Под защитой твоей тьмы (СИ)

Осознаю. Но неужели нет другого варианта?
Даже если есть, мне его не предложат и не разрешат. Это я ясно вижу по глазам Мартана. Так что выбора нет.
Вздохнув, я отворачиваюсь и поспешно шагаю через этот проклятый порог, не давая себе времени задуматься. В конце концов я уже здесь не только была, но и провела ночь. К тому же завтра мы покинем этот дворец. Возможно, навсегда. Ни к чему мне требовать себе новые покои.
Позади слышится звук закрываемой двери.
− Я бы не хотела оставлять Олви здесь. Есть ли возможность дождаться её выздоровления? — спрашиваю, повернувшись к приближающемуся демону.
− Нет, Мышонок. Ждать несколько дней нельзя, − оказавшись рядом, Мартан за подбородок поднимает мою голову. Смотрит в глаза, будто мысли прочесть пытается. − Нам нужно попасть в Линденот, как можно скорее. И так задержимся в пути из-за медлительного дормеза. Твоя камеристка сможет приехать позже, вместе с обозом и всеми твоими вещами, которые тоже нужно будет доставить в Линденот. Сейчас мы возьмём только самое необходимое.
Дормез явно предназначен для меня. Значит, и в промедлении вольно или невольно виновата буду я. Пожалуй, это лишнее.
− Если всё так срочно, тогда почему бы нам всем не отправиться верхом? — интересуюсь ровно.
− А ты выдержишь два-три дня в седле? — вскидывает демон бровь.
− Да, если это нужно, − киваю уверенно. — Я отнюдь не немощная. В седле держусь более чем хорошо. И если вы сократите путь до двух-трёх дней, вполне смогу держать нужный темп. Даже если мы отправимся уже сегодня.
 12.2 
 
Пару минут жених молча изучает меня, раздумывая над моим предложением.
− Что ж… если ты действительно этого хочешь, можешь ехать верхом, как и все. Тогда служанок сегодня выбирай исходя из того, кто из них сможет сопровождать тебя в конной поездке. Отдашь им распоряжения, какие вещи первой необходимости нужно для тебя упаковать. Время отъезда остаётся прежним − завтрашнее утро. Сегодняшний день мне понадобится, чтобы сложить свои полномочия, передать обязанности приемнику и подготовить отряд, который будет нас сопровождать.
Конечно. Как я могла об этом забыть? Он же главнокомандующий всех войск Аделхея. А теперь вот, выходит, отказывается от этой должности, чтобы ехать со мной. А может, и король ему так приказал. Поручил другу заполучить власть в Линденоте через брак со мной. Ведь о том, что с Ларусом что-то не так, демоны заподозрили ещё до того, как тот попытался меня похитить.
− Я вынужден буду тебя оставить, чтобы завершить все свои дела в Тервине, − произносит хрипло Мартан, придвигаясь ко мне ближе. Большая ладонь скользит мне на затылок, чуточку царапая кожу подушечками пальцев. — Поэтому приставлю к тебе надёжную охрану. Чтобы ты ни на минуту не оставалась одна и без защиты.
Последние слова тёплым дыханием согревают мои губы. Почти касание. Почти поцелуй. Шершавый палец скользит по нижней губе, пробуждая внутри странное порочное томление. Мои глаза расширяются, и с губ невольно срывается прерывистый выдох.
Но демон медлит. Ждёт и смотрит. Так горячо. Заставляя вспомнить всё, что я чувствовала в его объятиях сегодня утром. И ничего не делает больше. Пока моя настороженность не превращается в недоумение, неожиданно для меня приправленное самым настоящим разочарованием. Чего именно он ждёт? Почему не целует?
О боги. Я что этого правда хочу? Правда жду?
Кажется, да. Только думать об этом я не в состоянии. Слишком сильно во мне сейчас говорят неизведанные желания и эмоции.
И демон всё это видит. В чёрных глазах удовлетворённо вспыхивает тёмное пламя, снова обжигая мою душу той голодной страстью, которую мой жених пока что держит в узде. В волосах сжимаются сильные пальцы, пресекая все попытки отстраниться. И напоминая, что отстраниться я даже не пыталась.
Кажется, ещё чуть-чуть и я сама к нему потянусь, чтобы наконец почувствовать снова. Просто почувствовать… себя живой. Утолить странный тянущий голод, проснувшийся внутри.
 
О боги…
Вдох и мой опрометчивый прыжок в бездну. Не знаю, кто первый качнулся навстречу. Я или он? Какая разница?
Наши губы встречаются, языки мгновенно сплетаются в порочном танце. Тела вжимаются друг в друга. Так остро. Так сладко. И каждое касание мужских рук на моей коже, каждая настойчивая ласка зажигает в моей крови всё больше огня. Что он делает со мной? Как он это делает? Почему я так хочу его прикосновений? Почему умираю от удовольствия, чувствуя требовательную ласку этих губ, почему с каждым толчком и движением мужского языка у меня во рту, по всему телу разливается пульсирующее, трепещущее тепло, концентрируясь почему-то между ног. Почему мне нравится, как на бёдрах сжимаются мужские пальцы, неумолимо комкая юбку? А грудь ноет так, что нет сил терпеть прикосновение ткани к заострившимся соскам.
Не знаю, чем бы всё это закончилось… Но от полного падения и сумасшествия меня спасает неожиданный стук в дверь. Настойчивый и громкий.
Судорожно выдохнув, я шарахаюсь от демона прочь. Ускользаю из его рук. И он, низко зарычав, неожиданно отпускает. Только выглядит так, будто вот-вот бросится следом, схватит, и снова своими поцелуями заставит забыть обо всём… Ещё и скалится угрожающе так, словно убьёт любого, кто станет у него на пути.
Но за дверью стоит кто-то, абсолютно лишённый чувства самосохранения. Потому что стук раздаётся вновь.
Мартан с рычащим стоном закрывает глаза. Тряхнув головой, усмехается криво.
− Есть у меня подозрение, что я ещё не раз пожалею о том, что назначил твоим телохранителем именно эту особу, − произносит сипло, неохотно поворачиваясь к двери и прожигая ту неприязненным взглядом.
«Эту особу»? Там что, за дверью женщина?
В памяти тут же вспыхивает воспоминание о демонессе, которую мне вчера представили. Как её там? Ксандра, кажется. Высокомерная и спесивая «боевая подруга» моего жениха.
О нет, только не она! Не хочу я такую телохранительницу!
Но Мартан уже идёт к двери. Что-то делает с магическим контуром. И открывает.
На пороге действительно стоит демонесса. Отсюда я не могу толком рассмотреть её лицо, оно в тени, но длинную тёмную косу, переброшенную на грудь, прекрасно вижу.
− Извиняюсь, если помешала, − тянет насмешливо. Без малейшего сожаления в голосе. — Ты сам велел прийти.
− А подождать за дверью, пока я тебя позову, не додумалась? — раздражённо интересуется мой жених.
− Вот ещё. Вы бы тогда увлеклись и ждать мне бы пришлось очень долго, − фыркает эта бесцеремонная особа и, отстранив Мартана, ленивой кошкой входит в комнату. — Знакомь меня с моей подопечной, братец. Я готова приступать к своим обязанностям.
И только теперь до меня доходит, что я обозналась и это не Ксандра.
Передо мной, заинтересованно склонив голову набок, стоит незнакомая мне девушка. Моложе вчерашней спесивой знакомой. С нескрываемым любопытством меня рассматривают глаза совершенно невозможного лилового цвета. На пухлых губах играет лёгкая лукавая усмешка. А волосы у этой особы не чёрные, как мне сначала показалось, а тёмно-тёмно-красные.
И мне не послышалось? Она назвала Мартана братцем?
 12.3 
 
От потрясения я даже забываю о своём наверняка растрёпанном виде. Так и стою, глупо таращась то на незнакомку, то на собственного жениха.
− Адерин, знакомься, это моя сестра, Моррайа, − криво усмехается он в ответ.
− Можно, просто Мора, − оскаливается та в приветственной улыбке. — Мы ведь почти семья.
− Мора, это моя невеста, Адерин, − невозмутимо продолжает Мартан.
Мне не послышалось. Это действительно его сестра. И, кажется, именно ей поручено меня охранять. Сестре. Подумать только.
− Здравствуйте, − здороваюсь, смущённо прокашлявшись. — Можно… просто Рин. Рада знакомству.
Не знаю, зачем это говорю. Просто, в ответ на её слова. Хотя так меня не называли уже очень давно. С тех пор как мамы нет. И я не уверена, смогу ли спокойно слышать такое обращение с чьих-то ещё уст. Но сказанного уже не воротишь.