Спасительница волшебных книг

– Нет, не оправдывает, – вздохнул он.
Дальше мы пошли молча.
У дома Матеус вручил мне полку и сказал галантно:
– Это был интересный и насыщенный день. Мне понравилось утро в вашей книжной лавке и наша прогулка. Позволите мне завтра присоединиться к вашему игровому клубу?
– Приходите, – позволила я. – Детям вы понравились.
– Мне хотелось бы понравиться и вам.
Я саркастично улыбнулась.
– Ваша избирательная честность ставит меня в тупик.
– Вы привыкнете. Да, вот еще: пожалуйста, отложите для меня книгу по молочному хозяйству. Я все же решил приобрести ее. Там есть интересные комментарии касательно осеннего выпаса. Завтра заберу, – он кивнул мне на прощание и ушел.
А я поскорей зашла в дом и кинулась к Эвану рассказывать новости.
Ожидаемо, Эвану не понравилось то, что я провела вечер в компании Альмедора. Но заработанные деньги он одобрил.
– Без меня в лавке все было спокойно?
– В торговом зале – да. Мне слышались шорохи в коридоре и на втором этаже, но считай это глупыми бумажными фантазиями. Я все чаще не могу различить явь и мир своих воспоминаний. Боюсь, что со временем это состояние ухудшится, и я окончательно превращусь в книгу.
– Мы этого не допустим.
 
За окнами едва начало темнеть, спать пока не хотелось – после насыщенного событиями дня во мне все еще кипело возбуждение.
И я продолжила методично осуществлять свои планы.
На этот раз занялась обустройством книжно-игрового клуба.
Немного раздвинула шкафы у окна, чтобы получить больше места. Чуть не надорвалась, но получила уютный уголок. Осталось наполнить его разными интересными предметами.
Сюда бы кресло поставить. В гостиной на втором этаже как раз есть подходящее, широкое – трое детей поместятся! Но сама не смогу перетащить его вниз. Для этого нужен сильный мужчина. Попрошу завтра Хюльса, как придет брать урок. Или Альмедора.
А рядом размещу инкрустированный столик для игр и чаепития.
Из спальни принесла мягкий зеленый ковер, постелила на пол. Это оказалось удачным решением. На ковре удобно сидеть, подобрав ноги, валяться и читать. Изумрудный ворс оттенял старую кожу книжных корешков, и они стали смотреться не потрепано, а загадочно и благородно.
Днем от окна будет достаточно солнца, но оно уходит вечером, и потому потребуется светильник.
Бронзовый напольный торшер с абажуром и бахромой нашелся в спальне и тоже отправился на первый этаж.
Мой уголок для читателей становился все уютнее, приобретал индивидуальность. Но наведываться сюда будут дети; значит, не помешают игрушки или безделушки.
Игрушек в доме Бармалана не водится, а вот безделушек – сколько угодно. Целая коллекция в гостиной! И там есть забавные вещи, детям они понравятся.
 
По скрипящей лестнице поднялась на второй этаж и зашла в гостиную. Зажгла свечи в канделябре, огляделась и поежилась.
Как здесь неуютно!
Огромное помещение, почти на весь этаж. Похожее на заброшенный музей. Темное, пыльное, тесно заставленное.
Мне не нравилась эта комната. Она сильнее, чем прочие в доме, напоминала о прежнем его владельце.
Здесь была богатая коллекция Бармалана. И здесь стояло его каменное изваяние.
Я приблизилась к истукану и заглянула ему в лицо. По спине пробежал озноб.
Бармалана похоронили три дня назад. Но его образ уже стерся у меня из памяти, как страшный сон. И вот он передо мной – как живой, только каменный! Снулые глаза, пушистые бакенбарды, тонкие губы, надменная осанка!
Он словно наблюдает за мной исподтишка, неприязненно.
Мерзкий злой колдун.
Бр-р... Вот бы вытащить этого истукана из гостиной и закопать! Но нельзя. Пока я лишь хранительница дома и его обстановки. Даже коллекцию мне трогать не полагается. Но я же ее не продавать буду, я для дела! А если что пострадает в процессе детских игр – предъявлю проверяющему остатки. От случайностей никто не застрахован.
Я отошла от статуи и начала отбирать предметы для книжного уголка.
Сгребла ворох старинных карт. Отложила музыкальную шкатулку с заводным рыцарем. Изумительные песочные часы зеленоватого стекла во вращающейся бронзовой оправе. Брать или нет череп дракона? Пожалуй, не стоит. Великоват и страшноват. А тут у нас что? Ох, какая милая серебряная вазочка для печенья! Без нее не обойтись.
Потянулась к вазочке на полке, но тут пламя свечи затрепетало, по шее пробежал сквозняк, и на границе зрения шелохнулась тень.
Страх царапнул по спине колючими коготками
Я стремительно обернулась, прижала руки к груди.
Никого. Показалось.
Однако кожа у меня покрылась мурашками, как будто я чувствовала чье-то незримое присутствие.
Некстати вспомнилась болтовня Таффиты о призраках и жуткое эхо в ее доме.
Но в гостиной тихо, лишь потрескивает воск да половицы издают едва различимое кряхтенье, характерное для старых домов.
Медленно разжала кулаки. Оказывается, я стиснула пальцы до боли, ногти врезались в ладонь.
Перевела дух. Повернулась и подхватила добычу, чтобы быстрей отнести вниз, в уже обжитой мной торговый зал. Там я чувствовала себя в безопасности. Там уже была моя территория. Здесь же все еще витал дух покойного хозяина дома.
Я подняла голову, и карты высыпались у меня из рук, а я вскрикнула и застыла на месте, парализованная ужасом.
На стене висело мутное зеркало в деревянной оправе. В тот миг я отчетливо увидела в туманном стекле, как за моей спиной мелькнуло и пропало чье-то лицо.
От страха у меня зуб не попадал на зуб. Медленно, очень медленно я повернулась.
И опять никого. Лишь каменный истукан насмешливо смотрит на меня из теней противоположной стены.
Лицо, которое привиделось в зеркале, имело тонкие губы и снулые глаза.
От жуткой догадки у меня волосы встали дыбом.
Эта статуя... ожила?
Но лицо в зеркале было бледным. Статуя изготовлена из темно-серого камня.
В нее вселился призрак Бармалана? И сейчас вышел, чтобы сотворить какую-то пакость.
– Призраков не существует! – крикнула я громко и беспомощно, каждый миг опасаясь, что мне ответит эхо.
Но звук умер в тесно заставленной гостиной.
На дрожащих ногах я приблизилась к статуе. Дотронулась до нее.
Камень как камень. Холодный, твердый. Статуя не схватила меня за руку и не подала других признаков жизни.
– Должно быть, померещилось, – заключила я вслух. – Фантазия разыгралась.