В суете прошлых дней

– Понятия не имею. Но, думаю, если хочешь оставаться семейным человеком, это следует сделать.
– Юль, почему мы не поженились? – вдруг спросил он.
Я озадачилась, повернулась к нему.
– Наверное, потому, что ты меня замуж не звал. А когда я предложила, поспешил отказаться.
Олег смотрел на меня печальными глазами лабрадора.
– Ты же предложила не потому, что меня любила.
Я не удержалась и хмыкнула.
– Если бы любил ты, предложил бы сам.
Метелкин помолчал, выглядел при этом тоскливо. Наконец, сел на кровати, спустил огромные ноги.
– Наверное, ты права, – проговорил он.
– Олег, что у вас случилось? – поинтересовалась я. И тут же добавила: – Я понимаю, что это не моё дело, ты можешь не рассказывать, но такие встряски, знаешь ли, когда ты заявляешься ко мне жить, мою нервную систему до добра не доведут.
– Извини.
– Я извиню, Олеж, но тебе надо домой, к жене.
– Что за мужик вчера был? – спросил Метелкин, и глянул на меня исподлобья. Между прочим, с претензией и укором.
Я смутилась, но всего на мгновение.
– Если ты помнишь мужика, значит, всё не так плохо.
– Конечно, помню. И, как понимаю, ты ночевала у него.
– Я не могла ночевать с тобой. Ты человек женатый, – наставительно проговорила я.
– Ты с ним встречаешься?
– Встречаюсь, – согласилась я.
– Совсем меня забыла, да?
– Я очень старалась, Олежа, – честно призналась я. Подошла, потрепала его по буйной головушке и легким тоном продолжила: – Я в душ. А ты выпей кофе и вызови такси. Мне нельзя опаздывать на работу.
До работы Метелкин меня проводил. Мы вместе ехали на такси, Олег без конца вздыхал и на меня косился. А я ему посоветовала:
– Купи цветы.
– Тебе?
Я глаза закатила, посмотрела на Метелкина, прежде чем выйти из такси. И сказала:
– Жене, Олег.
– Боюсь, цветами тут не обойдёшься.
Я тут же замахала на него руками.
– Не хочу знать подробностей.
Я из машины вышла, дверь захлопнула, а Метелкин высунул голову в открытое окно.
– Юлька!
Я обернулась.
– Я позвоню?
– Позвони, – согласилась я.
Я только успела подняться на крыльцо, как меня под руку подхватила Алена.
– Меня глаза не подводят? – заахала она смехом. – Тебя Метелкин на работу привёз? Опять любовь-морковь?
Я руку её от себя отвела.
– Не выдумывай. Чисто дружеские отношения. – Глянула на часы на запястье и решила, что следует поторопиться, ускорила шаг.
– В обед поболтаем? – крикнула мне вслед Слепова.
Я лишь согласно кивнула и нырнула в лифт.
Настроение мне немного подпортил звонок сестры ближе к обеду. Дашка почти полчаса ныла по поводу детей, потом неоплаченного кредита, затем из-за очередной ссоры со свекровью, и я, признаться, успела забыть о том, что при последней нашей с ней встрече, мы тоже, как бы, поругались. Я ушла из её дома, хлопнув дверью, Дашка мне вслед сыпала проклятиями, но память у сестры на этот счёт всегда была короткая. И вот, не прошло и двух недель, как она звонит мне, как ни в чем не бывало. Вот только звонила мне сестра всегда лишь для того, чтобы пожаловаться. Никогда не спросит, как дела у меня.
– Как мама? – перебила я её в какой-то момент.
– Мама? – переспросила Даша, явно удивившись вопросу. – Понятия не имею, я с ней не виделась.
Подобной реакции я никогда не понимала. Вот сколько лет мы жили в разных городах, столько я и удивлялась. Сестра с матерью жили через три улицы друг от друга. Пятнадцать минут прогулочным шагом. Но не виделись неделями. Не общались, не перезванивались, по сути, не интересовались жизнью друг друга.
– Что, и слухов никаких? – поинтересовалась я.
– Ты про этого мужика, что ли?
– Хотя бы, – неохотно проговорила я.
– Ты же знаешь, я к слухам давно равнодушна. Одним больше, одним меньше.
– Замечательная у нас семья, – пробормотала я.
– Нормальная, – тут же отрезала Даша. – Она много о нас с тобой в детстве думала? Так почему я должна о ней думать? У меня есть о ком подумать.
Я глянула на часы, поняла, что разговариваю с сестрой практически весь обеденный перерыв, хотя, обещала поболтать в это время с подругой, и решила поинтересоваться в лоб:
– Даш, ты зачем звонишь? Я, вообще-то, на работе.
– Просто так. Поговорить.
Так и хотелось спросить: «О чем?», но сестра неожиданно продолжила:
– Юля, мне нужна твоя помощь.
Вот это настораживало.
– Какая?
– Я подумала, что ты же хорошо устроилась в Нижнем? Вполне можешь помочь родственникам перебраться.
Это было, как гром среди ясного неба. Честное слово. Таких речей от сестры я никогда не слышала. Меня лишь обвиняли в том, что я всё бросила и перебралась в большой город. И все мои достижения ставились под большое сомнение. А теперь Даше захотелось взять с меня пример.
– Ты хочешь уехать из Борска?
– Я не могу больше жить со свекровью. Я устала.
– Ах, вот в чём дело, – усмехнулась я. – И ты считаешь, что перебраться с мужем, детьми и кредитами в большой город, на съёмную квартиру, вам будет по силам?
– Первое время мы поживём у тебя.
Я лишь на долю секунды представила себе то, что предлагала мне сестра, и тут же, не думая о последствиях, категорично заявила:
– Нет. Ни за что.
– Юля, это не по-родственному, – тут же обвинила меня Дашка. Причем, исходя из того, что её обвинения не запоздали ни на секунду, к моему отказу сестра была готова. – У меня дети, нужно думать об их будущем.
– Даша, это ваши дети. Думайте об их будущем сами. Всё, чем я могу помочь, это поискать для вас съемное жилье по приемлемой цене. Ну, и работу на первое время для тебя.
– Для меня?
– Твой муж пусть ищет работу сам, откуда я знаю, что он может и умеет. Кстати, что его перестало устраивать в работе на лесопилке? Ты же так была ей рада.
– Перестань меня цеплять этой работой! Я знаю, что ты злишься из-за этого. Но, чтоб ты знала, в Борске с работой большая напряжёнка, и хвататься надо за любую. Как мой Серёжа и поступает. Это не для того, чтобы тебя позлить.
– Я так и не думала. Но, если ты хочешь говорить серьёзно, не мешало бы для начала твоему Серёже найти работу, а потом уже привозить вас. Чтобы было куда и на что.