Удача любит смелых (СИ)
— Извини, не получится, — пожал плечами я. — Стволы опустим или спрячем, но на пол не положим, и разряжать не будем. А ты можешь уйти, если не тронешь Тенгиза.
В подтверждение своих слов, я засунул ПМ за пояс брюк. Другие последовали моему примеру.
— Я его зарежу, — заорал Лысый.
— Дурак, — презрительно бросил я. — Как только мы положим стволы и ляжем, их сразу же подберут отморозки Зямы. На твоё лезвие и жизнь Тенгиза им насрать. На тебя тоже. Они сразу же шмалять начнут. Положат, и нас, и тебя. Им лишних свидетелей оставлять незачем. Ты этого хочешь?
Лысый озадаченно замолчал, переваривая сказанное. Похоже, он не отличался большим умом, сперва приказывал, потом думал.
— Ключи от машины у кого? — спросил я.
— У мэня, — угрюмо буркнул Абрек.
— Кидай их сюда, — я многозначительно посмотрел на кавказца. Он еле заметно кивнул. Похоже, понял, что я имел в виду.
Ключи не долетели. С лязгом шлепнулись на бетонный пол в полутора метрах от меня. Я сделал шаг вперед, подобрал их и двинулся к Лысому.
Протянул ладонь с ключами:
— Бери и уматывай. Только Тенгиза отпусти.
И тут у Лысого возникла дилемма. Ключи однозначно надо было брать. Но как это сделать, если одна рука обхватила шею вора, отодвигая подбородок вверх и прижимая к себе, а вторая приставила к горлу скальпель? Крепыш пару секунд поколебался и быстро выбросил руку со скальпелем ладонью вперед, пытаясь пальцами цапнуть ключи.
На этом и прогорел. Я резко перехватил запястье, рванул его вниз и в сторону. Мгновенно все понявший Тенгиз, которого начало разворачивать вместе с Лысым, схватился ладонью держащее шею предплечье, сдернул его вниз, пробил локтем под ребра охнувшему отморозку, вывернулся из его объятий и отпрыгнул назад.
Вылетевший из руки скальпель звякнул, подпрыгнув на бетонной поверхности. А я, давя всем весом, заваливал крепыша на пол. Он оказался мощным и ещё знакомым с борьбой. Моментально восстановил равновесие, вывернулся, перекрутился, оказавшись наверху, и облапил меня своими ручищами, пытаясь добраться до пистолета. Абрек гортанно вскрикнул и бросился вперед, но не успел. Денис мощно пробил хук в челюсть крепыша, отпрыгнул, добавил начавшему сползать отморозку стопой в голову, и сдернул на пол уже бессознательное тело. Подскочивший Гурам злобно пнул безвольное тело, но это было уже лишним.
— Фухх, — я поднялся и оттряхнул брюки. — Вот же медведь, чуть не задавил.
— Так видно же по ушам, что борец бывший, — мягко попенял Денис. — Чего же ты к нему в объятья полез? Рванул в сторону, сразу разорвал дистанцию и гаси ногами и руками. А там бы мы подключились, в ногу шмальнули, чтобы не дрыгался. Не нужно было так рисковать.
— Сам знаю, — пристыжено пробурчал я, и отвёл глаза. — Моя ошибка.
Абрек, что-то выкрикивая по-грузински, пинал бесчувственную тушку Лысого. Ещё и небольшой тесак вытащил из ножен, спрятанных под черной джинсовой рубахой навыпуск, и явно намеревался покромсать бывшего напарника на куски.
— Перестань, — приказал Абхаз. — Он мне ещё живым нужен и здоровым. Пока.
Вор так кровожадно улыбнулся, что я внутренне содрогнулся, и невольно пожалел отморозка. Похоже, ему придётся пройти семь кругов ада, перед тем как бренная душа, провалится в Преисподнюю.
— А ты молодец, — пристальный взгляд Абхазца впился в моё лицо. — За мной долг теперь.
— Мы в одной лодке были, — спокойно ответил я. — Нельзя позволять таким тварям, как Лысый, творить беспредел.
— Правильно говоришь, — авторитет неожиданно улыбнулся, достал две пачки сотенных, которые я недавно передал. — Возьми. Это мой человек был, и поэтому косяк за мной. Я эти бабки не отработал.
В глазах у него на секунду мелькнуло сожаление. А у меня возникло понимание: забирать эти деньги обратно нельзя, хорошее расположение такого авторитета стоит дороже.
— Нет, — я даже демонстративно засунул руки в карманы. — Это твои деньги, Тенгиз. И косяк не твой. Нельзя предъявлять вожаку волков, за каждого шакала, норовящего напасть сзади. Неправильно это, не по понятиям. Если бы он действовал по твоему приказу, это одно, а когда пытается скрысятничать и подставить своего старшего — другое. За такое надо сразу валить.
— Вах, как хорошо сказал, — восхитился авторитет, спрятал деньги обратно, и дружески хлопнул меня по плечу. — Ты молодец, Миша. Считай, что у тебя в Абхазии есть друг, к которому всегда можешь обратиться. Беспредел, сам понимаешь, покрывать не буду. Но в нормальной ситуации поддержу. Если к тебе и твоим парням вопросы у братвы возникнут, всегда можешь на меня сослаться.
— Спасибо, батоно Тенгиз, — поблагодарил я. — Иметь такого друга — честь для меня.
Кавказцы любят высокопарные красивые выражения. А мне нетрудно лишнюю пару слов сказать. На этом можно играть, тем более что дружба с Тенгизом необходима. Особенно с учётом моих грандиозных планов и недалекого будущего, которое наступит с набирающей силу Перестройкой. Скоро из дворовых качалок, борцовских и боксерских секций, как грибы после дождя начнут вылазить банды начинающих рэкетменов, одновременно с группировками «синих» уголовников. Хочешь, не хочешь, а столкнуться с ними придётся. И Тенгиз, как прикрытие в острых ситуациях, может сыграть свою роль.
— И мне тоже, Миша, — ещё шире улыбнулся Абхаз и повернулся к патриарху. — Лысого, я заберу. Сам с ним разберусь. А что с остальными делать будешь? Может моим ребятам отдашь, они всё подчистят?
— Спасибо за предложение, дорогой, мы сами разберемся, — учтиво ответил Левон. — Если хочешь, можешь сейчас задать им вопросы. Потом такой возможности не будет.
— Ну, как знаешь, — немного разочарованно ответил вор. — Твоё право и я его уважаю.
— Пойдем тогда ещё выпьем и посидим за столом, — предложил старик. — Лысый и эти от тебя не уйдут. А ты ко мне редко приезжаешь. Гость в дом — радость в дом. Тем более такой дорогой и долгожданный. Хочу с тобой поговорить, выпить хорошего вина, вспомнить былое время, ушедших друзей и родственников.
— Пойдем, — улыбнулся авторитет. — Я тоже соскучился по хорошей компании.
Примечания:
Одни на льдине, челюскинцы (феня) — уголовники, не принадлежащие ни к одной из группировок.
Толкать фуфло, гнать (феня) — врать
Понятия — свод негласных правил и законов среди уголовников
Скрысятничать — обмануть, обворовать, кинуть своего.
Глава 16
В Москву мы попали только на следующий день, поздним вечером. Олега пришлось отпустить намного раньше, сразу же после допроса пленников. Ему к восьми вечера надо было прибыть на работу. Хоть сменщик — военный пенсионер был предупрежден, и готов в случае чего, отдежурить повторно за Олега, но, как пояснил десантник, этой возможностью лучше не злоупотреблять, чтобы у прораба на объекте не возникло ненужных вопросов.
По моей просьбе его отвез Гурам на «ниве». А мы с Ашотом после застолья и прощания с вором, в кабинете патриарха полночи пересчитывали деньги, и сводили дебет с кредитом. Общая сумма получилась даже больше, чем я рассчитывал. Все камни в ювелирных изделиях, кроме нескольких колец и сережек советской штамповки, оказались настоящими и принесли нам солидный куш. Вместе сорока пятью килограммами золота, нам заплатили за всё миллион четыреста семьдесят шесть тысяч триста пятнадцать рублей. Когда я узнал точный вес поклажи, то мысленно воздал должное подвигу десантника. Он, конечно, парень с мощной развитой мускулатурой, весом далеко за сотку и ростом под метр девяносто, а то и выше, я не измерял. Но даже для этого здоровенного детины, тягать такой груз, было настоящим подвигом. Сопел, покряхтывал, держал обеими руками и постоянно перехватывал толстенный портфель, но до машины, худо-бедно дотащил.
После пересчета, когда у нас уже гудели головы, и появились мозоли на пальцах, мы отсчитали сто сорок семь тысяч довольному Левону Суреновичу. От «мелочи» патриарх гордо отказался. Остальные пачки сто- и пятидесятирублевых купюр, перетянутые резинками с трудом поместились в огромную сумку и два больших рюкзака. Последние мы буквально утрамбовывали в угрожающе трещащий рюкзак.