Двэйн (СИ)
Не чувствуя боли, Меви крутанулась на другой бок.
— Двэйн. — Благодарно сказала она, упираясь лбом в мускулистую грудь Темного.
— Не вертись! — строго было сказано в ответ. — Сдерешь бинты. Спи.
Она расслабилась, по-детски прижимая кулачки к подбородку, и действительно провалилась в сон, не забыв с радостью и благодарностью прошептать имя, которое сама же и дала:
— Двэйн…
До рассвета юноша не сомкнул глаз, а потом столь же незаметно, как вошел, вернулся в свою комнатку, созвав верных металлических помощников для укрытия в тайнике. Он смог вздремнуть — совсем недолго! — но впервые за все эти годы видел во сне не размазанное в кровавую кашу лицо Мораг, а белое личико Меви, окрашенное нежным румянцем.
* * *
Их свидания были особыми. Не было ни страстных объятий, ни жарких поцелуев — ничего. Для детей лета остались только взгляды, мимолетные случайные прикосновения, короткие улыбки. Они влюбились так, как возможно только в юности — пылко, страстно, от одной-единственной искры, толкнувшей их друг к другу, как мотыльков в огонь. Вэйлин еще раз пробирался к Меви — на вторые сутки после первой ночи, чтобы все так же лежать рядом на расстоянии пары дюймов и слушать, как она тихонько дышит во сне. Они почти не разговаривали — их могли услышать. В душе Вэйлина крепло решение — собственно, он его уже принял в тот миг, когда услышал крики Меви.
Бегство вдвоем. Ах, да, втроем — с волчицей в том числе.
Третий ночной визит не состоялся вовсе.
Заканчивая рутинную работу с чисткой самопишущих перьев в небольшом закутке рядом с библиотекой старшей жрицы, Вэйлин вдруг насторожился. До его ушей долетели незнакомые странные звуки; он вытер измазанные в чернилах пальцы и приоткрыл окно во двор.
Что это за звери?!
Высокие, поджарые, с длинными лапами и втянутым животом. Тонкую шею, украшенную эффектным изгибом, венчала изящная голова с узкой мордой, по бокам которой бились на ветру покрытые свисающей шерстью уши. Масть — черная, с бежевыми и песочного цвета подпалинами на животе, горле и лапах. Именно эти звери (их было шестеро) издавали странные звуки — громкие и не очень, выплясывая и подпрыгивая вокруг Дила, который беседовал с незнакомым дроу! Новые лица в святилище сразу бросаются в глаза. Этот Темный держал в руке металлическое, оплетенное кожей кольцо, к которому крепилась привязь для всех странных зверей. Юноша не раздумывал долго, что за животины появились во внутреннем дворе, он видел рисунки в книге…
На Острове немало одомашненных эльфами и людьми волков. Защищают жилища, охотятся с хозяевами… Но таких зверей тут раньше не водилось! Их привезли откуда-то с материка, не иначе.
Дополнительную ясность внесла госпожа Ингрен, высунувшаяся из окна в своих покоях:
— Дил! Если эти, как их…собаки … будут мешать мне спать по ночам, я скормлю их своей волчице. Ты понял?!
— Да, госпожа. — Поклонились и воин, и незнакомый дроу. — Они будут у караулки, сюда лай не долетит. А шум они поднимут только в том случае, если будет какая-то тревога, кто-то захочет выйти ночью или наоборот, пробраться внутрь…
Старшая жрица что-то проворчала и захлопнула окно. Оставаясь незамеченным, юноша внимательно слушал разговор двух мужчин. Собак называли «салюки», их действительно доставили с материка. Затея госпожи Мораг Эльдендааль, которая решила вывести охранную службу при храмах Ллос на новый уровень надежности.
Прим. авт.: автор напоминает, что действие книги происходит в тот же временной промежуток, что и повести «Иней» — в незапамятные времена, за несколько тысяч лет до нашей эры. Автор вернул в Ирландию вымершие и выбитые виды животных, в том числе хищников. Почему бы не завести туда салюки — это древнейшая порода собак, борзая, чей генотип максимально схож с генотипом волка. Их уже разводили в Египте шесть тысяч лет назад, первое же упоминание в сохранившихся документах — около восьми тысяч лет, а в Европу они попали уже с крестоносцами. Уникальная характеристика бега, зафиксированная в книге рекордов Гиннеса — почти 70 км/час.
— Сторожа они так себе! — прокомментировал незнакомый дроу. — Больше охотники, чтобы загонять дичь. Нрав когда как — по настроению, глаз да глаз за ними, а то избалуются. Никого не порвут, но пошуметь могут. Злятся тоже легко, как и отходят. След же берут мгновенно, обучены! Бежать могут часами, от них не уйдет ни зверь, ни эльф, ни человек…
Вэйлин невольно вздрогнул. Берут след?.. Бегут быстро и долго?.. Как от них оторваться в случае необходимости?! Придется продумывать и этот немаловажный момент для успешного бегства! Он не представлял, как уйти от собак вдвоем с Меви, а сбежать без нее было уже выше сил. Он не оставит девушку — ни при каких обстоятельствах!
Воины Дила под руководством незнакомого дроу учились общаться и работать с собаками несколько дней. Угадайте, кто послужил учебной мишенью для поисков?.. Далеко ходить не надо, для этой цели вполне сгодится раб.
— Ну, парень, если ты захочешь дать деру, — с хохотом оттаскивал Дил собак, — эти пустолайки дадут просраться, от них не сбежишь…
Вэйлин был в отчаянии. Грубоватую шутку воина он принял с каменным выражением лица, от души надеясь, что наружу не вырвутся непослушные чувства, а они были — самые разные. Неужели Дил о чем-то догадывается, про намерения Вэйлина известно?! Но как, откуда? Внешне юноша-дроу все так же продолжал играть в недотепу-механика, которого не слушаются собственные руки, ни единым намеком не показывая уровня мастерства… Придется продумать такой маршрут бегства, который в самом начале пройдет по болотам. Намеченные тропы у Вэйлина были, но не разведаны до конца. Или… или нужно последовать совету Хеда и принять покровительство каких-то Светлых лордов?.. Бегство с Меви отодвигало на неизвестный срок попытку мести Мораг, потому что в одиночку не удастся увести девушку в безопасное место, она не создана для скитаний по лесам.
Странных зверей — собак — юноша не боялся, но они теперь прекрасно узнали его запах! И… инстинктивно возненавидели по очень простой причине: он ухаживал за волчицей! К привычному запаху двуногого существа примешивался запах волка, естественного врага, от которого собак отделяло не кровное различие, а глубинная разница в самом духе, в природе их сути! Волчица приходила в неистовство всякий раз, когда слышала отдаленный собачий лай. Она металась в своем вольере с оскаленной мордой и сама искала взгляда Вэйлина, будто спрашивала:
— Ну? Ты меня не предал с этими?..
Вэйлин задумчиво теребил ее загривок, осознавая, каким грозным союзником может стать во время бегства лесной зверь, чувствующий в эльфе — не хозяина, нет! — но равного себе члена маленькой стаи.
А потом его отправили в Мит — отнести к кузнецу, в переплавку, старые наконечники стрел, из которых он привычно утащил парочку. Туда же послали и Меви — для того, чтобы выполнить поручение госпожи старшей жрицы. Ингрен всегда сама составляла свои косметические и лечебные снадобья, но некоторые ингредиенты, масла и воск она заказывала у торговцев в Мите. Проверяла тщательно на наличие ядов — и пускала в дело.
Они встретили друг друга: Вэйлин только шел к месту назначения, а Меви — возвращалась. Их пути сошлись между двух пологих холмов, там, где находилась вересковая пустошь в окаймлении низменных водно-болотных угодий. Говорят, самые красивые вересковые поля, заставляющие путника остолбенеть в восхищении, можно увидеть на западе Острова — там, где дышит солью и вгрызается в неприступные прибрежные скалы океан. Но в какой бы части Острова вы не бродили — розово-лиловые ароматные ковры встретят вас заманчивым видом и очаруют, даже не пытайтесь сопротивляться этому колдовству!.. Вечнозеленый кустарник радует глаз с конца июля по сентябрь, но год на год не приходится — ни там, где живут люди, практичные до мозга костей в стремлении извлекать из растений пользу, ни там, где облюбовали места эльфы, чувствительные к красоте природы. Время цветения вереска сдвигается.