Оковы судьбы. Клетка для сердца

– «Бабушка, зачем?! Я же просила никому не говорить правду!!» – Ментально возмутилась девушка, побледнев. Теперь даже отъявленный глупец смекнёт что к чему.
– «Эти ослеплённые отребья должны знать, моя милая внучка. Прости меня, но стерпеть я не смогла», – просто ответила старица, даже не дрогнув, когда называла соплеменников отрепьями.
Неиджи, стоя позади, будто угадав о чём они переговаривались, согласно хмыкнул. Сориния вновь обвела затравленным взглядом толпу, отмечая изменившиеся выражения их лиц. Вот теперь, стало действительно не по себе. Но нужно было закончить начатую речь.
– Так вот… – голос немного осел от волнений но, прокашлявшись, продолжила: – Я отказываюсь от наследного права в пользу первой родившейся дочери моего брата.
А вот это стало полнейшей неожиданностью. Для всех, и даже для Неиджи с Мудрейшей. Поэтому, закрывшись ментальными щитами от неминуемо–последующих возмущений, перешла к другому.
– И ухожу со своим… – язык словно онемел, никак не желая сказывать нужное, но мысленно дав себе подзатыльник, кое–как выговорила, – с отцом моего ещё не родившегося дитя… который клялся на крови оберегать ценой собственной жизни от напастей мою и жизнь собственного сына.
Сориния рвано выдохнула, смогла произнести эти лживые слова. Честно, думала, что Дракон убьёт её на месте, но текли секунды, а она всё ещё также дышала. Однако на этом представление не закончилось.
– Дорогой Владыка Чёрного Когтя, вы же не откажите себе в чести повторить клятву при всех присутствующих здесь сегодня? Для гаранта с нашей духовной стороны, ведь мы отдаём вам самое ценное сокровище, что у нас есть, – подхватила старица рода, вытаскивая из под одежд ритуальный кинжал Древних.
На дворе воцарилась мёртвая тишина. Даже птицы с ветром прекратили свои песни. А бывшая наследница, не выдержав свалившегося на её плечи напряжения, испуганно зажмурилась, нервно комкая пальцами меховую накидку. Вряд ли Дракон стерпит последнее, и просто повырезает всех у неё на глазах. Однако вскоре чрез омут страха до её чуткого слуха донеслись ЕГО медленные шаги, потом резко оборвались совсем рядом. Осторожно приоткрыла глаза, наткнулась на позолоченные стальные сапоги.
– «Значит, решила обыграть меня? – вдруг прозвучало в голове. И это сквозь непроницаемый ментальный щит, мужчина оказался невероятно силён. Однако осмыслить не успела. – Что ж удивила, моя дикая волчица. И я пойду на это ради тебя. Надеюсь, со временем по достоинству оценишь мою уступку».
Сориния потрясённо вскинула голову и опешила от серьёзности мужчины. Тот, улыбнувшись краем губ, принял у Мудрейшей ритуальный кинжал, обнажил его, с лёгкостью провёл остриём по своей ладони и громко сказал.
– Я Хассиян, император клана Чёрного Когтя, по доброй воле клянусь оберегать от всех невзгод мою избранницу, Соринию Юмей и, – он запнулся, не зная, как заменить слова «собственного сына», ведь ни капли лжи в магических клятвах быть не могло, иначе клянущийся дорого поплатиться, как за обман, так и за нарушение самой клятвы. Но быстро нашёлся, – и дитя, что она носит под своим сердцем!
Их фигуры в мгновение окутал зелёный луч, покружился в вихре, а затем взмыл в чистые небеса, растаяв мягким светом. Если бы Владыка Драконов только знал, на что обрёк себя в туманном будущем…
 
Глава 20
Тук–тук. Карета с мерным скрипом покачивалась, увозя всё дальше и дальше от родного дома бывшую наследницу клана Юмей. Обхватив руками подушку из темно–синего бархата и положив ту под голову, девушка лежала на мягких одеялах и с грустью смотрела в окошко. За ним медленно опадали с небес хлопья снега, иногда проказник ветерок забрасывал несколько внутрь, но Сориния не обращала на них ровно никакого внимания, пребывая в своих недавних воспоминаниях. А именно –прокручивала в мыслях прощание с братом. И отцом…
После того, как император неожиданно согласился дать клятву на крови, ей вдруг стало плохо. Мир вокруг качнулся и поплыл, но Дракон немедля подхватил свою ослабевшую «избранницу» и направился, к уже ожидающему их отряду воинов с повозкой. Однако на половине пути Соринии стало легче и она попросила мужчину дать ей последнюю возможность попрощаться с братом. Император уступил, поставил девушку на ноги, но придерживал рукой за талию. Неиджи тут же оказался рядом и, буквально вырвав сестру из лап Владыки Чёрного Когтя, отвёл подальше в сторону, нахмуренный взгляд Дракона прожигал им спины.
– Сора, если этот чешуйчатый гад будет тебя обижать, ты только пришли мне весточку, и я мигом отрублю ему нахальную голову! – горячо зашептал брюнет, привлекая к себе дорогую сестру. И опомнившись, посерьёзничал. – Кстати, зачем ты передала право наследования моей первой родившейся дочери? Вряд ли она у меня вообще появиться… пока только одни мальчишки. Лучше бы титул унаследовало твоё дитя, а вдруг девочка будет?
– Нет, Нед. У меня родится сын, а… – она вздрогнула, такое претило даже в мыслях, но собравшись, продолжила, – а понести от императора я не смогу.
Братские объятия стали крепче и, отойдя от шока, тот приглушённо прорычал.
– Правильно ли я понял, этот чешуйчатый, не отец твоего ребёнка?!
– Не он, Нед. Моё сердце не принадлежит ему, – да, Сориния поведала истину только бабушке. – Только молю тебя – молчи!
– Молчать?! – сипло буркнул, заглядывая в блестящие от слёз изумрудные глаза. – А где ж тогда настоящий–то?!!
– Он ищет меня, и когда–нибудь найдёт. Прошу, прими мой выбор! Не вмешивайся, иначе – Хассиян истребит клан, и моя жертва будет напрасной! – Неиджи тяжело вздохнул, поцеловал девушку в лоб и пальцами приподнял подбородок.
– Хорошо. Я уважаю твоё решение. Но уверена ли, что нет другого выхода?
– Нет, брат, – облегчённо улыбнулась Сориния и загадочно, наклонившись к уху мужчины, шепнула: – Не переживай, обо мне есть ещё кому позаботиться.
– Что ж, тогда я спокоен.
– Сора! – недовольно рыкнул император, похоже, его терпение достигло краев чаши. – Пора.
Грустно вздохнув, девушка поцеловала дорогого сердцу волка, бросила прощальный взгляд на старицу рода, а также на Крама… быть может, она видит их в последний раз. Затем, отвернувшись, торопливо побрела к карете, помощь Дракона проигнорировала – забралась сама и, наконец, дала волю чувствам: обжигающие слёзы рекой полились по щекам. Душа, словно рвалась на части, не желая покидать дом.
Повозка качнулась, крикнул кучер–воин, и процессия двинулась в путь. Сориния была искренне рада, что у императора всё же имелось чувство такта, и тот поехал верхом. Выбравшись за барьер, Дракон, как и обещал – починил его. Однако, пока разлом латал сквозь него просочилось неожиданное ментальное послание.
– «Я горжусь тобой, дочь моя… Я причинил много боли, и нет мне оправданья. Между нами лежит пропасть ненависти, с моей стороны. Но… ты прости старого дурака, если когда–нибудь сможешь…»
Сориния снова выглянула в окно, на проносящийся мимо посеребрённый лес. Солнечный диск постепенно переваливал за полдень. Сердце в груди кровоточило, болезненно сжималось при каждом ударе, а душа плакала. Вдруг раздался птичий крик, и следом в карету юркнул ястреб. Страж брякнулся в одеяла, выпрямился, потряс призрачными крыльями и пристально взглянул желтыми глазками–бусинками на девушку.