Очень светлые неприятности

— Открывай, будем искать.
Сеня пододвинул к себе ближайший том и перевернул тяжёлую обложку.
* * *
— Ну что? — иерарх Пулитон тихонько подкрался к открытой двери в архив.
— Читает, — шёпотом доложил служка, — хроники, кажется.
— И зачем ему?
Иерарх Пулитон почесал в затылке.
— Ищет недоимки? — служка вытянул шею, чтобы заглянуть в комнату.
И тут же получил оплеуху от иерарха.
— Недоимки? — зашипел Пулитон. — Я тебе за такие слова…
— Угук.
— Это что? — иерарх удивлённо поднял брови.
— Рыцарь так угукает, — пояснил служка, — каждый раз, как новую книгу берёт.
— Угукает? Очень странно.
Пулитон снова почесал в затылке. Он видел рыцарей Тьмы, давших обет молчания, видел немых, видел неразговорчивых. Но угукающих?! Интересно, где Тьма взяла такого странного слугу?
— Посмотрите, иерарх, — служка указал пальцем.
— Где? Не вижу.
— Да вон же!
Рука иерарха поднялась, чтобы снова дать оплеуху нерадивому служке, но так и застыла в воздухе. Пулитон увидел! Из складок плаща вынырнуло фиолетовое щупальце. Потянулось, от души почесало между лопатками и спряталось обратно.
Матерь наша Тьма, ахнул Пулитон. Не может этого быть! Рыцари Тьмы всегда набирались только из гуманоидов: люди, орки, падшие эльфы, тролли. Кроме гоблинов, разумеется — кому нужен воин, который не дерётся, а торгует на поле боя? Так что щупалец у рыцаря быть не должно! Среди слуг Тьмы такие конечности были только у Тёмного Кракена, Серого Левиафана и Загадочного Ёрол-Гугуя. Но ведь каждый из них размером больше резиденции!
Иерарх потряс головой, пытаясь сложить мысли. Это шутка Тьмы? Или под личиной рыцаря прячется диверсант? А может…
— Нашла!
Архив огласил громкий детский крик.
— Нашла, Сенечка!
— Угук!
Пулитон, иерарах и настоятель резиденции, никогда не считал себя бойцом и смельчаком. Лучше хороший удар в спину, чем открытая схватка — вот его девиз. Он старался избегать драки, увиливал от сражений и действовал хитростью. Но сейчас в его груди вскипел гнев. Обманщик! Ложный рыцарь!
— Зови стражу! — выкрикнул он служке.
Рука Пулитона сама выхватила ритуальный кинжал, и он бросился на пришельца.
— Смерть лазутчику!
* * *
Семён Семёнович, домашний монстр Владыки, обернулся. Кафтан на груди уже был застёгнут — Дитя спряталась, сжимая в ладошке вырванные из хроник листы.
— Угук!
Одним движением Сеня выбил кинжал из рук настоятеля и хлестнул иерарха. От удара тот взлетел к потолку и повис, зацепившись за крюк для лампы.
— Измена! — голосил иерарх. — Спасите!
— Пусть там болтается, — хихикнула Дитя, подглядывавшая в дырочку между пуговиц. — Ишь, толстый какой!
— Угук.
Грохоча сапогами, Сеня двинулся к выходу. Эх, жаль не удалось тихо уйти. А ведь какой план был замечательный! Где же он оплошал? Угукнул слишком громко? Недостаточно злобно смотрел на настоятеля? Забыл побить встреченных служек? Монстр махнул рукой — не угадаешь теперь. Оставим как есть, главное — выбраться из резиденции.
— Лови светлых шпионов! — верещал настоятель, раскачиваясь под потолком. — Бей засланцев!
— Сенечка, кинь в него чем-нибудь, — зашептала в “животе” Дитя Тьмы. — Он так мерзко кричит.
— Угук.
Монстр выпустил щупальце, схватил на ходу тяжёлую бухгалтерскую книгу и запулил в иерарха. Куда она попала, Сеня не заметил, но крики сразу же прекратились. Вот и чудненько! Чем тише, тем спокойнее они покинут резиденцию.
Увы, надежды не оправдались. Широкие двери перегородил строй латников. Десятки пик уставились на монстра.
— К бою!
Стража с лязгом сдвинула щиты и сделала шаг вперёд.
 
Глава 37
— Угук!
Крик Сени ударил по строю, заставив тёмную стражу остановиться. Монстр воспользовался задержкой, выпустил щупальца и вооружил каждое клинком, доставая оружие из своего крохотного узелка.
— Угук!
Монстр стал похож на индийское божество: расставленные веером “руки” с мечами, на лице добрейшая просветлённая улыбка.
— Угук!
Щупальца колыхнулись, заставив стражу дрогнуть.
— Что вы смотрите?! — Командир стражи поднял над головой кривую саблю. — Он один! Мы сомнём его! Вперёд!
— Угук!
Латники шагнули вперёд, печатая шаг. Сеня улыбнулся ещё шире и прыгнул. Только не на противника, а через строй, перелетев над пиками.
— Я-а-а-а-ху-у-у-у!
Дитя завизжала, когда монстр врезался в тыл стражникам.
Щупальца так и мелькали, взлетая вверх и роняя на латников клинки. Грохотало железо, кричали ушибленные воины, командир орал не своим голосом и требовал вернуть саблю, отнятую Сеней. Дитя высунулась из “живота” монстра и колола вилкой подобравшихся слишком близко.
— Сенечка, оставь пару живых, мы их пытать будем!
Звонкий крик девочки стража услышала, посмотрела на валявшихся товарищей и дружно бросилась врассыпную.
— Лови! Лови! — Дитя грозила им вилкой. — Уйдут! Пытать некого будет! Главного хватай!
Но поймать опытных стражников не так-то просто — бегать они умели очень хорошо. А быстрее всех смылся командир, так и не получивший обратно саблю.
— Ну вот, — девочка разочарованно надула губы, — убежали.
— Угук.
Сеня не стал ждать, пока соберутся новые защитники, и рванул к выходу.
— Только весело стало, — ворчала Дитя, протирая вилку, — и сразу спрятались. В моё время такого безобразия не было.
Черепахи, на которой приехал Сеня, во дворе резиденции не оказалось. Вероятно, служки отвели её в стойло, чтобы почистить и накормить. Искать, бродя по территории, монстр не стал и рванул прочь из обители Тьмы пешком.
* * *
Вторую ездовую черепаху, оставленную в рощице за холмом, они тоже не нашли. Рептилия оборвала привязь, сломала несколько берёзок и смылась на свободу. Впрочем, Сеня не слишком расстроился — посадил Дитя на шею и бодрой рысью побежал по дороге.
Только к утру он остановился, чтобы сделать привал и соорудить себе завтрак. Девочка от еды отказалась и вытащила мятые листочки, добытые в резиденции Тьмы. Уселась на брёвнышко и, водя по строчкам пальцем, стала читать.
— Угук.
Недовольный таким поведением Сеня почти насильно впихнул ей в руку бутерброд.