Мой сводный брат

— Насчёт Рокси ты тоже так говорил…
Тайлер отстраняется и шарится по карманам, выуживая мятые доллары. Бросает их на стол, расплачиваясь за свой заказ.
— Я верну тебе бабки за залог, — холодно говорит он. — И больше не суй свой нос в мои дела!
— Тай! — кричу ему вслед. Приятель покидает кафе стремительно, словно вихрь. Чертыхнувшись под нос, нагоняю его. Он раскуривает сигарету, прикрывая огонёк зажигалки ладонью. — Сбегать — не лучший выход.
— Тыкать меня носом в то, что сопливая дурочка нажралась вискаря после ссоры и свернула себе шею — это не очень-то по-дружески. И трясти этой якобы тайной, пугая Джоанну, тоже не стоит. Я сам расскажу ей, как было дело. Моя вина есть, да. Но она лишь косвенная. Косвенная, а не прямая! — яростно выплёвывает Тайлер.
Родители Роксаны так не считают. Они даже пытались привлечь Тайлера, но им не удалось. Рокси сама крупно поссорилась с ним на вечеринке и отправилась прочь пьяной. Остаток ночи она присылала Тайлеру слезливые сообщения, что ей плохо и умоляла приехать. Потом пообещала, что выполнит сложный трюк ради него. Он ответил — валяй, и не забудь заснять. Паркуром Рокси увлеклась только после знакомства с Тайлером. Прыжок через препятствие оказался неудачным, к тому же заснятым на камеру её телефона. Рокси свернула себе шею. Вина Тайлера лишь косвенная, но он бы мог не подначивать Роксану на безумства.
— Не смотри на меня так, словно я — твой враг!
— Ты сам это делаешь! — тыкает меня пальцем в грудь Тайлер. — Сам! Джо — не маленькая и не глупая девица. Сама решит, что ей надо.
— Я не отпущу её с тобой.
— А кто тебя спросит, Чемпион? Мы умеем становиться тенью. Тебе нас не достать…
— Вот об этом я и говорю! Не впутывай Джоанну в свои ночные приключения.
— Если она сама этого захочет, ты её не остановишь.
— Спорим?
Тайлер смотрит на протянутую ладонь и отступает назад.
— Не-а, не буду, бро. Но я поставлю на тебя, если ты выйдешь на ринг. Против Майклза. Говорят, он вышел по удо и хочет вернуть себе титул Чемпиона. Он взял пару недель форы, чтобы восстановиться, но хвалился, что уложит тебя уже к третьему раунду!
— Выйду, — бросаю коротко.
    
Глава 40. Джеймс
Возвращаюсь домой уже поздним вечером. Сумерки ложатся на газон и стены домов, и в моей голове царит такой же сумрак, в котором все затаённые желания встают в полный рост. Особенно при виде Эльфа, стоящего на стремянке возле торца гаража.
Её стройная фигурка затянута в трико и безразмерную толстовку с капюшоном. Я просто знаю, что это она — моя несносная сводная сестрица, раскрашивающая стену гаража кислотными пятнами. Мда-а-а… Видок получается тот ещё — как будто кого-то стошнило неоновыми красками.
— Эльф! — Ноль внимания. Струя краски оставляет идеально чёткую ровную линию. Я подхожу к сестре, обращаясь чуть громче. Трогаю за плечо. Джоанна вздрагивает и оборачивается. Струя краски задевает мой блейзер. Я отскакиваю назад. — Чёрт побери!
Джоанна отбрасывает в сторону баллончик и срывает с головы глубокий капюшон. Нижняя часть лица замотана платком. Сестра оттягивает его вниз и вытаскивает наушники.
— Джеймс, не подкрадывайся так. Никогда.
Признаю мысленно, что сейчас я буду выглядеть кретином, если начну беспричинную склоку. Поэтому спрашиваю как можно спокойнее:
— Чем занимаешься, Джо?
— Я обещала помочь твоему папе. Он раскрасил основу, я забиваю её рисунком. Только и всего, — отвечает Джоанна. Она разговаривает со мной, но при этом избегает смотреть мне в глаза. — Ещё что-то?
— Нет… — я судорожно пытаюсь придумать причину, чтобы задержаться. — Давно трудишься?
— Час или чуть больше.
Джоанна смотрит по сторонам и хмурится, словно только сейчас замечая, что уже вечер.
— Уверена? Ты выглядишь так, словно провела здесь несколько часов. Не хочешь перекусить? Скоро ужин…
— Горелым соте? Нет, — отрицательно качает головой. — Спасибо. Я не голодна.
Джоанна наклоняется и поднимает баллончик. Встряхивает его энергично и снова приступает к работе.
— Тебе необязательно делать это прямо сейчас.
— Обязательно, — отвечает она. — У меня в запасе всего пара дней.
— Пару дней до чего?
— До того, как я съеду, разумеется, — пожимает она плечами. — Я побывала в кампусе и нашла себе комнату.
— Так быстро? — спрашиваю, ощущая сосущее чувство где-то в груди.
— Ага. Прикинь… Не буду тебе мешать.
— Ты мне не мешаешь. Когда ведёшь себя адекватно… — поспешно добавляю я.
— Я буду тебе очень признательна, если ты оставишь меня в покое. Я люблю работать в одиночестве.
— Уже вечереет.
— Я знаю, — с лёгким смешком отзывается Джоанна.
Через мгновение она затыкает уши наушниками и делает музыку так громко, что даже я слышу ритмичный бит. Её идеально ровная спина говорит мне только одно: «Отвали». Ок, именно это я и делаю. Когда появляюсь в доме, слышу, как Шарлиз зовёт меня по имени. Она сидит в гостиной.
— Джеймс, можно тебя на минутку. — Стиснув зубы крепче, я подхожу к жене отца и останавливаюсь в нескольких футах от неё. — Я скажу тебе кое-что и попрошу меня не перебивать, хорошо? — начинает Шарлиз серьёзным тоном. В нём ни капли того заискивания, которым она обычно сдабривает разговоры со мной. Я решительно киваю, соглашаясь. Выслушать? Окей. — Я никогда не заменю твою мать. Я могу лишь надеяться, что однажды ты поймёшь: в мои планы никогда не входили попытки стереть память о ней. Возможно, однажды ты перестанешь видеть во мне врага…
— Я не…
— Прошу. Не перебивай! — чуть холоднее просит Шарлиз. — Если тебе охота воевать и выплёскивать свою злость, можешь прямо сказать об этом мне. Не нужно переносить этот негатив на мою дочь. Джоанна заявила, что скоро переезжает в кампус и даже начала паковать коробки, а потом схватила баллончики с краской и помчалась во двор.
— Да, я видел, как она… рисует. На гараже.
— О, моя дочь очень активная девочка. Она всегда уверенно идёт к намеченной цели. И я могу ею по-настоящему гордиться. Но мне неприятно думать, что ты можешь быть причиной её желания съехать. Ведь это не так? — с надеждой спрашивает Шарлиз.
Я смотрю в её светлые глаза. Почему-то сейчас не получается соврать. Сразу вспоминаются все её попытки подружиться со мной, внимание и забота на протяжении всех этих лет.
— Я не буду врать. Мы не очень хорошо ладим и повздорили.
— Что ж… Это было честно, — усмехается Шарлиз. — Я так понимаю, что просить тебя не пытаться выжить Джоанну бесполезно, да?