Жена для генерального

– Значит так: гулять с Сашей будем здесь. У некоторых детские площадки меньше, чем твоя лоджия. Саньке хватит, она пока барышня не балованная. Второе, – постучала по раме, – на окна нужна защита. Стекло, как я поняла, обычное. В принципе, делать из балкона пуленепробиваемую теплицу – так себе решение. Но вопрос видимости придется решить срочно. Что купить, я сейчас напишу. У Димки бездельников хватает, пусть отправит кого-нибудь в строймаг.
– Что у нас третье? 
Хотелось как-то пошутить. Но было не смешно. Меня словно на месяц назад откинуло. В день, когда летел с Бадоевым в Воронеж и молился успеть. Не самое приятное воспоминание. Отрезвляло похлеще записок, которые раньше оптом слал Герасимов.
– А в-третьих, ждем самого Диму, – Зоя глянула на наручные часы. – Как я поняла, план у него есть. И какая-то новая информация тоже. Сомневаюсь, что удастся управиться в два прихлопа, три притопа, но с твоим «другом» точно нужно кончать. Без церемоний и нежностей. Хватит и с тебя, и с Аглаши. Она не такая железная, как кажется. А я вообще старая уже нервничать за вас.  
 
* * *
Что такое «нервничать по-настоящему», все мы поняли уже через два часа. Именно столько понадобилось Штерну, чтобы завершить свои утренние дела и приехать ко мне домой.
Сразу за ним, такой же хмурый и напряженный, явился Бадоев. Начбеза я пригласил сам, не спрашивая согласия Димы. Они могли относиться друг к другу как угодно, но сейчас на счету был каждый человек, способный защитить моих девочек.
Как вскоре оказалось, Бадоева даже не пришлось вводить в курс дел. Он из своих источников узнал об освобождении Герасимова. И тут же предположил, что Шульц выставит нам очень необычные условия для переговоров.
– Готов поспорить, что этот старый хрыч сразу просек, откуда взялись документы по сделкам. Только его заместитель мог слить информацию прокуратуре. Дальше на его месте я бы рыл землю, чтобы найти Шульца, и загонял бы вас двоих в ловушку, – глядя на меня и Диму, произнес Бадоев. – В идеале предложить встречу. Где-нибудь на нейтральной территории. А лучше там, где полиция закроет глаза на перестрелку и не станет сильно копать, обнаружив труп.
– В промзоне под Великим Новгородом, – тут же уточнил Штерн.
Сказал он спокойно, уверенно. Сразу стало понятно, что это не догадка, а точное место встречи.
– Гадство, – вырвалось у меня.
– Это примерно тридцать километров от нынешней квартиры Шульца. Но встретиться он предложил именно в промзоне. Якобы не хочет светить место жительства.
– Ну да, конечно. После того как твои орлы фактически прописались у него, сохранять эту тайну еще актуально, – Бадоев тихо, сквозь зубы ругнулся. – Какой идиот в это поверит?
– Похоже, теперь не до доверия. – Дима разложил перед нами карту Великого Новгорода. Ручкой выделил квадрат в самом низу и в центре него нарисовал небольшой кружок.
Я и Бадоев склонились над картой одновременно.
Даже без особой военной подготовки мне было ясно, что место выбрано неслучайно. Всего один подъездной путь. Огромные складские помещения с двух сторон. И тупик.
Вероятно, именно в таких закоулках снимали фильмы о разборках в девяностых. Для полноты картины не хватало требования приехать на старой Ладе и нацепить на себя кожаный плащ.
После того, как прошлые документы Шульц отдал под подъездом собственного дома, такая рокировка означала лишь одно – передавать нам новые доказательства никто и не собирался. Единственное, что светило, пуля в голову.
– А эти видеозаписи вообще существуют? – Я поднял взгляд на Диму.
– Может, что-то и есть, но сомневаюсь, что кто-то станет их передавать... – он постучал по карте. – ...здесь.
– Тогда подонка нужно брать за покушение на убийство, – снова вмешался в разговор Бадоев. – Если это будут те же молодчики, что орудовали в Воронеже, то они точно расколются. Тогда их спас звонок сверху. Здесь, возле Питера, никто не позвонит. Уровень не тот.
Словно произнес что-то, о чем даже думать было нельзя, Штерн зыркнул на моего начбеза с такой злостью, что по кабинету будто волна прошла. Стоявшая за моей спиной Аглая до боли впилась пальцами в плечи. И лишь Зоя, сидевшая в дальнем углу, никак не отреагировала.
– Ты вообще понимаешь, что несешь? – Кресло под Димой жалобно скрипнуло. – Подставиться предлагаешь?
– Еще год назад я предлагал вам его шлепнуть, но вы ж не такие. – На лице Бадоева не дрогнул ни один мускул.  – Потом девчонку на Кипре убили, этого орла подстрелили, – он указал на меня. – В Воронеже почти добрались до Аглаи Дмитриевны и ребенка. Дадим Герасимову еще годик? Авось убьет кого-нибудь не сильно ценного?
– Найдем другие доказательства. У этого урода руки по локоть в крови. Поднимем дела о прошлых убийствах. Сядет он как миленький.
– Шульца вы сколько искали? Полгода? Год? И как он вам помог?
– Если бы Герасимов не надавил на директоров, у нас бы все получилось.
– Конечно! А у вас не возникало мысли, что прошлый компромат был всего лишь наживкой? – Бадоев привстал с кресла и уперся руками в стол как раз напротив Димы.
Тот отрицательно замотал головой.
– Слишком сложная схема. Так подставляться глупо.
– Но пять совершенно разных людей как по щелчку пальцев запели одну и ту же песенку про невиновного генподрядчика. Я пробил по своим каналам – они даже адвокатов потребовали в одно и то же время. Синхронисты, блин!
– И это основание сейчас совать голову в петлю? – На скулах Штерна заходили желваки.
– Это основание не ждать больше у моря погоды. – Бадоев развернул план к своему собеседнику и стал быстро что-то чертить ручкой.
Мой брат, архитектор, может быть, и понял бы что-то в этих схемах, но мне с управленческим образованием ничего не светило. Пересадив Аглаю к себе на колени, я просто стал наблюдать, как эти двое что-то помечают на карте, как сосредоточенно смотрит на «рисунок» подошедшая Зоя, и, тихо подвывая, скалится в углу пес.
– Такую операцию нереально организовать быстро, – в конце концов сдался Штерн. – Людей нужно подготовить и отправить на позиции минимум за сутки.
– Так и не надо ни с кем встречаться прямо сейчас. Хочет Герасимов загнать нас в ловушку – пусть ждет.
– Можно потребовать у Шульца фрагмент обещанной видеозаписи, чтобы определить ценность, – вмешалась Зоя. – Нам она, конечно, до сиреневой звезды, но как основание потянуть время годится.
Теперь Дима как на предателей смотрел уже на двоих: на свою протеже и на начбеза. Между ними искрило. Казалось, спичку поднеси, вспыхнет без коробка.
– Нет. Я против! – Штерн жадно всматривался в свежий чертеж, но продолжал гнуть свою линию. – Риск все равно остается. Я за то, чтобы возобновить расследование и найти другие доказательства.