Во всем виновато шампанское

Боже, что, если он подойдет и представится?
Что, если он догадается, кто я, из-за моей связи с Кэмденом? Если он раньше думал, что я дрянная женщина, то увидев меня на свидании с мужчиной после того, как я практически оседлала его в вестибюле, могу только представить, что он подумает.
— Бл*дь.
Мне нужно было выбраться отсюда. В тот момент мне было все равно, что подумает Кэмден, даже если он решит, что у меня диарея; если это означало побег, то так тому и быть.
Вошли две хихикающие женщины, отвлекая меня от игры в гляделки, которую я вела с зеркалом.
Сделав глубокий вдох, толкнула дверь и направилась обратно.
Словно дежавю, я посмотрела вниз, чтобы закрыть сумочку, и наткнулась на движущуюся стену.
— Дерьмо. Мне так жаль, — тут же пробормотала я.
В отличие от прошлого раза, содержимое моей сумки не рассыпалось по полу.
Однако, как и в прошлый раз, я посмотрела в знакомые темные глаза
— Дерьмо.
— Ты уже говорила это. — Его слова словно касались моей кожи, смешиваясь с электрическим током, который его теплые руки посылали вниз по моим рукам, где он крепко меня держал. — Похоже, с тобой это часто случается. Натыкаешься на мужчин. Или только на меня?
— Едва ли. — Я старалась, чтобы мои слова звучали жестко и полными презрения, но в лучшем случае они звучали хрипло и раздражительно. Еще больше меня раздражало мое тело за реакцию на его прикосновения и пряный, древесный запах его одеколона. Мне хотелось закрыть глаза, наклониться и вдохнуть как можно глубже, чтобы запах стал частью меня.
Что, черт возьми, со мной не так?
Расправив плечи, я подняла подбородок, не обращая внимания на то, как его глаза скользнули по моему телу.
— Кроме того, как и в прошлый раз, это ты столкнулся со мной. Наверняка, это из-за того, что ты пьёшь в рабочее время, — добавила я.
— Извините, — сказала женщина позади него, желая пройти. Он шагнул ближе, я попятилась, пока не уперлась в стену, его приближающееся тело затмило тусклый свет ресторана.
Одна рука переместилась на стену рядом с моей головой, его глаза изучали мое лицо, покрытая щетинной челюсть сжалась. Я попыталась выпрямиться, но все, чего хотела, — это распластаться под его горячим взглядом.
Что он делает? Что здесь происходит?
Я облизнула пересохшие губы, и рычание, исходящее от него, завибрировало в пространстве, между нами.
— Николас, — произнесла я, задыхаясь.
Мои легкие работали сверхурочно. Я запаниковала, желая большего. Запаниковала при мысли об уходе.
Его губы скривились в беззвучном рычании, и в мгновение ока все изменилось. Он отступил, засунув руки в карманы, передо мной стоял профессионал, смотрящий на меня свысока и подвергающий сомнению мою мораль.
— Откуда ты знаешь Кэмдена Конти? — спросил он, его голос был грубым, рассеивая окутавший меня дурман.
— Что?
Выкручивайся, Верана.
Внутренне я закатила глаза. Вопрос был неожиданным и застал меня врасплох, словно ведро холодной воды, взбодрив меня. Я не могла сказать правду, но и не хотела лгать.
Вместо этого ответила более неопределенно и надеялась, что светские приличия не заставят его совать нос в чужие дела.
— Он сын друга моего отца. Просто знакомый.
Который также является моим будущим мужем.
Но я не лгала; прямо сейчас он был не более чем просто знакомым.
Его челюсть напряглась, желваки заходили, переваривая полученную информацию, и не знаю, понравилась ли она ему.
— Откуда ты его знаешь? — спросила я, прежде чем он успел расспросить о большем.
— Мир бизнеса не так велик, как ты думаешь. — Он повернулся, чтобы уйти, но быстро обернулся. — Будьте осторожны с тем, за кем вы охотитесь, мисс Бэррон. Некоторые мужчины не такие, какими кажутся.
— Я не ... — начала я, но он не стал меня слушать. Прежде чем осознала, я стояла одна в коридоре. — Мне все ещё было необходимо вернуться к Кэмдену, хотя единственное, чего я хотела, это вернуться домой. Только сейчас я должна была это сделать, ощущая запах Николаса, и пламенным гневом, переполнявшим меня.
Но судьба, очевидно, решила, что недостаточно испытала меня в этот вечер, потому что, когда я вернулась, Кэмден обменивался визитками с официанткой.
— Надеюсь, ты не хотела десерт. Мне только что позвонили, и нам пора уходить.
— Ох, нет.
Если он и услышал неискренность в моем голосе, то никак не прокомментировал это.
— Я могу подвести тебя.
— Нет, все в порядке. Я вызову такси.
— Ты уверена?
Так чертовски уверена.
— Да. Работа важней. Я не хочу, чтобы ты опаздывал.
Он одобрительно улыбнулся, как будто гордился мной за мой поступок. Я практически ожидала, что он погладит меня по голове, когда мы выйдем, и скажет, как он гордится своей хорошенькой будущей женой.
— Кстати, на следующей неделе ты пойдёшь со мной на приём, — объявил он.
Я открыла рот, чтобы возразить, что у меня планы с девочками, но меня лишили такой возможности.
— Не спорь и надень что-нибудь сексуальное. Я хочу показать свою будущую жену.
Я практически съежилась, но остановилась, когда через плечо Кэмдена встретилась взглядом с Николасом. Кэмден наклонился, чтобы поцеловать меня на прощание, но я быстро повернула голову. Его губы коснулись моей щеки, и каким-то чудом мне удалось не отпрянуть.
— Такая невинная, — прошептал он мне в щеку. Дрожь пробежала по моим конечностям, когда он с ухмылкой отстранился и ущипнул меня за подбородок, проведя большим пальцем по моим губам. — Скоро.
И с этим жутким обещанием он ушел. Не оглядываясь, чтобы увидеть реакцию Николаса, я залезла в ожидающую машину и отправила сообщение Рэйлинн, чтобы она встретилась со мной дома.
Мне нужен был кто-то, кто помог бы мне пережить эту ночь и напился бы со мной до беспамятства.
Может быть, если бы я достаточно выпила, я бы не мечтала о Николасе хотя бы одну ночь.
    
ГЛАВА 7
 
Вера
― Я сейчас так горжусь тем, что являюсь твоей подругой, ― сказала Рэйлинн, улыбаясь мне, словно гордящаяся мама, когда мы вошли в зал. ― Это платье буквально вопит о соблазне, и что ты готова потрахаться, два в одном. Идеальное платье для Кэмдена.
Я фыркнула от смеха.
― Я имею в виду, кроваво-красный говорит, что ты убьешь любого и искупаешься в его крови, а нежность кружева указывает на то, что ты истинная леди. Но именно в этом вся суть, обнаженная спина и проблеск кожи делают тебя неимоверно сексуальной.