Жизнь на кончиках пальцев – 2

— Ну что вы? — растерялась Милочка. — Не нужно. Я сама доберусь.
— Нужно — не нужно, это вы уж с Тимуром Айдаровичем решайте, — поторапливал водитель. — Мне велено доставить. Так что садитесь и не заставляйте меня мерзнуть на ветру.
Людмила видела, что мужчина одет в свитер и брюки, что, не смотря на явно хорошее качество шерстяного свитера, все же не соответствовало промозглому февральскому утру, а потому, вняв просьбе, быстро села в авто.
Машина мчала по темным улицам города, явно зная конечный пункт.
Дорога заняла намного меньше времени, чем если бы Милочка ехала автобусом, а потому уже в половине восьмого автомобиль, сбавив скорость, подъехал к автобусной остановке.
— Высадите меня здесь, — попросила Людмила Марковна. Добавила, словно оправдываясь: — Хочу немного пешком пройтись, — и быстро выскочила из авто, не дожидаясь, пока перед нею распахнут дверь.
— Спасибо! — отчего-то покраснела, прежде чем захлопнуть дверцу.
Водитель кивнул, не меняя невозмутимого выражения лица, и тут же отъехал.
«Ну и дела!» — думала Милочка, шагая по дорожке ко входу в училище. — «Нужно в следующий раз сказать Тимуру, что это совершено не обязательно!» — вздохнула: «Если он, этот следующий раз, в принципе будет», — потянула на себя дверь и оказалась в теплом, пропахшем такими родными и привычными ароматами тяжелого балетного труда, фойе.
Спустя четверть часа Людмила Марковна уже входила в танцкласс.
Она смотрела, как девочки, кто на полу, а кто и у станка растягиваются и разогревают мышцы, готовясь к утреннему уроку.
Вспомнила, что именно сегодня должен состояться пресловутый парный урок, который непонятно с какого перепугу затеяла Мстислава.
Нашла взглядом Леночку, стоявшую у станка, положив правую руку на перекладину и высоко выбрасывающую левую ногу в гранд-батмане.
Заметила Диану, сидевшую в растяжке на полу.
Вздохнула, понадеявшись, что сегодняшний день все же пройдет без эксцессов.
Хлопнула в ладоши, призывая к вниманию:
— Всем доброго утра! Прошу к станку! Начнем урок…
    
Глава вторая
Каждое утро ровно в семь часов все тот же автомобиль ждал Милочку у дома.
Каждый вечер ровно в семь она садилась в авто на автобусной остановке.
В первый вечер после встречи с Халфиным она попыталась отказаться от поездок еще раз. Но водитель не желал ничего слушать. Отвечал:
— Договаривайтесь с Тимуром Айдаровичем. Я делаю только то, что мне велено.
«Договаривайтесь!» — думала Милочка. — «Легко тебе рассуждать! А как я с ним договорюсь, если понятия не имею ни где он, ни что все вот это значит?!»
Спрашивать о чем-то у мужчины, который словно стал её личным шофером, было неуместно, да и не прилично, а потому Людмила радовалась, что водитель не настаивает на том, чтобы подвести её прямо к двери, да и вечером забирает на остановке.
 
* * *
Милочка вздрогнула и отчего-то радостно заулыбалась, увидев, как из авто вышел Тимур Халфин и, прижимая к груди охапку ярко-желтой мимозы, заспешил к ней, уже потерявшей надежду увидеть сегодняшним вечером ставшее привычным за последние дни, транспортное средство для доставки к дому.
— Простите за опоздание! — Тимур протягивал Людмиле цветы. — Попали в пробку на въезде в город.
— Ничего страшного, — Милочка взяла букет, вдохнула пряный аромат, от которого закружилась голова. Она обожала запах мимозы и хризантем. Резкий, холодный, несвойственный понятию — цветочный. — Сегодня, по случаю наступающего праздника и небольшого банкета, устроенного мужчинами училища, я немного задержалась, — поймала себя на мысли, что словно оправдывается перед Тимуром. Выискивает причину того, что она торчит на остановке и уже пропустила два рейсовых автобуса.
Мужчин-педагогов в училище было не так чтобы много, а «банкет» состоял из пары бутылок шампанского и крохотных бутербродиков с икрой, по два на каждого, и балетная диета в данном случае, была вторична. Дамам вручили по три чахлых тюльпанчика, успевших примерзнуть во время доставки, небольшие подарочки из серии тех, о которых сразу начинаешь думать: кому бы передарить, и витиевато поздравили с завтрашним праздником.
Забирать свой букетик домой Людмила не стала. Начало марта в Южной Пальмире выдалось холодным и если и отличалось температурой воздуха от промозглого февраля, то не на много. Тюльпаны были поставлены в вазу, водружены на стол педагога, где им предстояло скучать в одиночестве весь завтрашний день.
Милочка разместилась рядом с Тимуром на заднем сидении автомобиля. Снова вдохнула аромат цветов:
— Спасибо, — улыбнулась непонятно чему, — я очень люблю мимозу.
— Я так и подумал, — кивнул Тимур.
В машине повисло молчание. Только шелест шин по дороге и едва слышный гул мотора словно служили аккомпанементом мыслям попутчиков.
— Вы свободны завтра вечером? — спросил Тимур, как показалось Милочке, совершенно некстати. Он знал, не мог не знать, что она одинока. Что вся её жизнь сосредоточена на училище и подопечных. К чему тогда этот вопрос?
— Завтра нет уроков, — ответила нейтрально. — Восьмое Марта один из редких дней, когда нам, женскому преподавательскому коллективу, предоставляют выходной. На концерты, запланированные на вечер, наших балерин и танцовщиков сопроводят хореографы мужчины.
— Моя дочь тоже будет принимать участие в концерте? — озаботился Халфин.
— Конечно, — кивнула Людмила. — Это нормальная и привычная практика. Со спонсорами нужно дружить и всячески взаимодействовать. Но и это не самое главное.
— И что же главное? — удивился Тимур.
— Юные балерины должны привыкать к вниманию зрителей! К сцене, какой бы не заслуживающей внимания она не казалась! — горячилась Милочка, словно оправдывая необходимость выступлений. — Да и потом, уже в девять вечера девочек доставят в училище! За режимом мы следим строго.
— Жаль, что я не знал, — пробормотал Тимур. — Очень хотел бы увидеть дочь на сцене.
— Так посмотрите! — оживилась Людмила. — Завтрашний концерт, который состоится во Дворце Спорта, начнется в шесть часов! На концерте будут поздравлять женщин пяти предприятий города. Выступление Лены состоится часов в восемь, если очень захотеть, можно изыскать возможность попасть на концерт.
— Попасть не сложно, — Тимур нахмурился, словно что-то обдумывая, — но удобно ли оставлять гостей в одиночестве? — повернул голову к Милочке, внимательно посмотрел ей в лицо: — Надеюсь, вы примете приглашение и посетите завтра мой дом?
Мысли Милочки заметались в голове, как птички, пойманные неожиданно и заточенные в клетку.
Тимур Халфин, отец одной из её учениц, приглашает её, педагога дочери, в гости? В свой дом?! Но ведь это не принято! Это за гранью приличий и попахивает попыткой задобрить ту, что во многом отвечает за обучение девушки! Но, скорее всего, отец Леночки не имеет ни малейшего понятия о неписаных ограничениях на общение педагогов с родителями учеников. И подобный промах для него простителен. Людмила совсем уж было открыла рот, чтобы отказаться и объяснить невозможность принять приглашение, если в том возникнет нужда, но Тимур перебил её: