Табу на вожделение. Мечта профессора (СИ)

Не дожидаясь ответной реакции, Макаров скрылся за дверью.
Попова же беззвучно застонала от отчаяния.
Уж чего-чего, а «веселья» в ее жизни и безо всяких игр хватало.
«Ну вот и выспалась, черт подери! Отдохнула! Хотя… Что если…»
Встрепенувшись, Юля торопливо запихнула в сумку все свои вещи и, ни с кем не прощаясь, выскочила из аудитории, намереваясь догнать их куратора.
— Виктор Эдуардович! — завопила на весь коридор. — Виктор Эдуардович! Постойте! Погодите! Мне нужно…
Мужчина остановился и выжидающе уставился на нее, внимательно разглядывая с высоты своего роста.
— Чего тебе, Попова?
Она редко давила на жалость, но сегодня был исключительный случай.
Состроив скорбную мину, Юля устало выдохнула:
— Можно я не пойду на КНВ? Пожалуйста!
— Это с какой такой радости?
— По личным причинам.
— Ты заболела?
Под этим пристальным сканирующим взглядом солгать она не смогла.
— Нет.
— Умираешь?
И снова:
— Нет.
— В таком случае позволь напомнить тебе, что ты у нас — староста. Образец для подражания! Человек, на которого должна равняться вся группа. Что значит не пойдешь? Ты обязана быть там, Юля! Причем одной из первых!
«Вот и все…»
От его ответа у нее болезненный комок в горле образовался.
Умом понимала — он прав в своих суждения. В требованиях. Только вот обида заволокла разум.
Плечи поникли под грузом ответственности. Глаза неестественно заблестели, и губы задрожали.
«Что ж… Назвался груздем — полезай в корзину! Да, я знала, на что шла, но… Неужели так сложно сделать исключение? Хоть разок? Другим-то делает! Да все преподы идут навстречу студентам! Всем. Только не мне…»
— Я поняла, — горько улыбнулась. — Извините.
Уважительно кивнув, Попова отступила на шаг.
И тут же услышала его тяжелый вздох. А после тихое:
— Ты у Каримова была?
Она отрицательно покачала головой.
— Ну так ступай! Помнится, он хотел поговорить с тобой.
Внутри все заледенело от страха и волнения.
Сердце пропустило удар. В висках загудело.
Пошатнувшись от неожиданности, но чудом удержав равновесие, Юля уточнила:
— А… а он разве… еще здесь?
— Конечно!
— Ой, мама!
«Дождался, гад! Все же дождался!»
С трудом контролируя эмоции, девушка прижала ладони к вспыхнувшим щекам.
Одни лишь мысли о предстоящей беседе с Серпом вгоняли ее в ужас.
Заметив это, Макаров как-то странно ухмыльнулся. А после огорошил:
— Ладно! Сможешь отпроситься у него, так и быть — отпущу и я!
Испуганно икнув, Юля уставилась на куратора недоуменным взглядом.
— Шутите, да? — глупо хихикнула, ощущая нервную дрожь во всем теле.
— Нет, — прозвучало мягко. — При желании и с ним можно найти общий язык.
— Да. Но явно не в моем случае!
— Сколько скептицизма! — надменно. — Почему же не в твоем?
— А то вы не знаете! — огрызнулась внезапно, не ожидая от самой себя подобной реакции. — Он же… с первых дней… терпеть меня не может!
Мужчина молчал несколько долгих секунд, показавшихся ей вечностью.
Затем, скрестив руки на груди и чуть склонив голову, коротко заметил:
— Забавно!
— Что именно?
— Забавно, что ты так думаешь, — прилетело в ответ.
И пока Попова пыталась понять смысл его слов, в коридор из аудитории хлынули остальные члены ее группы. В числе первых оказались практически неразлучные Синицына и Белова.
Последняя, заметив Юлю в компании Макарова, недовольно скривилась.
Но очень быстро взяла себя в руки.
Она соблазнительно расправила плечи, гордо выпятила подбородок и крикнула:
— Виктор Эдуардович, считаю нужным предупредить — я не приду на КВН!
Тот в свою очередь вперился в Ленку таким жадным масляным взглядом, что даже Юле стало не по себе. Захотелось немедленно удалиться, дабы не видеть всего… этого.
— Придешь, Белова! — в голосе куратора зазвенела сталь. — Как миленькая прискачешь! Еще и команду нашу поддерживать будешь громче всех!
— Или что? — переспросила одногруппница с дерзким вызовом в бездонных голубых глазах.
— Очередной прогул впаяю! Тебе оно надо? Ты еще прошлые не отработала!
 
Гневно насупившись, Лена привела последний контраргумент:
— А может, мне надеть нечего?
— Значит, придешь в костюме Евы! — безапелляционно заявил преподаватель. — Но придешь, Белова! Никаких исключений! Распоряжение самого ректора!
К счастью, в их перепалку вмешалась Ирина. Схватив подругу под руку и что-то шепнув ей на ухо, она виновато улыбнулась Виктору Эдуардовичу.
— Извините нас, — неопределенно пожала плечами. — Осень! Обострение!
Макаров не сдержал ответной улыбки. Посмотрев на мужчину внимательнее, Юля заметила, что у него даже взгляд потеплел. Он будто восхищался Ирой.
Ее безрассудной смелостью. Стойкостью. И, конечно же, здравомыслием.
— Я полагаюсь на тебя, — отозвался он гораздо мягче. — Впрочем, как всегда!
Синицына кивнула, обнимая Белову за плечи.
— Не беспокойтесь! Все будет хорошо!
Синицына двинулась в сторону выхода, увлекая Лену за собой.
Виктор Эдуардович проводил их долгим взглядом, а потом вновь обратился к Юле.
— В общем, так, Попова. Открою-ка я тебе один секрет.
— Какой?
Мужчина поиграл бровями:
— Не так страшен черт, как его малюют. Слышала такую поговорку?
— Да, но… нет! Я не понимаю вас!
— Поймешь. Со временем.
Поставив своеобразную точку в разговоре, Макаров тоже удалился.
А Юля еще некоторое время продолжала стоять на месте как вкопанная.
«Что он пытался сказать? Что я напрасно боюсь его дружка? Что на самом деле Серп белый и пушистый? Ха-ха! Студенты, зашуганные и отчисленные им — явное подтверждение обратной теории! Тиран!»
И тем не менее этот самый тиран поджидал ее сейчас для приватной беседы.
Содрогнувшись от волны необъяснимого трепета, стрелой промчавшегося по напряженным мышцам, она обхватила себя руками и медленно побрела в нужном направлении. Ощущение, будто идет прямиком на эшафот, не отпускало ни на миг. И чем меньше метров ей оставалось преодолеть, тем сильнее в груди барабанило ее глупое сердце. Тем сложнее становилось дышать.
«Успокоиться! Мне просто нужно успокоиться!»
* * *
Юля провела под дверью его кабинета несколько мучительно долгих секунд, прежде чем рискнула наконец-то постучать. Здание университета заметно опустело, и даже столь безобидный звук был сродни удару молота по наковальне. Однако довольно быстро воцарилась тишина. Полная.
Ей никто не ответил.
«Хм! Странно!»
Нахмурившись, Попова вновь трижды приложилась костяшками пальцев к дверному полотну.
И опять не услышала приглашения.
Расхрабрившись окончательно, девушка распахнула дверь и заглянула внутрь.
— Марат Евгеньевич? — окликнула тихонько. — Можно?
Но вскоре обнаружила, что в помещении пусто. Тем не менее многое указывало на то, что Каримов все еще находится в здании университета. Его рабочий компьютер был включен. А на спинке офисного кресла висел его черный пиджак. Не говоря уже о том, что на рабочем столе лежала целая кипа бумаг, которые прежде хранились в шкафу. Под замком.
«Вышел… наверное.»
Ей бы тоже выйти и закрыть дверь с обратной стороны, но…
С Юлей творилось что-то необъяснимое. Будто какая-то неведомая сила настойчиво подталкивала ее в спину, вынуждая делать шаг за шагом и двигаться вперед — в глубины достаточно просторного кабинета.
Зачем? Сама не понимала!
Она словно не владела собой и не остановилась до тех пор, пока не подошла вплотную к рабочему столу заведующего их кафедрой.
Первое, что бросилось в глаза — папки с личными делами студентов.
Второе — списки на отчисление учащихся разных курсов и форм обучения.
«Ой, божечки! Вдруг кто-то в первый же месяц понял, что не хочет здесь учиться, и решил забрать документы? Вдруг свободное бюджетное место, пусть даже в другой группе, на другой специальности, но есть уже сейчас?»