Я и мои истинные
— Ищешь Салтана?
— Того, кто смел угрожать нашей семье, — спокойно отозвалась Зира, щуря неоново-зеленые глаза. — Врагов надо знать в лицо. Это вон тот? Такой старый, худой… Жаль.
— Тебе его жалко?
Вот это новость.
— Да. Он может не дожить до того момента, когда я обрету власть и захочу лично с ним встретиться.
Фир громко кашлянул, пытаясь заглушить слова моей дочери и напоминая о соблюдении конспирации. К счастью, члены стаи были так воодушевлены, что едва ли слышали наш разговор.
Я прижала палец к губам и заговорщиуки подмигнула:
— Близкой подруге скира не стоит разбрасываться подобными речами. По крайней мере, на людях.
На сцену перед трассой вышел Харрук. Произнес приветственную речь и поблагодарил титулованных гостей за честь развлекать их сегодня. Аттис, сидящий между Шиасадом и Идрисом, милостиво кивнул, взмахом руки открывая состязание.
Все шло хорошо.
Каин держался молодцом и лишь изредка посылал в мою сторону волны раздражения, смешанные со скукой. Эхо его желаний — темных, колких — удавалось заглушить словами поддержки.
«А еще этот мальчишка…» — Я не видела, но почувствовала, как скривились его губы. — «Что вы с ним сделали? Его восторг забивает чувства всех присутствующих, еще немного и пол покроется сахарной коркой»
Юный давьяр не думал скрывать своих намерений.
Игнорируя не только коронованных особ, развязавших очередной спор, но и намеки наставников, он повис на ограждении, бросая в сторону волчьего сектора многозначительные взгляды. А потом даже забрался на них с ногами. Но попытку привлечь к себе внимание быстро сорвали расторопные подчиненные.
— Говорят, в богатстве и могуществе династия Салтанов легко может посоперничать с императорской семьей, — как бы невзначай обронил Фиралис мне на ухо.
— Павлинам интересна международная политика? — не удержалась от подколки.
Почему-то мне постоянно хотелось растормошить прекрасного наложника. Взять и встряхнуть, заставить проявить эмоции, показать истинную натуру. Но он как обычно оставался непоколебим.
— Нет. Но представители моего вида ценят очевидную выгоду. Подумайте над этим, госпожа.
А что тут думать? Все очевидно.
Зира ничего не видела. Она сосредоточенно следила за попытками участников пройти трассу с препятствиями — скользкими брусьями, колышками, за которые нужно держаться одними руками, вертикальные стены для забега и многое другое.
Оборотни самых разных рангов и статусов пробовали свои силы, надеясь получить титул сильнейшего и знак отличия. Огромный кубок из серебра, украшенный клыками зулу.
— А почему женщины не участвуют? — задала девочка резонный вопрос.
Не успела ответить, как окружавшие нас оборотни дружно расхохотались — к моему неудовольствию.
— Милый детеныш, да кто ж самок туда пустит? Чтобы разбились и покалечились? — развел руками Рахт — мощный косматый волк с торчащим над губой клыком. — Нет, среди наших живодеров не замечено.
— Верно, мы не дураки, бабами рисковать!
— Да они и сами не хотят!
— Замолкните, болваны, — прервал веселый гомон Элиас. — Видите, ваши трепливые языки расстроили важную гостью!
— Я не расстроена. Вот она, — Зира указала на меня, — сражалась с обезумевшим акхо и тварью из Зги, когда жила в Саарганише. Объяснять, кто вышел из битвы победителем, надеюсь, не нужно? Или тут есть желающие назвать мать-волчицу слабой?
Дозорные затихли, и не только из-за неожиданно холодного для маленького ребенка тона. Никто им не говорил о моих злоключениях на севере.
— Идрис тебе и это рассказал? — удивилась я.
— У него от меня нет тайн. Он всегда приводил тебя в пример, когда учил меня обращаться с оружием.
— Он учит тебя искусству боя? — Стоит ли этому радоваться или ужасаться? Мои идеалистические взгляды плохо ладили с атмосферой, царящей в подземном царстве. Только вот от опасностей не всегда можно убежать. Мне ли не знать…
Всегда сдержанная Зира внезапно позволила себе гордую улыбку.
— Я уже хорошо обращаюсь с пропитанным ядом стилетом и умею метать дротики. Хочешь, покажу, когда вернемся домой?
— Конечно. Посмотрю с великим удовольствием.
Моя паранойя не должна тормозить рост великой правительницы. А еще мне просто хотелось видеть эту улыбку как можно чаще.
Когда с первым этапом было окончено, внизу стали собираться бойцы пяти государств. Даже пауки вышли. Ну не могли альраута обойтись без красивой драки, особенно если на кону стояла честь своего народа.
Я смотрела на подобные игрища сквозь пальцы. Хочется им помахать кулаками и помериться всеми выступающими частями тела… Да ради неба и всех предтеч. Главное, чтобы судья был рядом и лекари не зевали.
Первыми Шаа представляли тигры. Коренастые близнецы с одинаковыми лицами, медными волосами и смуглой кожей против двух сильнейших бойцов Варбериана. Лидер кочевников был слегка пьян. Заплетающимся голосом он пожелал товарищам удачи и добавил, что утопит их в императорском фонтане в случае проигрыша.
Драка вышла эффектной и кровавой. Трансформироваться запрещали правила, что слегка уравняло хищников с буйными травоядными. Рев стоял до небес.
Сначала я беспокоилась за дочь, но очевидно Зира давно привыкла к подобным зрелищам. Она даже завязала разговор с одним волчонком (тот не верил своему счастью), отвернувшись от сцены.
Прошло несколько боев. Больше всего впечатляли инемоны, чьи тела были способны нарастить массу в мгновение ока и обрушиться этим весом на врага.
Фир вдруг не коснулся моего локтя:
— Госпожа, вы должны обратить внимание на правый угол. Там стоят росомахи.
— Они снова посетили столицу? Ветреный клан, но не буду врать — драки их стихия.
— Нет, госпожа, я про другое. Среди них ваш сын.
Вгляделась в пеструю толпу полуголых мужчин.
Боже, вы шутите?
Фауст, которого пару часов назад отправили на занятия в абканат, сейчас поднимался по узким ступеням наверх. Оставшиеся позади росомахи подбадривали его выкриками. А на огороженной площадке, усыпанной песком, ждал лучший воин Багрота, молодой лев с невероятно широкими плечами и бугристым шрамом через всю грудь…
Это самоубийство.
28— Фир, следи за Зирой!
Я бешеной кошкой металась из стороны в сторону. Волки толпились в проходах, мешая пройти.
— Бета-оборотень против дельты? — рявкнула. — Против подростка? Кто допустил подобное, куда вы смотрели?!
— Так он же росомаха…