и сжала губы. Она осталась в рабочей одежде, повязав сверху розовый фартук в оборках. На доске рядом с духовкой уже остывала готовая индейка. – Иди переоденься.
Джо подождала, пока мать уйдет в гостиную, и переставила желе из холодильника в морозилку, надеясь, что при более низкой температуре оно застынет быстрее. В спальне она вынула из шкафа шерстяное темно-серое платье спортивного покроя с белой отделкой на рукавах и воротнике (свое парадное платье) и переобулась в черные туфли на плоской подошве, против которых мать не возражала лишь потому, что на каблуках Джо была выше почти любого мужчины. Кое-как зачесав назад и сбрызнув лаком волосы, чтобы создать хоть какую-то видимость прически, Джо нацепила сверху черепаховый пластмассовый ободок.
На кухне Сара стояла перед плитой, замешивая в подливку кукурузный крахмал.
– Налей воды в стаканы, – велела она Джо, не поднимая глаз от кастрюльки.
Джо понесла в гостиную кувшин с водой, и тут в дверь влетела Бетти.
– Прошу прощения! – выпалила она. – Я ходила к Дениз.
Сестра немного запыхалась, однако на первый взгляд Джо ничего подозрительного не заметила. Блузка под кардиганом застегнута правильно и заправлена в сине-зеленую клетчатую юбку. Волосы лежат аккуратно, помада не размазалась. Джо посмотрела на сестру и вдруг отчаянно ей позавидовала: к празднику приехал из колледжа старший брат Дениз, и Бетти наверняка провела время с ним. Даже если бы Бетти явилась растрепанной, словно только что из кровати, вряд ли бы ей грозили такие же неприятности, как Джо с Линетт, потому что в кровати она была бы с мальчиком…
К пяти часам сгустились сумерки, небо за окном стало темно-синим. По всему кварталу из распахнутых дверей лился свет, то и дело подъезжали машины и раздавались радостные возгласы: «Как хорошо, что вы приехали!», «Входите!» и «С Днем благодаренья!».
– Давайте выключим свет, – предложила Бетти, и в темноте комната стала еще более элегантной: теплое мерцание свечей отражалось в бокалах, столовых приборах и банках с цветами, белая скатерть будто светилась.
– Ты хорошо накрыла на стол, – заметила Сара, в кои-то веки похвалив Джо. Бетти тем временем достала из духовки противень с булочками и переложила их щипцами в застеленную льняной салфеткой плетеную корзинку.
Первым пришел Генри Шешевски, все такой же грузный и при этом легкий на подъем. Он завел в дом Зайде с Бэббе, с учтивым поклоном принял пальто и торжественно вручил Саре две бутылки игристого вина Lancers. «В честь особого события! Очень рад, что вы пригласили меня в свой прелес-сный дом!» Следующими пришли супруги Симоно. Генри помог Барбаре и миссис Симоно снять пальто. «Я просто окружен красавицами!» – воскликнул он, а Джо тем временем отнесла в гостиную обещанный сырный шар, нарезанную морковь, сельдерей и соус, поставила все на журнальный столик и сбегала за тарелочками и вилками. Через улицу уже спешили Штейны – каждый мальчик нес по пирогу. Миссис Штейн попросила поставить металлическую миску и венчики в холодильник, чтобы они достаточно охладились, когда настанет время взбивать сливки. В доме было тепло, людно и шумно, звучали голоса и смех.