Любовь в мегабайтах

— Господи, да что повториться-то? — он терял терпение от непонимания моих страхов.
— То, что было с Натали…
Станислас резко распахнул дверь. Я ввалилась внутрь, и была поймана его руками.
— Сашка, да ты что! — взволнованно сказал он. — Успокойся! Ничего подобного, никогда в твоей жизни не повториться, я тебе обещаю!
— Ты мне и тогда обещал, что она меня не тронет…
— Обещал. Если бы не твоя настырность, я бы обещание сдержал, — и успокаивающе продолжил. — Успокойся, дорогая, тебе ничего не угрожает.
Я всхлипывала, пытаясь унять истерику. Он гладил меня по волосам и плечам.
— Хочешь, выпьем вина? — спросил Станислас, слушая мои смолкающие рыдания.
— Хоо-чуу, — проревела я.
— Пойдем в столовую, у меня припрятана бутылочка японского сливового вина, — он разговаривал со мной как взрослый с ребенком. — Сладкого.
— Для кого припрятана? — полюбопытствовала я.
— Для моей девочки, — ответил Станислас.
— Не хочу в столовую, хочу к тебе в спальню, — капризничала я, принимая игру.
Станислас сглотнул, чувствовалось, как внутри его происходит борьба. Наверное, он задумывал, в назидание мне провести ночь одному, и сейчас я ломала его планы.
— Хорошо, подожди меня минуту, я схожу за вином, — решился он, и отправился в столовую.
Я прошмыгнула в ванную Станисласа, и когда вышла оттуда лишь в редких каплях воды, нестертых горячим полотенцем, он уже ждал меня, прикрыв бедра частью шелкового покрывала, на котором возлежало его тело. Я подошла к нему, он откинул шелк и с манящим движением пальцев произнес:
— Иди ко мне.
Я прилегла рядом и прижалась к его нагому телу.
— Какая ты влажная и прохладная… — зашептал он в мое ушко.
— Зато внутри я влажная и…горячая, — многообещающе ответила я.
— Боже, Александра, ты крутишь мной, как хочешь, — возбужденно простонал он, — играешь на струнах моей души!
— В необычном месте находится твоя душа! — со смехом воскликнула я. — Или мне приходится брать только низкие ноты?
 
Глава шестнадцатая
— Володенька! — звала Варвара Станисласовна юниора. — Володенька, ну не капризничай, выходи.
Они гуляли во дворе нашего дома, под бдительным оком охраны и с сопровождением бонны, сменившей няню по мере взросления юниора. Трех лет от роду наш сын имел непростой характер, и умело прятался как от бонны, так и от Барбары, любившей повозиться с внуком. Отца он обожал, меня, за строгость, побаивался, но считал своею собственностью, Барбара являлась лицом, беспрекословно выполняющим его требования.
Наши семейные отношения нельзя было назвать идеальными, мы иногда ссорились, однажды, в пылу жесткой ссоры, Станислас пригрозил мне разводом, но, поскольку мы не были женаты, угрозы его остались невыполненными. Несмотря на то, что я начинала наше соревнование с приличной форой, каким-то странным образом «Хадраш текнолоджи» вдруг увидела впереди себя быстро удаляющийся круп «Глоуб Коммьюникейшн» издевательски помахавшей нам хвостом. Станислас оказался не только компьютерным, но и финансовым гением. Начал он с того, что организовывал общие для наших корпораций праздники. Спортивные, календарные, просто барбекю и open air-бары с танцполом. Наш персонал быстро перезнакомился, а так как в «Глоуб Коммьюникейшн» работало величайшее количество прелестных особ, все холостые мужчины «Хадраш текнолоджи» в скором времени оказались женатыми. Первому браку я обрадовалась, затем, когда свадебные торжества приняли систематический характер, я встревожилась. И не напрасно. Мужья стали перебираться в «Глоуб», где Станислас предлагал молодоженам элитное жилье в рассрочку. Об этом, отдельный разговор.
Однокурсник и собутыльник моего благоверного, Рамзес, кроме армии «солдат» поддерживающих интересы «семьи», имел и вполне легальный бизнес. Практически любое финансово благополучное частное предприятие входило в сферу его интересов.
На заре возмужания малого бизнеса в нашем областном центре, Владимир Станисласович решил проблемы с резвыми ребятками, воспользовавшись услугами силовых структур, ярким представителем которых являлся господин (тогда еще товарищ) Ставицкий. Я полностью была избавлена от проблем связанных с подобными личностями. Знакома с Рамзесом я не была, да и не торопилась быть представленной, даже в качестве жены Станисласа. Несколько раз я заявляла, что не интересуюсь их «шашнями», и теперь кусаю локти. Моя недальновидность и то, что я недооценила союз своего муженька с Рамзесом, привело к моему полному «банкротству».
 
Когда Станислас объявил, что оформил бумаги на приобретение земли, на которой догнивает деревня-призрак Житино, я, довольно усмехаясь, сказала:
— Тебе, любимый, деньги девать некуда!
Тогда же Станислас признался, что дом моих родственников, в котором мы прятались от «погони», он реставрирует и сделает нашей загородной резиденцией. Против дачного домика я не возражала, ведь я выросла в деревне и иногда скучала по деревенскому укладу, запахам крестьянского дома, ароматам свежевыпеченного хлеба и молока. К тому же Житино недалеко от Коровинского и мы с юниором запросто ходили бы к Анастасии пешком. Я одобрила приобретение Станисласа, но более им не интересовалась, слишком была занята в «Хадраш текнолоджи».
Мои братья иногда заезжая к нам говорили мне, что рядом с Коровинским идет строительство, что часто видят в селе Станисласа, и он заглядывал в гости.
— Станислас решил выстроить загородную резиденцию, — отвечала я. — Зная его, могу поспорить, что отцовской она не уступит. Пусть потешится. Чем меньше он уделяет внимание «Глоуб», тем лучше для меня.
Станислас изредка рассказывал, как идет стройка, и спрашивал, хотела бы я принять участие в разработке дизайна. На его вопросы я всегда отговаривалась тем, что у него прекрасный дизайнер и не доверить оформление Сауду было бы с нашей стороны большой глупостью. Я говорила это с осторожностью, боялась обидеть Станисласа отсутствием интереса и недостатком времени, но он спокойно принимал мои отказы и даже был этому рад. Вот где бы мне насторожиться!
Но, меня волновало лишь состояние дел в «Глоуб Коммьюникейшн», я частенько наведывалась в офис к Станисласу, немного шпионила, когда он выходил из кабинета.
В прочем, ничто не внушало мне опасений, иногда я даже поражалась, до чего Станислас легко относится к бизнесу. Все, что мне дается огромным трудом, у него получается с первой ноты, с полу взгляда и полу фразы. Прав был Сикорский, когда сказал, что Станислас может узнать информацию по запаху, не открывая файла.
Раньше я делала попытки забраться в постель с ноутбуком, но Станислас пресек их, пригрозив разбить все домашние компьютеры, до смерти надоевшие ему в офисе.
Итак, ранней осенью, когда мои наилучшие сотрудники стали покидать «Хадраш текнолоджи», как птицы покидающие родной край ради южного тепла, я всполошилась.
Очередную жертву Станисласа я пригласила присесть и попросила рассказать, чем его так привлекает работа в «Глоуб Коммьюникейшн».
— Платят больше.
— Намного? — спросила я, зная, что разница минимальная. Мы с Станисласом долго соревновались, но я решила не доводить гонку зарплат до маразма и уступила ему.
«Неужели была не права?» — подумала я.
— Да нет, не намного. И еще отпуск… больше.
— На два дня, — защитила я, мою вторую уступку Станисласу.
— Александра Сергеевна, скажу вам, как на духу. Запилила меня моя Алла, и зарплата в «Глоуб» больше и отпуск длиннее и работать вместе удобней! Нет уж сил сопротивляться! А тут еще и с жильем…
— Не верю. Не верю Евгений Борисович, что вы свою точку зрения отстоять не можете.
— Отстаивал, как мог, но когда Станислас Владимирович семьям своих сотрудников предложил корпоративное жилье, житья мне не стало. Да и права Алла, надо жить отдельно, а не с тещей или свекровью. — мКорпоративное жилье? «Глоуб» ведет строительство в городе? Не слышала… — пробормотала удивленная я.