Легенда о яблоке. Часть 1
– Да, сэр.
– Твоя начальная стажировка будет проходить в штабе ООН, ассистентом специалиста по экономическим вопросам. Однако вскоре в отставку подает руководитель отдела экономического анализа в Федеральном агентстве международных отношений – ФАМО – в Хьюстоне, так что скоро переедешь в Хьюстон.
– Осмелюсь спросить, сэр, как скоро?– сдерживая радость, спросил Алекс.
– Думаю, года через два. Если будет место перевода в Хьюстон, то с Кроу, разумеется, вы не знакомы. Надеюсь на ваше благоразумие, на то, что разум возобладает над вашей глубокой привязанностью друг к другу…
Брэд и Алекс переглянулись и клятвенно кивнули мужчине.
– У меня все. Вопросы? Нет? Свободны. У меня на очереди еще одна пара новичков. Увидимся.
Ахматов и Кроу почтительно отдали честь и вышли из кабинета Макстейна через разные двери.
Начиналась новая жизнь, где за каждое решение и его последствие несли ответственность только они сами. И вместе с ощущением своей значимости и ответственности за свои возможности в рамках заключенного судьбоносного контракта с АМБ молодые мужчины все же вышли в мир обычными людьми – обаятельными, образованными, перспективными. Преувеличение своей причастности к работе агента, неустанная бдительность, опасения за будущие операции, беспокойные ожидания вызова, видение невидимого в обычных обстоятельствах значило бы полную несостоятельность их как агентов. Отныне Алекс и Брэд должны были стать простыми государственными служащими.
– Отпразднуем наш долгий полет и удачное приземление!– вдохновленно предложил Брэд, когда позже они с Алексом встретились в парке отдыха.
– А ты как думал?– с охотой поддержал тот.– Давай завернем в какой-нибудь простецкий клуб или бар и оторвемся по полной? Еще находимся на деловые обеды и ужины в «Плазу» или «Голдхаус».
Брэд расстегнул пуговицы своего пиджака и помахал его полами, как веером.
– Придется переодеться в майки и джинсы, иначе нас там примут за копов или из ФБР.
– Да…– усмехнулся Алекс.– Только никаких девочек из бара. Сегодня мы празднуем абсолютную свободу…
– Смотрите-ка, какой чистюля!– поддел Кроу.
– Ты не хуже меня знаешь, что полуголые девочки в таких местах, вешающиеся на шею, ничего, кроме приторно-сладкой внешности, не имеют… А-а, нет… пожалуй, имеют – набор самых ярких инфекций.
Брэд хлопнул друга по плечу и засмеялся.
– Ну ты и знаток!
– Ну что ты! Как раз в таком деле у меня опыта нет. Хватило чужих ошибок,– поспешил заверить тот.
– Окей! В восемь или девять у фонтана?
– В семь, на 35-стрит. Заедем сначала в ресторанчик «У Фредди». Хочется человеческой пищи – горячей, свежей, только что с огня.
– Н-да, оценишь тут всю прелесть домашней кухни!– причмокнул Брэд и невольно вспомнил мать – ее дымящуюся утку, тающую на языке фасоль, терпкий напиток из ягод шиповника и горячие пончики с джемом.
***
Спустя несколько часов упоенные и опьяненные свободой, сытым ужином и творческим хаосом в одном из ночных клубов Вашингтона Ахматов и Кроу, вольно раскинувшись на кожаных диванчиках за круглым столиком, лениво пили коктейли и рассматривали озорных легкомысленных девчонок, откровенно глазевших в их сторону.
– Клянусь Вашингтоном, только помани ты их пальцем, облепят, как мухи мед,– шутливо с издевкой заметил Кроу.
– Брэд, сегодня я в ударе! Столько выпил, станцевал так, как не танцевал с самого школьного выпускного, в меня уместилось столько еды, но, боюсь, на девочек у меня не хватит сил… и тем более вдохновения на таких-то…
– Кто это говорит?!– поразился Кроу.
– Брэд, отстань,– засмеялся Алекс, сполз ниже на сиденье и откинул голову на спинку дивана.
– Эл, я давно хотел тебя спросить, но все не решался…
Лицо Брэда приняло серьезное выражение.
– У тебя сейчас такие связи, возможности – неужели ты не хочешь узнать, что с Мэри, где она, чем занимается, жива ли?
Ахматов протрезвел на мгновение, но, выдержав паузу, безучастно ответил:
– Именно сейчас и не хочу. Она самостоятельно приняла решение изменить свою судьбу. Ты помнишь? Она сделала свой выбор, и теперь я не буду вмешиваться в ее жизнь. Меня ничего уже с ней не связывает. У нее был выбор: я и мои возможности, и были призрачные мечты, смешанные со страхом. Она предпочла их. И, наверное, теперь живет где-то своей жизнью.
– Ты так равнодушен!– удивился Брэд.
Алекс помотал головой и усмехнулся:
– Нет. Я живу настоящим. А она всегда жила прошлым. И мне не хочется понимать, почему женщина не смогла довериться мне. Гораздо приятнее вспоминать тех, кто был от меня без ума. Это моя жизнь, и я не буду зацикливаться на прошлом.
В голову Брэда закралась тоскливая мысль о том, чтобы самому разыскать Мэри. Но он тут же отмахнулся от нее, чувствуя, что это не принесет ему ничего, кроме беспокойства.
– Мальчики, может, присоединитесь к нам?– вдруг раздался решительный звонкий женский голос из-за соседнего столика.
Брэд отвлекся от собственных мыслей, игриво поднял одну бровь и подмигнул Алексу.
– Эй, да они больше напоминают Барби, чем интересных молодых леди,– сквозь зубы заметил Алекс и любезно улыбнулся дамам.
– Ты прав, но я так много выпил, что, пожалуй, приглашу на танец одну из них… Эй, девочки,– Брэд широко улыбнулся, встал и легкой соблазняющей походкой направился к соседнему столику.– Сегодня я – мистер Очарование. Разрешите представиться – Дон Жуан!
– Иди к дьяволу!– рассмеялся Алекс, наблюдая, как друг раскланивается перед девушками.– Вот шутник! Эй, официант, еще виски…
Вдоволь насытившись женским вниманием, расслабляющей обстановкой, Ахматов и Кроу сели в такси и отрезвили свой дух и тело в центральном парке – в маленьком искусственном пруду, вокруг которого установлены таблички «Купаться запрещается».
– Вот и все!– встряхнул мокрыми волосами Ахматов и утер ладонью скользящие по лицу капли.– Если у тебя будет что-то неотложное, я всегда помогу. Канал связи мы с тобой уже отработали. Как вернусь в Хьюстон, – увидимся.
– АМБ не одобрило бы нашу встречу.
– Ой, умоляю: неужели мы с тобой не найдем способ общаться?
– Жаль расставаться,– ностальгически протянул Брэд.– У меня обратная просьба: что бы ни было, мы с тобой навсегда!
– Ты сомневаешься?!
– Я верю, что разделю все твои взгляды, в политике нельзя строить прогнозов: всякое может произойти. Будем выживать вместе, как умеем, главное – соблюдать принцип: «не навредить».
– Расслабься. Нам каждый день придется спасать мир,– иронично высказался Ахматов.– Ты меня знаешь – я за справедливость. Не волнуйся, думаю, то, что мы оба будем делать, будет на пользу человечеству, и ни один из нас не свернет на кривой путь.