Миллионер, Париж и туфелька

– Оля, хочешь совет? – серьезно посмотрела на меня Маша.
– Не хочу!
– А я тебе его все равно дам. Выбрось из головы своего Андрея и лови шанс с Максом.
– С Максом не может быть никаких шансов, – передернула плечами я. – Макс – из той породы светских красавчиков, которые не умеют испытывать серьезных чувств. Мое сердце и так полностью разбито. Еще одного увлечения с финалом-катастрофой я не вынесу.
– Зря ты так думаешь, – покачала головой сестра. – Его, между прочим, с девушкой в первый раз сфотографировали. До этого он на всех фотках был один.
– Сфотографировали, и хорошо. Фотография ничего не значит.
– Вот будешь так думать, останешься в старых девах!
– Ты говоришь, как Алена!
Телефон Лады завибрировал сообщением от каких-то друзей с района, и они с Машкой, многозначительно переглянувшись, ретировались из комнаты, оставив меня наедине с сюжетом из недописанной главы.
Я хмуро вошла в сеть Вконтакте, чтобы послушать музыку. На моей страничке висел запрос на дружбу. Посмотрев на аватар, я усмехнулась. Мне предлагал дружбу Макс Волков.
«Оля, почему-то тебя нет в других сетях, – писал в сообщении он. – Поэтому пишу сюда. Хочу подарить тебе фотографию».
Далее шла картинка, которую мне уже показывали Маша и Лада.
Я улыбнулась. Написала «Отличное фото, спасибо». Поразмыслила немного и добавила его в друзья.
    
Глава 9. Макс
Раннее утро понедельника. Я сижу на кожаном диване в просторном холле отцовского дома, и с интересом пролистываю комментарии к последней фотографии в моем сторис. Да кому я вру? Я сижу, и, как последний идиот, уже полчаса неотрывно пялюсь на нашу с Олей фотографию! Я смотрю на нее, такую милую и хрупкую, и, кажется, я окончательно потерял голову.
Даже не думал, что моих подписчиков так взбудоражит фотография с Олей. Дело в том, что я никогда не делаю фотографий с девушками. Я – одиночка. Так лучше для имиджа. Всем нравится парень, у которого нет второй половинки. Подсознательно у поклонниц срабатывает надежда на то, что мое сердце удастся покорить только ей. Конечно, девчонки забрасывают меня письмами и признаниями в любви, но серьезные отношения я стараюсь обходить стороной. У меня слишком плотный график и большая нагрузка. Чувства могут навредить не только имиджу, но и выбить меня из рабочего ритма. В боксе это важно.
Только после встречи с Олей во мне что-то изменилось. Я не могу выбросить ее из своей головы. Мне очень хочется увидеть ее снова. Хочется выпить с ней по чашечке кофе в каком-нибудь модном кафе, побродить по осеннему парку, и чтобы она обязательно взяла меня под руку. Чтобы она смеялась вместе со мной с каких-нибудь веселых шуток, и тоже была рада нашему свиданию.
На данном этапе вся ее взаимность заключается в согласии добавить меня в друзья Вконтакте. И я боюсь настаивать на продолжении нашего знакомства, потому что ее сердце занято другим. Я знаю – у нее было что-то с этим юристом из их компании. В ее сохраненках есть фотографии годовалой давности, на которых они вместе.
В моем сердце закипает ревность. Что в нем такого, чего нет во мне? Терпеть не могу этих чопорных юристиков в деловых костюмах! Офисный планктон, он и есть планктон! Я сжимаю кулаки. Мне хочется стереть мужчину Олиных грез в порошок.
Телефон вибрирует сообщением от мамы. Мы с ней тоже друзья Вконтакте.
«Привет, дорогой. Как ты там? Как Кирилл?»
«Отлично. Кирилл нахватался двоек, я пытался его прикрыть, и в итоге мы оба получили нагоняй от отца. Теперь он учит историю, а я зорко за этим слежу».
«А что за красивая девушка в розовом платье у тебя в сторис?»
Сообщение мамы пестрит веселыми смайликами. Она ужасно любит разноцветные стикеры с котиками и прочей дребеденью, от которой у меня рябит в глазах. Она их не просто любит, она периодически шлет мне наборы в подарок и жутко обижается, если я не шлю ей симпатичных котиков в ответ.
«Девушка, как девушка. Она грустила в одиночестве, и я решил пригласить ее на танец. А журналисты все вывернули наизнанку», – нехотя отвечаю я.
«Макс. Ты добавил ее в друзья».
«Ты что, следишь за списком моих друзей Вконтакте?»
«Мне просто стало интересно. Теперь я знаю, что ее зовут Оля, и что она работает помощником графического дизайнера в издательстве «Книжкин дом»».
Мамины смайлики показывают мне язык.
«Перестань дразниться! – раздражаюсь я. – «Книжкин дом» хочет выпустить мою автобиографию. Не знаю, стоит ли соглашаться на эксклюзивный контракт?»
«Соглашайся. Реклама не будет лишней».
«Так писать же не о чем, мам!»
«Они сами придумают, о чем писать. Главное – твое фото на обложке и подпись в контракте».
«Ладно».
«Используй свой шанс, чтобы сблизиться с Олей», – подмигивает мне сердечный смайлик с симпатичной кошечкой.
«Отстань!»
«Любовь приходит, когда не ждешь», – продолжает подкалывать меня мама. Я знаю, о чем она думает. Она мечтает, чтобы я завязал с боксом и верит, что бокс пойдет прахом, если у меня появится серьезная девушка.
Я пишу «До свидания», и выхожу из сети. По-другому нельзя, мама просто замучает меня вопросами и забросает стикерами, от которых у меня взрывается мозг.
Телефон вибрирует вызовом. Я смотрю на экран. Госпожа Воеводина, похоже, не собирается отступать от своей цели и снова готова взять меня в оборот. Вот неуемная!
– Максим Викторович? Мы ждем вас в моей приемной к десяти часам утра. Нам необходимо обсудить нашу будущую книгу.
– Постараюсь приехать, – бурчу я в ответ.
На самом деле я хочу туда поехать. Там работает Оля, и у меня появится шанс увидеться с ней.
В холле появляется отец. В длинном халате, с помятым лицом, выглядит он, мягко говоря, не очень.
– Доброе утро, – буркаю я.
– Не доброе, – качает головой отец.
– Мне нужна машина. Какую можно взять в гараже? – перехожу в наступление я.
– Смотря, для чего она тебе нужна.
– Для поездок по делам, для чего еще?
– Ты же приехал в отпуск, какие дела?
– У меня встреча с главным редактором издательства. Они хотят писать про меня книгу, – в моих глазах мелькает торжество.
– То, чем ты занимаешься, это удел девчонок! – передергивает плечами отец. – Модели все одинаковые! Надеюсь, в книге про тебя не станут писать о внеземной любви к какому-нибудь французскому дизайнеру мужского пола?
У меня в глазах все темнеет от ярости.
– Вообще-то, я еще боксом занимаюсь! – сжимая кулаки, рычу я.