Возродим Мир из Пепла

– Это всего лишь магия, нечего пугаться, – с неожиданной уверенностью пробормотал Захария.
Послушавшись его, я отпрянула. В конце концов, если что-то пойдёт не так, у нас есть силы защитить себя. Даже у меня, из всех здесь собравшихся… А вот Гили осталась на месте. Боялась чего-то?
Из ниоткуда, словно из самого воздуха, на подмостках вспыхнули разноцветные огни, а из них вышли величавые зверолюдка и змеелюдка. Их тёмную кожу покрывали причудливые рисунки, светящиеся во тьме. Грудь шаманок была укрыта плотной разноцветной тканью, а ноги по колено спрятались под юбкой из пальмовых листьев. На их хвостах были невесомо-лёгкие ткани, колышущиеся от одного лишь дуновения ветерка.
И когда шаманки вдруг начали танцевать, рисунки на их телах задвигались точно сами по себе, а ткань затрепетала в воздухе, словно бьющаяся в клетке птица. Шаг друг к другу, шаг назад, поворот, дивные движения – их танец напоминал мне о волшебных вилах-нимфах, состоящих из чистого волшебства.
И когда их хвосты сомкнулись и ткань будто бы превратилась в единое полотно, шаманки вскинули её… Птица! Или само чудо? Нет, это точно птица, чудовище – чудесное, как в Берском Царстве! Пышные сливовые перья покрывали грудь птицы. Ноги её были до того длинные, а когти на них – до того острые, что напоминали копья с наконечниками. Глаза светились в беспросветной темноте. Но даже не это выделяло птицу среди других её сородичей.
Стоило этой птице взмахнуть крыльями, как вокруг засверкали молнии! Эта птица могла призывать гром и грозу! Внемля чуду, народ тут же закланялся и сжался. Я же прикрыла рот руками, не сдерживая восхищения.
Неожиданно выступил Большой Чека. К нему подошли шаманки: одна взяла его толстую руку, а вторая занесла нечто, похожее на рог животного, и коснулась острым его концом ладони вождя. Из-под плотной кожи засочилась алая кровь.
И птица точно сошла с ума! Безумная, она забилась в воздухе. Судя по всему, её ноги были скованы верёвками, иначе она бы сразу сорвалась к Большому Чеке. Но Большой Чека, похоже, знал, что делать. Он вскинул руку, после чего кровь расплескалась вокруг него. Несколько капель попали на согнутый, словно горбатый нос, клюв птицы, и та заликовала. Шаманки заводили руками, и всё вокруг наполнилось чудесной силой. Птица сделала замысловатое движение в воздухе и вдруг приземлилась. Прямо перед вождём, склонив голову у его колен. Неужели он способен подчинять чудовищ?.. Так же, как мы с Фениксом? Не может быть…
– Я думала, чудовища дружат только со мной, Фениксом и другими избранными, – пробормотала я в ужасе. Большой Чека не может быть избранным, ни за что!
– Всё не так просто, – прервал меня Захария. – Смотри.
Вдруг, не побоявшись, Феникс вышел вперёд. За ним шагнул и Имхотеп, но выходить из-за спины Феникса не стал.
– Ты никого не одурачишь своими представлениями! – воскликнул Феникс, вскидывая руку. – Импундулу – птица шаманок. Они приказали ей подчиняться тебе, поэтому она склонилась перед тобой.
Так вот оно что! Большой Чека просто снова сжульничал!
– А шаманки подчиняются мне. Значит, и птица тоже, – усмехнулся вождь. – Смотри дальше своего носа, юнец.
– Глупые разборки в сторону, – снова осмелел Имхотеп. – Что за испытание нас ждёт?
– Бузиба! – проревел Большой Чека.
– Я не забыл, я не забыл! Не волнуйся, – закивал тот и вновь заголосил: – Испытание Колдовства служит для того, чтобы понять, чьё тайное искусство сильнее! Мы не стали ставить против обычного человека, – в толпе захихикали, – одну из наших великих шаманок. Ибо до них тебе – как до небес. Но вот птица – её мастерства ты, может быть, и достиг.
Мех на моих ушах встал дыбом, как только я увидела яростный взгляд возмущённого Феникса. Благо тот не стал ничего говорить и обострять обстановку.
– Мы с Большим Чекой выбрали то состязание, в котором способен выиграть только настоящий мастер колдовства, – таинственно проговорил Бузиба, после чего раскинул руки и сказал: – Полёт за небеса! Кто из вас сможет достичь наибольшей высоты? Повелитель Огня или повелительница молний?
Птица импундулу громко вскрикнула, точь-в-точь как орёл. Слова Бузибы тут же приобрели огромную значимость, и толпа возликовала. Лишь мы с Захарией и Гили оставались на месте, сомневаясь, что такое состязание может быть по плечу Фениксу.
– Н-но… я человек! А импундулу – птица! У меня нет крыльев, – возразил было он, но Большой Чека вскинул руку.
– Назвался птицей, вондерландец, – так будь верен своему слову.
Как и Феникс, я застыла: и ведь сразу не поймёшь, искренни ли слова Большого Чеки. Обязан ли был Феникс заслуживать своё прозвище?
– А в чём наше участие? – собрался с мыслями Имхотеп. – Тогда мы помогали своим слугам, а сейчас…
– Хочешь получить ответ – слушай внимательно и не перебивай, Львёнок.
Даже у меня внутри всё горело от этого обидного прозвища. Имхотеп уже взрослый Лев! Он взял на себя ответственность сражаться с тобой, толстый Обезьян. Имей совесть считать его равным себе!
– Подойдите к шаманкам, – отошёл Бузиба, пропуская вперёд зверолюдку и змеелюдку, – и сами всё поймёте.
Тогда Феникс с Имхотепом встали рядом, как и Большой Чека с птицей импундулу. К союзникам подошли шаманки. Мой взгляд был прикован к зверолюдке, которая остановилась рядом с Фениксом и Имхотепом.
Стоило рукам шаманок прикоснуться к состязающимся, как все четверо встали на колени. Я хотела воспротивиться, но вновь сдержала себя. Без честного состязания у нас точно не получится выиграть!
Вдруг открытые глаза соперников загорелись, и они запрокинули головы. Всё происходило в считанные мгновения. Феникс и импундулу расправили крылья из чистой стихии и взмыли в небеса. Деревья открыли им свои кроны, и стало ясно: небо сияло в закатных красках. Но ветви вновь сомкнулись.
Тогда из глаз Имхотепа и Большого Чеки заструились странные нити. Едва видимые, они стали оплетать всё вокруг.
– Что происходит? – удивился Захария.
– Все вдруг замолчали… – добавила Гили.
– А вы не видите? – удивлённо спросила я.
Те замотали головами. Кажется, не всякий способен заметить… Видимо, то и есть настоящие чудеса.
Неожиданно нити стали сплетаться в единую картину. Точнее, в две картины: одна – над головой Имхотепа, другая – над Большим Чекой.
Картины словно отображали то, что видели Феникс и импундулу, которые поднимались вверх, словно стрелы, пущенные из упругих луков! Я ахнула, поняв это, и, будто сняв с языка мои слова, Бузиба провозгласил:
– Имхотеп и Большой Чека будут управлять своими слугами на пути к победе – самой Чантиран!
Народ загудел, завосклицал. А я накрыла рот руками: разве это возможно? Нельзя достигнуть небес… Но двигались они так, будто на этом свете возможно всё.