Я за него не выйду! Лилит

Потом он сорвался с места и взмыл в небо, и это вместо того, чтобы помочь нам с ранеными. Попрошу у вампира сделать нам тренировку перед патрулированием и надеру задницу этому тупоголовому демону. Бесит!
- Чего застыла? Никуда не денется твой демон. – вырвал меня из грустных мыслей Лунквист. – Нужно всех к целителям.
- Никакой он не мой, - фыркнула я в ответ и поспешила помочь ребятам, пока ещё чего не сказал этот вредный магистр.
Прибыли преподаватели из другого отряда и помогли с транспортировкой раненых, и жертв нападения ахшерата. Уже в Академии я попыталась помочь целителям с травмами и хоть как-то облегчить боль похищенным демонам. Но одного спасти нам не удалось. Сообщили семье, прибыла жена и маленькая дочь погибшего. В этот момент меня разрывало изнутри: видеть горе, слышать рыдания и эту кроху, которая не понимает почему отец больше не встаёт, чтобы с ней поиграть.
Казалось, эмоции захлестнули и утопили меня в безысходности, а я ничего не могу с ними поделать. Слёзы катились, вырисовывая дорожки на моих щеках.
- Иди отдыхай, Лилия. Мы уже сами справимся, занятия на завтра отменяются, и ты сможешь выспаться. – сообщила мне одна из целительниц. Потом протянула мне маленький флакончик. – Это примешь уже в постели, поможет успокоиться и уснуть.
Я молча кивнула. Казалось, открой я только рот, начала бы выплескивать всю ту боль, что насмотрелась и успокаивать пришлось бы уже меня. На улице, втянув прохладный воздух ночи полной грудь, становилось легче. Наверное, нужно прогуляться или побегать. Хоть как-то отвлечься от пережитого. И я пошла в лес.
Стоило лишь немного углубиться, заметила, как вдали начало всё белеть, а воздух становится морозным. Я уже догадывалась, кого могу там встретить и, на этот раз, не позволю ему сбежать от ответов. Пусть объяснит зачем было дарить цветок, проявлять интерес, а потом избегать меня. Что я сделала?
Шаг за шагом я приближалась к демону и старалась не нарушать звенящую тишину. То, что он творил завораживало и я не находила сравнения ни с чем увиденным ранее. Словно вся стихия заключена в одном человеке и, как маги огня могут выжечь всё вокруг, так Каэль всё замораживал. Холод пробирает до костей. Но как же это волшебно. Его раскинутые в стороны руки и сверкающие снежинки, кружащие вокруг. Казалось, они падают не вниз, а летят к небесам. На гладкой промерзшей земле появляются целые сугробы, а деревья словно разрисовывает искусный художник узорами. Снежные метели танцуют и кружатся под мелодию, которую слышит только Он.
- Каэль… - зову его и порывы ветра стихают.
Замерло всё вокруг. Только маленькие снежинки-пушинки всё ещё парят в воздухе, медленно оседая на лёд. Он резко обернулся впиваясь в меня взглядом. Глаза ещё сверкают по-звериному, и он кажется кем-то иномирным. Не таким, как все, полным тайн и загадок, и я не могу поверить, что под ледяной маской демонической сути, он чудовище. Чудовища не спасают жизни — они отнимают их.
- Зачем ты здесь? – хриплым голосом спрашивает демон.
- У меня есть вопросы.
- А у меня нет ответов. – говорит и начинает отворачиваться, за спиной появляются крылья, а это значит, что опять хочет сбежать.
- Трус! – почти шепчу я сквозь зубы и сердце пропускает удар, когда он сразу же оказывается рядом.
Даже если своим видом он хотел меня напугать, показать ненависть, злость, то я не верю ведь в глазах вижу совсем другое. Он словно борется и разрывается между противоречивыми чувствами.
- Ты не причинишь мне вреда, - уверенно говорю я, глядя прямо ему в глаза.
Меня и правда не пугает ни облик демона, ни хищный прищур глаз.
- Ты уверенна, Лилия? – спрашивает и протягивает ко мне руку с появившимися когтями.
- Уверена. – отвечаю, но, когда он делает шаг ко мне, я на шаг отступаю.
Губы Каэля изгибаются не в улыбке, а скорей в оскале. И почему я отступила? Я же правда его не боюсь. Скорей меня странным образом смущает напряжение между нами. Я не знаю, как себя вести в такой близости с этим демоном.
- Твоё тело говорит за тебя. – и он снова хочет развернуться, чтобы улететь, но я хватаю его за руку.
Ту самую, что была ранена, и я только коснувшись бинтов понимаю, что сжала его рану не подумав.
- Зачем ты это сделал? – спрашиваю, убедившись, что он остановился.
- Что именно? Спас тебя? – и опять резкие порывистые движения в мою сторону, и я отступаю до тех пор, пока не упираюсь в дерево. Каэль остановился в нескольких сантиметрах и, нависнув надо мной продолжает говорить, наверное, сам не понимая, что «припёр меня к стенке».
- А как я должен был поступить? Оставить вас с вампиром этой твари? Сбежать? Как ты меня назвала? Трус?
- Я не про сегодня. – мои слова его озадачили, потому что он замолчал. Голубые льдинки уже как-то по-другому на меня смотрели. – Зачем ты спас меня тогда, в лесу? Не раскрыл секрет, кто я на самом деле. Показал, что можешь быть другим и подарил самый редкий цветок. А потом начал избегать меня и даже позволил этой…  - я запнулась. Сердце уже выпрыгивало из груди и голос начал дрожать.
- Потому что… не мог иначе.
Святые Боги, но почему? Почему он не мог иначе? Я задаюсь вопросами, но не решаюсь задать их вслух. И совершенно не знаю, как описать то, что со мной происходит. Я никогда ещё не чувствовала ничего подобного к кому-то.
‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍ - Каэль… - шепчу я его имя наблюдая как сглаживаются черты лица, исчезают рога, когти, и перестают светиться глаза. Лунный свет, пробивающийся через ветки, заливает всё вокруг, и так хочется прикоснуться к серебристым проблескам в его волосах.
Я поднимаю руку, не отрывая взгляда от голубых глаз. Медленно. Осторожно. Уверенно. Кончиками замёрзших пальцев касаюсь его щеки и меня прошибает током. Кажется, выстроенный мной барьер, дал трещину. Каэль почти не касаясь скользит по моей руке от локтя к запястью. Одним пальцем подталкивает руку, будто позволяя к себе прикоснутся и в это время накрывает мои губы своими.
Робко и очень нежно прихватывает верхнюю губу, потом нижнюю, а я запускаю пальцы в его шелковистые чёрные волосы на затылке. Отвечаю на поцелуй неумело и неуверенно, слушаю, как шум рухнувшей между нами ледяной стены сменяется четким биением сердец. Одно дыхание на двоих и его тепло. Это кажется таким правильным и противоречит моим принципам одновременно.