Новые пути

— Я — всё! — Морана с довольным видом вскочила с дивана и унеслась в спальню. Нет, это не было приглашением к постельным играм — она побежала переодеваться. Ещё с утра они с ней решили, что когда она закончит с просмотром — они отправятся погулять в парк Горького. Аттракционов там никаких не запустили, но сам парк открылся уже недели три как. И там, даже, заработали кое-какие кафешки… В той жизни ничего этого не было. Москва с начала и до самого конца оставалась зоной тварей, пребывание в которой всегда было смертельно опасным. Сюда ходили за продовольствием, за ресурсами, на охоту, но это всегда были смертельно опасные рейды…
— Ну что — двинулись? — весело заявила девушка появляясь из спальни. Несмотря на то, что она всё ещё отказывалась окончательно переселиться к нему, но уже не убегала к себе каждую ночь. А когда маг попытался подколоть её по этому поводу, Морана лишь повела плечиком и, усмехнувшись в ответ, заявила:
— Так ты теперь хоть поспать даёшь, а не как раньше… неугомонный.
Скип тогда аж поперхнулся от подобного заявления. Потому что это был поклёп! Ибо основной затейницей в их постельных играх была именно она. Причём… м-м-м… мягко говоря, границы возможного у неё оказались довольно широки. Не смотря на всё её, вроде как, достаточно пуританское воспитание. А каким ещё оно могло быть в сталинские-то времена? Скип, даже, где-то читал, что в те времена школы для девочек и мальчиков были раздельные… А вот подишь ты — краснела, даже пунцовела временами, а всё равно: «Давай попробуем!».
Похоже, единственным, чего она не принимала категорически, был групповой секс. Причём выяснилось это случайно. Просто как-то маг, в шутку, решил поддразнить её этим… и мгновенно пожалел. Морана оторвалась от… ну-у-у… от него, короче, полоснула по нему возмущённым и, даже, яростным взглядом после чего зло прошипела:
— Со своим мужиком я могу всё! Но никого чужого с нами в кровати не будет. Даже не надейся. А не нравится — вали нахрен!
Его тогда аж на дрожь пробило от того, как она это сказала. Уж больно злобно это прозвучало. Да и потом ещё час зыркала, злясь. Хотя из кровати его не выгнала. И сама не ушла. Но и-и-и… процесс, тоже того… прервался напрочь. После этого Скип прикусил язык и больше подобным образом шутить не рисковал.
Так что жили они теперь, фактически, в его «Королевском юге». Несмотря на то, что у Мораны, вроде как, по-прежнему имелись свои собственные апартаменты… И главным подтверждением этому служил тот факт, что минимум две трети шкафов в его спальне были заняты её вещами. Тот есть в его шкафах их сейчас было заметно больше, чем в её апартаментах.
Скип с удовольствием окинул взглядом спортивную фигуру любимой. Не смотря на свой долгий… жизненный опыт, Морана с большим удовольствием носила современные вещи — обтягивающие брючки, шорты, топики, лосины, короткие туники, боди, джинсы с дырками, пуловеры с развитым декольте, открытые купальники и всё такое прочее, о чём во времена её прошлой молодости никто и помыслить не мог. Впрочем, юные, красивые девчонки во все времена имеют склонность к смелым экспериментам в одежде и, чаще всего, готовы гордо демонстрировать свои прелести. Особенно если прелести не только имеются, но и столь впечатляющи…
— Двинулись, — подтвердил маг поднимаясь на ноги. — Пробежимся или на метро?
От гостиницы «Москва» до входа в парк было около четырёх километров — с их характеристиками даже лёгким бегом минут десять, а на повышенной скорости не больше пяти. Но с момента, когда месяца полтора назад в Москве снова запустили метро, Морана с удовольствием на нём каталась.
— А чего ты хочешь, — усмехнувшись заявила она когда Скип попытался подшутить над ней по этому поводу. — Я же до Прорывов последний раз в метро была лет двадцать назад. Потом уже не до метро было — ноги не ходили… А сразу после Прорывов метро остановилось. Так что только сейчас и вышло прокатится.
Но, похоже, к настоящему моменту она уже накаталась. Потому что в ответ махнула рукой и предложила:
— А давай просто пройдёмся. Москву посмотрим. Кто его знает как дальше повернётся…
Это — да. Несмотря на то, что Москва сейчас смотрелась вполне себе мирным и спокойным городом, никто не мог предугадать как всё повернётся после того, как Врата перескочат на следующий уровень.
Возвращение людей в город было обусловлено несколькими причинами. Во-первых, людей, сбежавших из десятка городов-миллионников просто было слишком много — по всей России беженцев насчитали более двадцати миллионов. И внятно обустроить их было просто невозможно. Внятно — это значит не перекантоваться какое-то время в палатках и наскоро построенных бараках, а расселить людей хотя бы с минимальным комфортом, ну чтобы хотя бы туалет не на улице был и мыться не из тазика… обеспечить взрослых работой, детей — возможностью посещать школы и получать достойное образование, больных и стариков постоянной и действенной медицинской помощью… ну и так далее. Нельзя за несколько месяцев построить жильё, школы, больницы и заводы с фабриками для обустройства двадцати миллионов человек. Не существует пока на Земле таких технологий… А в покинутых беженцами городах всё это было — и жильё, и школы, и больницы, и, даже, работа. Так что, когда забрезжила возможность вернуться — многие за неё ухватились… Во-вторых, даже в местах эвакуации люди не могли чувствовать себя в безопасности. Для следующей волны открытия Врат пороговым значением были полмиллиона разумных. И если в сосредоточенных в каком-нибудь ограниченном регионе лагерях беженцев окажется столько — Врата совершенно спокойно откроются там. И что тогда делать людям? Опять бежать в чистое поле? А ведь это повышение уровня Врат не последнее.
Плюс появление дополнительных Врат в крупных городах было, даже, где-то выгодным. Потому что там уже были развёрнуты достаточно крупные силы армии и игроков, создана сопутствующая инфраструктура, а в центре Москвы и Питера даже развёрнуты безопасные кластеры, куда, в крайнем случае, можно будет эвакуировать и часть гражданских, организованны регулярные рейды по зачистке и построены укрепления вокруг уже имеющих Врат. Повторить их вокруг вновь открывшихся в этих городах так же будет гораздо легче. Потому что и техника, и люди, которые уже один раз это сделали — под рукой…
Ну и, в-третьих — PR! Москва и Питер к настоящему моменту являлись единственными из крупнейших городов планеты, которые, после открытия в них Врат, сумели вернуться к хоть какому-то подобию мирной жизни. Хотя бы внешне. Все остальные представляли из себя настоящее поле боя.
Когда они вышли из гостиницы и двинулись по Манежной площади вдоль Моховой. На площади было довольно людно. Ну, по нынешним временам… А перед зданием Манежа торчал автобус какой-то иностранной телекомпании перед которым прыгала одетая весьма сексапильно корреспондентка с микрофоном в руках, приставая к гуляющим москвичам и что-то у них выспрашивая.
Скип с Мораной прошли мимо них равнодушно. Квартируя в «Москве», они становились свидетелями подобных сценок едва ли не каждый день. Из-за того, что Москва была единственной из столиц-милионников, вернувшейся к нормальной жизни, иностранные телекомпании паслись в городе буквально стадами. И это очень сильно поднимало престиж как страны, так и её руководства в глазах всей планеты.