Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание

— Непростая штучка, говоришь… — задумчиво протянул я. — Хм… Ты знаешь, мне пока нечего тебе на это сказать… И мне позарез нужна консультация Наставника.
— Он куда-то слинял, любит он это делать в самый неподходящий момент, — хмыкнул Морис.
— Что значит — куда-то? Вы же работаете вместе и видитесь чаще, чем я с ним. Ты должен знать, куда слинял Ильфорте!
— Должен, — вздохнул Морис. — Но не знаю. Он, видишь ли, не отчитывается о каждом своем шаге. Откуда я знаю, что у этого хитрого лиса на уме.
Мы прошли в мой кабинет, где торопливые слуги уже успели накрыть на стол, и в помещении витал приятный аромат печеных яблок и травяного чая. Солнечный свет, падающий через большие арочные окна, заливал уютную комнату и красиво бликовал в хрустальной люстре и хрустальной вазе на столе. Солнечные зайчики плясали по белым стенам и отражались от многочисленных зеркал.
Мы устроились за резным деревянным столиком. Флора сразу же перехватила на себя инициативу и уже разливала чай по чашкам, а я накинулся на пироги. Рука сначала по привычке потянулась к вишневому пирогу, приготовленному по старинному лакорскому рецепту, но в последний момент я одернул себя и схватил другой пирог, помятуя о том, что обещал до понедельника лишить своего дракона вишневого лакомства. Я словами на ветер не бросаюсь и если уж сказал, что лишу лакомства, значит, лишаю.
Ожидал, что Ластар взбунтуется и начнет ворчать, но нет. В голове царила приятная тишина, не нарушаемая возмущенными воплями моего внутреннего зверя. Странно и непривычно, конечно, ну да ладно, может быть, он решил мне так устроить бойкот, обидевшись на меня окончательно. Даже забавно будет посмотреть, на сколько его хватит. Пять минут? Десять? Пятнадцать?..
— А ты переодеться не хочешь? — насмешливо спросил Морис, поглядывая на мой изрядно потрепанный халатик, который я таки умудрился порвать в лесу, зацепившись за корягу.
— Успеется, — отмахнулся я, запихивая в рот огромный кусок яблочного пирога. — Я жутко голоден, и я устал от постоянной нервной беготни по Салаху. Сейчас перекушу и переоденусь… Хочу немного посидеть расслабленно в спокойной обстановке, без постоянного напряжения. Твоя благоверная, я надеюсь, не слишком смущена моим видом? — я вопросительно повернулся к Флоре.
— Ну что ты, — очаровательно улыбнулась она. — Меня ни наручниками, ни ошейниками, ни уж тем более шелковыми халатиками не смутишь. Я закаленная, так сказать, в этом смысле. С вашей семейкой по-другому никак.
Морис хохотнул, я тоже улыбнулся.
— Прекрасно. Меня-то халат и лекарская мантия никак не смущают… Тогда сначала к делу. Братишка, мне, судя по всему, нужна будет твоя помощь. Скорее всего понадобится тайная вылазка в Салах, может и не одна…
Морис заинтересованно вздёрнул брови, мол, продолжай.
— Мне нужно узнать всё про академию благородных девиц имени Тори Уайлдера, — сказал я.
— Какую академию? — прыснул он от смеха.
— Да-да, тебе не послышалось. Академия благородных девиц имени Тори Уайлдера. Звучит диковато, но дело не в названии. Мне нужна информация.
— Хорошо, а какого рода информация нужна?
— Вся, любая. Когда была основана академия, кем, с какой целью, что за профессора там преподают, кто и зачем так строго охраняет академию. Не могу отделаться от мысли, что с академией что-то не так. А когда я так долго кручу одну мысль в голове, ей обязательно стоит заняться, как показывает практика.
И я вообще не понимал, какого Хааска каратель делает в академии. Вот хоть убейте, а не было это похоже на обычную охрану. Кого или что надо настолько тщательно охранять? И от кого? С какой целью?
— Определенно стоит, раз тебя это беспокоит. Тем более, что ты давно под Салах копаешь, чуя что-то нехорошее. Может быть, это и окажется той нужной нам ниточкой. Что-то еще?
— Да. Та девушка, которую ты со мной сегодня видел…
— М-м-м, та блондиночка, на которую ты запал? — лукаво улыбнулся Морис.
Я предпочёл проигнорировать его издевательский тон.
— Да. Ее зовут Белладонна Риччи.
— Нашел себе персональный дурман? — прыснул от смеха Морис.
— Иди ты, — беззлобно отмахнулся я, доедая кусок пирога. — Короче. Мне нужна информация по ней. Я покопаюсь в своих архивах, но что-то мне подсказывает, что в Лакоре ничего не найду. Кто она, ее происхождение, родственники… меня чрезвычайно интересуют ее родственники и то, как и когда она попала в эту академию.
— Подозреваешь ее в чем-то? — нахмурился Морис. — Думаешь, она специально тебя в Салах утащила?
— Нет, дело не в этом, — медленно качнул я головой. — Но я испытываю смутное беспокойство… Не знаю… Очень сложно объяснить, считай это чутьём. Так вот, это самое чутье мне подсказывает, что с академией что-то нечисто, и, возможно, Белла не просто так в ней оказалась. Не знаю, что конкретно нечисто… Может, там ректор какой-нибудь проблемный? А еще недалеко от академии Белла видела странных, хм, существ, и позже в другом районе Салаха мы видели очень странное место, куда с Беллой случайно заглянули… Мы не стали изучать детально, не та была ситуация, чтобы я мог позволить лезть с тайной проверкой. Но я туда сам чуть позже вернусь… Мне нужно будет выбить официальный пропуск на пребывание в Салахе, это займет некоторое время. А тебя прошу собрать инфу и, ну, не знаю… Вынюхать все, что ты сможешь разведать, любые крохи информации. Будем думать и собирать из них пазл.
— Почему ты ей все-таки не сказал, что ты принц? — поинтересовался Морис, подливая мне и Флоре чай в опустевшие кружки. — Нет, правильно сделал, конечно, с точки зрения безопасности, но… почему?
Я неопределенно пожал плечами, задумчиво глядя в окно, за которым ярко светило солнце, и падали редкие снежинки.
— По ряду причин. Сначала я всё-таки сомневался в ее честности и полагал, что она все же в курсе моего происхождения и ведет какую-то свою игру. Потом мне стало интересно узнать ее хоть немного получше, а в сложившейся ситуации сделать это было проще, оставаясь относительным инкогнито.
— Что тебя в ней так зацепило?
— Ты знаешь, она даже не поинтересовалась моей фамилией, — ответил я через некоторое время. — Ничего не спрашивала про мой статус, не пыталась соблазнять и выторговывать себе какие-нибудь бонусы в обмен на мою безопасность. И я чувствовал, что она совершенно искренне хочет мне помочь. Искренне переживает за успех нашей затеи, и ей совершенно фиолетово, кто я и чем занимаюсь на самом деле. Хотя, честно скажу, до последнего сомневался в ее светлых помыслах, всё ожидал какой-то подлянки… От салахцев же чего угодно можно ожидать. Но нет. Помыслы Белладонны были абсолютно чисты. И мною она интересовалась искренне… как мужчиной. А не как важной государственной шишкой и уж подавно — наследником лакорской империи. Ты ведь понимаешь, о чем я?
— Еще как понимаю, — негромко произнес Морис.