Не драконьтесь, Ваше Высочество! или Игра на выживание

Фьюри понимающе хмыкнул и склонил голову на бок.
— Если хочешь, мы можем заключить магическую клятву, согласно которой я не буду лезть к тебе с поцелуями и требовать от тебя чего-либо непристойного, если ты сама меня об этом не попросишь.
Я удивленно вскинула брови. Хм, что он задумал? В чем подвох?
— Ты действительно готов заключить такую клятву?
— Конечно. Я слов на ветер не бросаю.
— Исключительно деловые отношения?
— Да-да, — охотно покивал Фьюри, глядя на меня с непроницаемым выражением лица.
— И согласно этой клятве ты… Не будешь ко мне приставать?
— Ни в коем случае. Если только…
— Если только что?
— Если только ты сама не попросишь меня о большем, — мягким, бархатным таким тоном произнес Фьюри. — Потому что сама захочешь продолжения. Знаешь, светлейшая… Мне для этого вовсе необязательно, как ты выразилась, "приставать" к тебе.
Он ме-е-едленно провел кончиком языка по своей верхней губе, не сводя с меня хищного немигающего взгляда. И как бы невзначай расстегнул две верхние пуговицы на рубашке.
Я шумно выдохнула носом воздух.
— Намерен добиваться меня любой ценой, да?
— Добиваться? Нет, что ты, — широко ухмыльнулся Фьюри, и голос его сейчас был подобен ядовитому меду. — Ухаживать, Белла. Когда девушка нравится, и она явно не прочь принимать знаки внимания, за ней надо ухаживать. Добиваться — это значит долбиться в глухую стену, не уважать желания девушки и действовать против ее воли. А я не агрессор, и девушка с подавленными желаниями и волей меня точно не вдохновляет. Зато меня вдохновляешь ты.
— Ты всегда такой прямолинейный?
— Ну а смысл ходить вокруг да около?
Я закусила нижнюю губу и нервно постучала пальцами по отполированной дубовой столешнице.
— А может, я, это… Может, я против принимать твои знаки внимания?
— Твой язык тела и твое учащенное сердцебиение говорит об обратном, светлейшая, — подмигнул Фьюри.
— Нет у меня никакого учащенного сердцебиения!..
— Да что ты говоришь, — глубокомысленно протянул Фьюри и выгнул одну бровь.
Я решила проигнорировать этот выпад и вернуться к прерванной теме разговора:
— Так что там насчет клятвы?..
— Если это убедит тебя в моих светлых намерениях по отношению к тебе, то я готов прямо сейчас заключить такую нерушимую клятву. И делом показать, что я готов ждать сколько угодно.
Я подозрительно сощурилась, глядя в честные глаза Фьюри, застрявшие где-то в зоне моего декольте.
— Знаешь, твой голодный взгляд, гуляющий по моему телу, говорит об обратном.
— Ну да. Я тебе больше скажу: единственное, чего я сейчас хочу, так это обнять тебя, целовать до одурения, и закончить поцелуи чем-то большим, а не смотреть на вот эти все бумажки, — прямо сказал Фьюри, продолжая медленно пожирать меня взглядом. — Но я не собираюсь действовать против твоей воли. Насилие — не мой метод, знаешь ли. И если тебе необходимо время, чтобы убедиться в моем к тебе отношении, то что ж… Я дам этого времени столько, сколько тебе хочется. Не скрою свое нетерпение и жажду близости, — при этих словах Фьюри окинул меня особо алчным взором. — Но я умею ждать. Поэтому могу подождать еще целых… — Фьюри глянул на настенные водяные часы. — Целых полчаса.
— Почему именно полчаса? — я почувствовала себя изрядно сбитой с толку.
— Ну, примерно столько мы с тобой тут можем еще разговаривать. И примерно столько ты максимум продержишься перед тем, как не выдержишь и сама попросишь меня о поцелуях. Готов поспорить.
— Это я-то не выдержу? — опешила я от такого заявления. — Ты за кого меня держишь?!
— За девушку, которую тянет ко мне так же, как и меня к ней? — предположил Фьюри.
И улыбочка-то такая невинная при этом, будто мы с ним рассуждаем о погоде на завтра. Улыбочка уверенного в себе человека, точно знающего, о чем он говорит.
Ах так, да?
Я придвинулась ближе к столу и облокотилась на него руками, подавшись вперед и воинственно глядя на расслабленного Фьюри.
— Готова поспорить, что ты сам полчаса не продержишься и первый наплюешь на все рамки приличия.
— Спорим? — тут же предложил Фьюри, протягивая мне руку.
— Да! — сказала я, на эмоциях вцепившись в протянутую ладонь.
— На желание?
— Да!!
— Кто первый в течение получаса сорвется, тот и проиграл?
— Да!!!
— Чудесно, — расплылся в улыбке Фьюри.
Я почувствовала легкое покалывание в ладони, и руки наши на миг вспыхнули желтым облаком искорок. Не клятва, но магическое подтверждение спора.
— Погоди, — задумчиво произнесла я, отдергивая ладонь и внимательно глядя на нее. — Ты вроде бы до этого был готов дать мне клятву, что вообще не будешь лезть ко мне с поцелуями, давая мне столько времени, сколько мне потребуется. А сейчас ты споришь со мной на полчаса, кто первый сорвется. Тебе не кажется, что ты только что меня обдурил?
— Разве? — мило улыбнулся Фьюри.
И расстегнул еще две пуговицы на своей рубашке. А так как пуговиц было всего четыре штуки, то рубашка оказалась полностью распахнута, являя миру в лице меня стройное тело, при взгляде на которое я могла думать лишь о том, что хорошо знала, какая у Фьюри приятная на ощупь кожа.
О бездна забвенья!! Кажется, меня опять провели, тонко обхитрив…
— Ваше Высочество, — обманчиво ласковым голосочком обратилась я. — Вам не кажется, что с каждой минутой вы приобретаете всё более непристойный вид? — я укоризненно посмотрела на расстегнутые пуговицы. — Это может, хм, спровоцировать меня в рамках нашего спора. Нечестная игра, Ваше Высочество. Мы так не договаривались!
— Ну что вы, мисс Риччи. Мне просто жарко.
— Тогда, может, следует открыть окно, чтобы проветрить?
— Ну, твое присутствие открытое окно не выветрит, — глубокомысленно произнес Фьюри.
— А манжеты ты сейчас расстегиваешь тоже по той причине, что тебе жарко? — напряженно спросила я.
— Очень сдавливают запястья, — серьезно кивнул Фьюри. — Невыносимо просто. И кто такую одежду придумал?..
Действительно…
Так, ладно, прежде чем я окончательно потеряю голову, оставалась парочка вопросов, которые следовало прояснить заранее.
— Если я, ну… Заключу с тобой договор. Какие у меня будут обязанности? И смогу ли я рассказывать кому-то о том, что, хм… работаю на тебя? — неуверенно спросила я.
— Разумеется, — кивнул Фьюри. — Ты будешь появляться со мной на большинстве встреч с разными чиновниками. Среди них будут и многочисленные иностранные представили, в том числе салахцы. Информация о тебе мгновенно просочится в народ, так что будет странно тебе самой продолжать ее скрывать.