Долгий поцелуй на ночь
Нет, ну а что было говорить?!
Не рассказывать же было ей о том, что в подростковом возрасте меня домогался собственный отчим, следом умудрилась влипнуть в историю с местным бандитским авторитетом, которого я чуть не отправила на тот свет к праотцам от страха быть подвергнутой групповому изнасилованию на его квартире, а потом попала в руки к другому бандитскому авторитету, где вынуждена была проявить свои способности в качестве щипача*, чтобы на меня обратили внимание и предоставили защиту, после чего была направлена на специальную подготовку, где мне что-что, но явно было не до мужиков и секса…
Сюр да и только… М-да…
Да и вообще, почему наличие целомудренности в восемнадцать — девятнадцать лет, считали чем-то зазорным?!
Меня разъедала глубокая обида, на весь этот жестокий мир, который обходился со мной так не справедливо…
Вот Полина, родилась если можно так выразиться под счастливой звездой, влиятельные родители, достаток, с пелёнок окружена вниманием и нескончаемой заботой, ну что её может тревожить в этом бренном мире, а?!
Ну вот что?!
Лишь такие жалкие вопросы, каким цветом лака покрыть свои ноготочки и какое выбрать нижнее бельё, чтобы перепихнуться с сорокалетним мужиком и не важно, что впопыхах и в каком-то пусть и дорогом, но всё же ресторанном туалете…
А всё почему?!
Жиру бесится, да и только…
Хочет наверное остроты ощущений, хочет запретного, чтобы поднять уровень своего адреналина в крови…
А ещё, ей пожалуй очень льстит, что такой влиятельный и взрослый мужчина, как Димитрий Костулас волочится за ней, как влюбленный мальчишка, выполняя любое её желание и прихоть…
А я что? А Вероничка?!
С раннего детства, вынуждены пробиваться сквозь «тернии к звёздам» и несправедливости всего мира, чтобы элементарно иметь возможность спокойно жить, не пуская свои жизни под откос и не опускаясь на самое дно…
И пусть эти обиды и досада звучат возможно по-детски глупо и нелепо… Но порой, так хочется взвыть от этой несправедливости…
Пропасть между нами: где такие девочки как Полина Котова и такие как мы с Вероничкой…
Многие девочки нашего городка, заканчивали проституцией, алкоголизмом и наркотой… Чего ещё ждать от глубинки?
Ну в лучшем случае, единицам, удавалось уехать в большой мегаполис для лучшей жизни до того, как их успевали «сломать»…
Другие же, тоже единицы, выскакивали удачно замуж и волочили среднестатистическое существование, в абсолютно бесперспективном убитом городишке перебиваясь от зарплаты до зарплаты…
— Сонь, ты сама не своя после бала, не хочешь поделиться? — вдруг вырывает из раздумий Полина.
Поднимаю на неё вымученный взгляд, прикидывая в голове, чтобы такого ответить, чтобы разговор не затянулся слишком надолго, так как я не в том эмоциональном состоянии, когда с радостью рассыпалась бы перед ней в красочных откровениях…
— Устала от переживаний Поль, — само собой как-то честно признаюсь ей.
— Поделись… Уверяю тебя, даже если я не смогу тебе ничем помочь, тебе станет намного легче, — забив на свои тряпки в примерочной кабинке, тихо приближается и подсаживается ко мне на гостевой диванчик.
И в голове в этот момент начинают складываться маленькие пазлы и назревает небольшой, но надеюсь, что верный план…
Категорически непростительно было упускать такой шанс — один на миллион…
— Не хочу портить тебе настроение и надоедать со своими слезливыми рассказами…
— Вот ты странная Софья Владимировна! Что значит надоедать?! Чтобы больше не слышала подобного! Рассказывай подруга… — обнимает за плечи, приободряя.
— Ну… Речь о моём опекуне… Точнее, бывшем опекуне, — пытаюсь как можно тщательней подобрать подходящие слова.
— Так и знала! И что?
— В общем знаешь, Владимир Иванович человек в возрасте…
— Он что, приставал к тебе?!
— Что? — ошарашенно смотрю на неё.
— Ну мало ли, столько историй про то, как опекуны к своим подопечным пристают, — пытается реабилитироваться она.
— Господи, нет… Нет Полина… Он никогда себе подобного отношения не позволял, всегда был очень добр и учтив со мной…
— Просто из головы всё не выходит наш разговор о том, что ты ещё девственница, а сейчас ты такая подавленная и зашуганная, что ляпнула первое, пришедшее в голову…
— Котова блин! А это то тут причём?! — закатываю глаза в недоумении краснея.
— Нет, ну а что такого?! Ты не разу не рассказывала о своих парнях, я вот между прочим, тебе про всех рассказала Сонечка… Про Димитрия вон, день и ночь тебе вещаю! Ты не проявляешь интереса к мужикам, я даже с отцом насчёт этого поговорила, мне казалось тебя этот дед обижает и запугивает!
Офигеть… Ну теперь, многие вещи становятся на свои места… Возможно именно этот момент стал роковым и Котов обратил на меня внимание…
Полина, Полина… Ну как ей объяснить, что мир не крутится только вокруг мужиков, шмоток и развлечений?!
— Я с тебя в шоке… Ты в своём уме, зачем было Андрею Михайловичу говорить?! — еле сдерживаю эмоции.
— Мне хотелось тебя защитить… Ну прости меня Сонь, я же хотела как лучше…
— Ладно, сделанного не воротишь как говорится…
— А что тогда тебя беспокоит? Что с ним не так?
— Всё с ним так, точнее… Уф… Ты конечно меня огорошила… — делаю паузу. — Понимаешь… У него обнаружили онкологию, ему совсем недолго осталось… И ещё он единственный близкий человек, если так можно выразиться, который у меня остался… Я просто раздавлена морально, — опускаю голову и пускаю слезу, для пущего эффекта.
— Соня-я-я… Какая же я всё таки дура, прости за мои нелепые предположения! Ужасные новости… Неужели ничего нельзя сделать? Хочешь я папу попрошу подключиться?
— Не-е-ет, не нужно… Владимир Иванович располагает всеми возможностями, только возраст и стадия уже не те, остаётся только смириться…
— Держись пожалуйста, не отчаивайся, — искренне утешает девушка. — Ты собираешься провести все праздники рядом с ним?
— Даже не знаю… Мне наверное не позволят, у него же каждый день терапии, меня попросту не пустят туда, да и ему сейчас явно не до подопечной… Наверное проведу все праздники одна, я такая разбитая, буду как-то пытаться переварить всё это, — ещё сильнее сокрушаюсь.
— А вот и нет Смирнова! Никаких одна и никаких разбитая! Я тебя приглашаю на все праздники к нам домой, будем веселиться, у нас и лошади и снегоходы, много всяких развлечений! И не смей даже возражать! — с воодушевлением отрезает она.
Бинго!!!
Ну что ж Андрей Михайлович — счёт 1:1…
Уж рядом с собственной дочерью ты точно не посмеешь ко мне приставать…