Зависимость цвета вишни

Полина с грустью на меня посмотрела, но я жалеть не спешу. Вдруг она так цену набивает?
— Ну и что сейчас показывает? — смотрю в компас, там стрелки передвинулись, вроде бы целые.
— Показывает счастье и удачу. Это знак солнышка. Так и каждый раз на вашу дверь, теперь на вас. Ничего не пойму.
Странная девчонка трясет головой и недовольно фыркает.
— Давай я теперь проверю, — беру из ее рук глупую вещь. Направляю компас на нее. — Что означает стрелка на грозе?
— Ой, это всякие проблемы, могут неприятности от этого случиться.
Офигеть…
Сработало!
Хорошая вещь, этот компас.
— Полина, стекло заменю. Но компас твой отлично работает. Ты гроза, оно и видно! А я солнышко, само собой. Что тут непонятного?
Результат меня не удивляет. Наоборот, в безделушку поверил. Приятно узнавать о себе правду.
Нет, чтобы поблагодарить, вредина снова спорит со мной. Почему-то решила, что я гроза для нее или туча. Ну, это ее проблемы, дикарки. Вот у меня все было солнечно, пока она сюда не переехала.
    
Глава 10
Глеб
Странности продолжились и на следующий день.
Пока я собирался на работу, мне позвонил Дан. Думал, он так, поболтать. Сидит в своем мотосалоне и заняться нечем. Но причина оказалась, куда серьезнее.
Друг жаловался, что Ника пристала к нему из-за новой подружки из академии. Просила на разборки приехать. Так вот он у меня и спрашивал, кто эта Полина Горская, что собой представляет и где живет, чтобы наглого соседа найти. Дан решил, что я, как препод, легко получу доступ к ее личной информации.
Такая вот засада. Мне мой лучший друг собрался морду бить, даже не зная об этом.
Огорошивать не стал его по телефону. Да и некогда мне, время поджимало. Пообещал ему, что попробую выяснить, и расскажу при встрече.
Выхожу из квартиры в ярости. Зараза такая, друзей на меня хочет натравить.
Ну, я ей покажу наглого соседа! Ну, она получит…
Закрываю свою дверь.
— Что за черт! — выкрикиваю вслух.
Под моими ногами сирена срабатывает.
Перепрыгиваю через коврик под дверью и дальше скольжу по полу до самой стены. Чудом не свалился, а мог ведь.
Прислоняюсь к стене и напряженно думаю — какого хрена происходит? От злости даже затылком стукнулся, пытаясь прийти в себя.
Под ковриком нашел пищалку, такую вкладывают в игрушки или товары с приколами. Какой звук вставят, тот и будет. Мне вот сирену подкинули. На этаж выше живет парочка хулиганистых школьников, может, они?
По пути до лифта еще думаю, что пищалки хватило бы школьникам. Зачем же лить масло на пол? И это странное ощущение осталось на затылке, будто волосы влажные. Дотрагиваюсь — рука чистая, после сирены все мысли вразброс. Хочется, кого-то прибить. Но за руку не поймал. Вещи вроде чистые. Волосы высохнут.
Ладно, потом разберусь.
— Глеб Романович, я вас пропущу ехать первым, — меня догоняет Полина у лифта.
Внимательно всматриваюсь в запыхавшееся лицо соседки. Близко не подходит, косится на меня. Горская всегда под подозрением.
— Ты только вышла?
— Ну как только… пока дверь закрыла, пока добежала до лифта, — съезжает на дурочку.
Но прямо спрашивать пока не хочу, лучше мне сначала разобраться.
— Ничего подозрительного не заметила?
— Кроме вас? — Полина удивленно моргает, осматривая меня с головы до ног.
— Значит, я для тебя подозрительный?
Вот это бесит не меньше, чем сирена под ногами.
— Глеб Романович, вы на первом месте. А еще пол в чем-то, то я все вымою после учебы. Вы не беспокойтесь.
Ишь, какая хозяюшка. Тут и без нее каждый день проводят уборку. Но все равно молодец, так мне подумалось.
Лифт останавливается на нашем этаже.
Думаю, что худшее за сегодня я пережил. Куда ж еще больше? Значит, пущу со мной проехаться Горскую. Так уж и быть. Сделаю доброе дело.
— Полина, предлагаю нарушить наши принципы. Вместе доедем до низа.
— Вот спасибо, так спасибо! — она тут же прыгает следом в лифт. — Вы же меня вчера домой подвезли, так что я вас теперь меньше боюсь.
— Но ко мне приходила мысль, завести тебя куда-то в горы подальше, — может грубо, но честно.
— Не завезли же, Глеб Романович.
Полина смущенно улыбается, и мне неловко становится. Есть в ней что-то милое, в ее румянце и невинном взгляде из-под пушистых ресниц.
Так, ну все. Понесло меня не в ту степь.
Отворачиваюсь от нее. Спиной становлюсь, будто слежу за движением датчика по этажам.
— Ой, божечки!
Сзади раздается вскрик.
Оборачиваюсь. Полина теперь смотрит испуганно. Ладони ко рту прижимает.
— Что опять с тобой? Утюг не выключила? Назад поедешь сама, — злюсь на растяпу, с ней даже нельзя нормально добраться до выхода.
— Нет-нет, лучше бы утюг, — она тянет, вжимая голову в плечи.
Дверцы открываются на первом этаже, дальше иду, не задавая вопросов.
Полина сзади плетется.
Еще не обдумал, а мое добро на лифте не заканчивается.
— Подвезти тебя, раз уж соседи? — с неохотой предлагаю дикарке. Доброта с осторожностью борются.
— Нет, я лучше сама. На лекции встретимся!
Свой ответ она мне прокричала, сбегая так, словно я за ней гонюсь.
Еще чего не хватало. Никогда я не буду бегать за Горской.
Мне же и лучше. Привык сам ездить с ветерком, хорошо, что она отказалась.
В академию вхожу без пиджака, скинул его в машине на заднее сиденье. День жаркий предвидится, рубашка с галстуком и так мне придают солидный вид.
Первой замечаю Марго, а она меня нет. Ну и отлично. Иду в другую сторону, мне все равно надо попасть в учебную часть. Там встречаю только Леночку, она улыбается мне, как обычно, и дарит судок с запеканкой.
Слушаю болтовню коллеги, заполняя электронный журнал. Ничего не понял из ее звонкого щебета, но на все согласно покивал. Главное, время с пользой провел, все вопросы решил, Святу успел отписаться, что в офисе буду к обеду.
Поправил галстук, взял аппаратуру и, с видом важного преподавателя, пошел к третьему курсу дизайнеров.
По пути слышал смешки, но не выяснять же мне, важному преподу, над чем студенты смеются.
В аудитории снова смешки. Уже громче. Иду к месту преподавателя. Хохот стоит.