Легенда о яблоке. Часть 1

– Что ты такое говоришь? Для меня главное, чтобы все вы были здоровы и счастливы!
Брайан обнял мать, но, не давая себе расчувствоваться, отстранился и поднялся.
– Не могу долго быть с вами, и прощаться грустно… Мой поезд подошел… Эл меня уже ждет.
Мать тревожно повела плечами и сморщила лоб.
– Можно, я провожу тебя?– громко попросила София, когда все поднялись со своих мест.
– Не надо, мне и так тяжело,– ответил брат.
– Я только на минуточку…
– Нет. Я вас всех люблю! Берегите себя…
Брайан был непреклонен. Он быстро расцеловал мать и сестер, и те не успели моргнуть, как юноша быстрыми шагами покинул кафе. Хелен оцепенела от неожиданного исчезновения сына. Она взяла дочерей за руки и подошла к окну, за которым уже отправлялся экспресс до Хьюстона.
Брайан стоял на подножке вагона и грустно махал родным на прощание. София и Лин приникли к холодному стеклу, и окно запотело от их теплого дыхания.
– Он уехал!– прошептала Хелен и дала волю эмоциям.
Слезы потекли по щекам, и плечи задрожали от прерывистого дыхания.
– Мамочка, это же здорово, что он будет самым умным и образованным,– задумчиво проговорила София, зная, что ей будет очень не хватать его, но понимая необходимость этой разлуки.– Я тоже скоро уеду. Каких-то три года подождать.
– А я останусь… мне здесь нравится,– неожиданно ответила на слова сестры Милинда.
***
– Ты чуть не опоздал на поезд!– сообщил Ахматов Брайану, когда тот вошел в купе, сел на свое место и напряженно откинулся на спинку кресла.
– Прощание с родными так опустошает. Если честно, я чуть не расплакался. Так жаль, что они вынуждены жить в такой атмосфере. Но я сам еще не стою на ногах, чтобы предлагать им помощь.
– Вот видишь, ты находишь разумные доводы. Перестань изводить себя,– с сочувствием заметил Алекс и потрепал друга за плечо.– Все устроится.
– Конечно, устроится. Где бы только раздобыть возможность и устроить сестер в достойное место? Еще три года, и Фисо нужно будет поступать в колледж. Она не справится с отцом в одиночку, даже если проявит характер. Он может разозлиться и выгнать ее из дома.
Брайан задумчиво остановил взгляд на одной точке и вспомнил выражение лица Фисо. Он не заметил в ее глазах того блеска и огня, что были раньше, она уже не смеялась и не шутила так беззаботно. Ее взгляд стал сосредоточенным, серьезным, и было очевидно, что в ее голове крутятся отнюдь не задорные, шкодливые мысли: Фисо поразила его своей сдержанностью и строгостью. Что-то происходило с ней, а его не было рядом.
– Брайан?– окликнул Алекс, толкая друга в бок.– Смотри не утони в своих переживаниях.
– А-а… я думал о сестре. Она так изменилась… Волнуюсь за нее. Боюсь, как бы отец не сломил ее. Иначе будущее нашей фермы обеспечено.
– Ты жесток!– в недоуменном удивлении высказался Ахматов.– Ты желаешь своей ферме сгинуть?
– Не иронизируй. Я хочу вытащить девчонок из этого болота. У них есть потенциал, особенно у Фисо. Я не могу быть равнодушным к их судьбе.
– У тебя есть время. Не драматизируй. Жизнь всегда расставляет все по своим местам.
– Ты веришь в судьбу?
– Нет. Вернее, не очень. Но ты напомнил мне кое-что. Перед нашим отъездом из колледжа ко мне подошел один человек. Весьма и весьма серьезный человек. Я бы сказал – полезный человек. Я видел его неоднократно на соревнованиях по плаванию, когда мы с тобой заняли первое место, затем на конкурсе стипендиатов Малькольна и, пожалуй, еще на турнире по восточной борьбе… Да, кажется, это был он. Такое создалось впечатление, что он следил и отбирал. Причем его оценивающий взгляд я не раз замечал на себе. Так вот, он якобы случайно встретил меня на парковке и завел разговор. Отметая все любезности, я услышал его глубокую заинтересованность в моих способностях. Это прозвучит странно, но он смахивал на вербовщика.
Брайан погладил подбородок, поводил глазами по купе и признался:
– Я что-то не уловил сути?
Алекс деловито повел одной бровью и выпрямился.
– Ты совсем расклеился после встречи с семьей. Раньше ты схватывал на лету. А суть в том, что за этим человеком стоят широкие возможности.
– Тогда я рад за тебя!
– Подошел он ко мне, но я четко расслышал и твое имя. Стоит над этим задумываться или нет?
– Ты спрашиваешь мое мнение?
– Интуиция никогда не подводила меня, но если это против твоих убеждений, то вопрос закрыт,– уверенно поделился Ахматов.
Дьюго внимательно посмотрел в глаза другу. В этот момент он словно слушал свое сердце. Чуть поразмыслив, Брайан, наконец, спросил:
– У тебя создалось впечатление, или его слова были предельно конкретны?
– О чем ты говоришь? В таком деле слова могут быть только намеком и иметь любой смысл. Но, если ты схватишь нить разговора и почувствуешь, – это твое, тогда следует конкретный разговор. И, наверное, не на парковке.
– Что же ты ответил ему?
– Он прекрасно осведомлен о нашем решении поступать в университет Вашингтона и дал понять, что мы еще встретимся там.
Брайан передернулся от интригующей новости и произнес:
– Ух, какие страсти!
– Я предлагаю не торопиться с выводами и не касаться этой темы до того времени, пока все не прояснится. Согласен?– смеясь над реакцией друга, предложил Алекс.
– Договорились!– последовал уверенный ответ.
 
Штат Мэриленд, Вашингтон, февраль 1989 года
Движение на пятьдесят пятой авеню всегда оставляло желать лучшего. При том, что это была не центральная улица и даже не жилой район, автомобили заполонили дорогу с начала квартала и до самого горизонта. Воздух был пропитан выхлопными газами и пылью, которые со временем плотным слоем осели на стенах зданий и те казались грязными и пошарканными. Этот район Вашингтона был выделен администрацией специально для офисных зданий, хозяева которых сдавали отдельные помещения разным физическим и юридическим лицам для контор, складов, выставочных помещений. Шум двигателей и гудков автомобилей доносился со всех сторон.
Билл Макстейн, сурово сдвинув брови, наблюдал автомобильную возню из широкого окна арендованного офиса и недовольно чмокал губами при очередном скрежете тормозов или гудке. Но вот он протянул руку вперед и, толкая фрамугу, повернул послушную рукоятку в положение «Закрыто». В кабинете воцарилась благоговейная тишина. Макстейн опустил жалюзи, и теперь можно было представить, что он находился в своем родном офисе в Хьюстоне: и комариного писка не было слышно.
Мужчина облегченно вздохнул и, заложив руки за спину, стал медленно мерить комнату шагами. «Мальчики, мальчики. Достойная физическая подготовка уже сократит срок обучения, языки – это хорошо, серьезность, увлеченность, ответственность, владение собой. Н-да, редкие экземпляры…»