Среди проклятых стен
– Боже мой, – повторил он, начав паниковать пуще прежнего.
– Успокойтесь, – уговаривала я скорее саму себя, чем его. Меня еще никогда не заливало кровью, но в моем представлении это Воплощение ничем не отличалось от других. До тех пор, пока мой амулет работает…
Я окинула себя взглядом. Мой щит распространялся во все стороны всего на пять дюймов от тела, но этого оказалось достаточно, чтобы у меня родилась мысль.
– Считайте до десяти, а потом тяните изо всех сил.
– Нам нельзя ждать, она поднимается слишком быстро…
– Магнус, вы должны мне доверять. Просто сделайте, как я прошу.
Магнус весь дрожал – то ли из-за ледяной крови, то ли от страха, – его глаза были широко распахнуты.
– Один… – слабо проговорил он. – Два… – Он приготовился тянуть дверь на себя.
– Три, – сосчитала я вместе с ним. Затем нырнула в море крови, жидкость заглушила счет «четыре».
Амулет оберегал мое лицо и не давал мне утонуть. Я потянулась свободной рукой и нащупала дверь. Если с помощью образованного амулетом пространства мне удастся немного ослабить давление в нижней части двери, то она наверняка откроется легче.
«Во всяком случае, я на это надеюсь».
Магнус, наверное, уже дошел до семи… Восемь… Девять…
Однако со счетом я промахнулась: дверь открылась раньше, чем я ожидала. У меня не было времени на размышления, поэтому я просунула руку и ногу в щель и вцепилась пальцами в деревянные доски до того, как дверь отлетела назад, чуть не врезав мне по лицу. Но этого удара оказалось достаточно, чтобы мой щит сломался окончательно. Я задержала дыхание и зажмурилась, когда кровь поглотила меня. В эту секунду Магнус, сместившись, врезался в меня ногами, дверь отодвинулась и начала раскрываться все шире, образовав небольшую щель благодаря мне.
Чем сильнее дверь раскрывалась, тем дальше я, надавливая на нее плечом, проползала в коридор. Наконец мне удалось выбраться из комнаты: я ловила ртом воздух и сплевывала кровь, струившуюся по лицу и волосам, в то время как море оставалось в пределах дверного проема. Затем я поднялась на ноги, чтобы обрести равновесие, и протаранила дверь плечом. Магнус высунул ногу. Я снова ударила по двери – показалась верхняя половина его туловища; он так же, как и я, тяжело дышал, хотя в его вздохах ощущалось больше паники. Я продолжала врезаться до тех пор, пока он полностью не освободился и не встал рядом со мной, удерживая дверь под давлением жидкой массы.
– Отпускаем на счет три, – скомандовала я, Магнус не стал возражать. – Раз.
– Два, – принялся он считать со мной. – Три!
Мы опрокинулись назад, и сила кровавого потока захлопнула перед нами дверь. От удара об пол у меня перехватило дыхание, я несколько раз поймала ртом воздух в попытке отдышаться. Мы лежали неподвижно, холодная, насквозь промокшая одежда липла к телу. Я быстро вытерла лицо, чтобы кровь не попала в глаза, давая себе время перевести дух. Как только до меня дошло, что мы с Магнусом по-прежнему держимся за руки, я тут же разжала ладонь.
– С нами все в порядке, – сказала я, чувствуя холод и оцепенение в теле, от которых не спасала даже его рука. – Можете отпустить меня.
Он тоже раскрыл ладонь, после чего мгновенно свернулся калачиком и задрожал. Мы лежали лицом друг к другу. Отчего-то такое положение показалось мне глубоко личным, и я быстро перекатилась на спину.
– А от этого есть амулет? – поинтересовался Магнус, тяжело дыша.
– Амулеты есть от всего.
Я вскочила на ноги и помчалась по коридору в свою комнату, оставляя за собой красный след. Схватила корзинку со всеми материалами сразу, вместо того чтобы искать нужное в темноте. Когда я вернулась к комнате Магнуса, тот стоял перед дверью и с опаской косился на нее, будто она могла распахнуться в любую минуту. Но стоило мне с корзиной сесть на пол, как он последовал моему примеру, прижимая к себе мокрую одежду и стуча зубами.
Мне было так холодно, что я едва могла держать паяльник в руке. Тогда Магнус принес из другой комнаты тяжелое одеяло и масляную лампу – только после этого я смогла продолжить работу. Вскоре кровь начала удаляться от наших тел, убегая от создававшегося амулета. Сначала каплями, потом брызгами она заскользила по полу и скрылась под дверью комнаты. Внутри раздался рев бушующего моря, а потом – бульканье, словно кто-то выдернул пробку из сливного отверстия.
Кровь отступила, подобно охваченной паникой толпе, когда я приблизилась к завершению. Влага и пятна исчезли, а наша одежда высохла, будто Воплощение никогда не касалось нас.
Я открыла дверь в спальню, придерживая одеяло на плечах, и не почувствовала сильного присутствия, кроме стоявшего у меня за спиной Магнуса. В комнате не осталось и следа крови. Я отыскала на стене место, где амулет не так просто разрушить, и прибила его к ней.
– Теперь здесь будет безопасно, – сказала я, сильнее кутаясь в теплое одеяло.
Усталый взгляд Магнуса скользнул по моему лицу.
– На тебе все еще кровь. – Тут его глаза слегка расширились. – Ты поранилась.
Я отступила быстрее, чем он шагнул ко мне, коснувшись моего лба. Дотронувшись до кожи, я ощутила острую боль, затем небольшую пульсацию и больше ничего. Из-за царившего в помещении холода все мое тело онемело.
Я отвела его руку от своего лица и легонько толкнула в его сторону.
– Я в порядке.
– У тебя кровь, – повторил он, как бы оправдывая причины вторжения в мое пространство. – Саба может тебя осмотреть.
– Бывало и хуже, – ответила я и тут же отвернулась, чтобы не видеть жалости, которая обычно при этих словах появляется на лицах людей. – Спокойной ночи, Магнус.
– Как ты узнала, что мне грозит опасность?
Я замерла у двери, побарабанила пальцами по дереву и снова повернулась.
– Мой амулет пульсирует. – Я почувствовала, как по лбу потекла теплая струйка, и приложила ладонь, чтобы ее остановить. Возможно, рана оказалась серьезнее, чем я думала. – При встрече со Сглазом.
– Как бьющееся сердце?
– Наверное.
– Ты спасла меня, Андромеда. – Магнус опустился на кровать. Он все еще выглядел слегка потрясенным. Растерянным. – Я твой должник. Однажды я уже тонул заживо, и это был довольно неприятный опыт, который совсем не хочется повторять.
– Тонул заживо?
– Дом уже не в первый раз проделывает такое. Тогда я находился в другой комнате… Она, наверное, до сих пор покрыта красными пятнами. – Он взглянул на меня со всей серьезностью, словно та комната была самой важной деталью этой истории. – Воплощение парализовало меня точь-в-точь как сегодня. Я не мог выйти, не мог позвать на помощь. И если… если тебе знакомы ощущения, когда ты тонешь: твои легкие сжимаются от нехватки воздуха, голова вот-вот взорвется. Так вот, я испытывал то же самое на протяжении всей ночи. Мои легкие горели, умоляли о вздохе. И так до самого утра, пока кровь не отступила…