Мой любимый негодяй

Не успел Тристан дать отпор, как рядом возникла леди Уиклифф:
– Пойдите развлекитесь. А я посмотрю на вас от киоска. Горло ужасно пересохло. Мэтью!
Лакей обвел очередь тоскливым взглядом:
– Да, мэм.
Ее негнущаяся спина скрылась в толчее. Тристан проводил графиню взглядом; терпение улетучивалось. Однако если он сейчас вызовет ее недовольство, то ничего не дождется в ответ, кроме односложных реплик.
– Один круг, – сказал он ирландцу.
– Да, командир, отличный выбор! – Мужчина сгреб монеты с прилавка и повернулся к стене, чтобы достать ружье.
Тристан сбросил пиджак и собрался было положить его на прилавок, однако Сесиль улыбнулась и заботливо подставила руки. Пришлось согласиться.
Он вскинул ружье к плечу. По спине пробежала дрожь – тело отозвалось на привычное и давно заученное движение. Однако в следующий миг он застыл как вкопанный.
Тристан почувствовал ее присутствие раньше, чем увидел. Ее взгляд буквально просверлил в нем дыру.
Люси.
Внутри все оборвалось.
Она стояла среди оживленной толпы в голубом платье, неподвижная как статуя. В том же самом платье, в котором они ездили на прогулку по Черуэллу.
Люси прозрачно намекала, что, возможно, придет на ярмарку без него!
«Стой, где стоишь», – мысленно взмолился Тристан. Инстинкт подсказывал, что две женщины в опасной близости могут навлечь несчастье.
Люси направлялась прямо к нему.
Тристан опустил ружье и повернулся к ней лицом.
Люси прижимала к груди стопку буклетов, сжав ладони в кулаки. От нее веяло ледяной стужей.
Ну, вот и все.
– Лорд Баллентайн, какое совпадение! Не ожидала встретить вас здесь. О, кузина Сесиль! Еще одно совпадение. – Она вновь перевела взгляд на Тристана, с циничной усмешкой выгнув брови.
Тристан, хотя и был без пиджака, весь вспотел.
Она страдает. И это он причинил ей страдания.
Сесиль почувствовала разлитую в воздухе тревогу; она вся сжалась и придвинулась к Тристану.
Все хуже и хуже.
– Ого! – воскликнул хозяин тира. – Смотрите-ка, суфражистка!
Должно быть, заметил буклеты. Или значок на лацкане.
– Слушайте! Суфражистка в тире Макмахона!
В их сторону повернулись головы.
– Полегче, приятель! – рявкнул Тристан.
– Конечно, командир. – Ирландец отвесил поклон и обратился к Люси: – Полагаю, мисс, ваши глаза так же остры, как язычок? Держите-ка. – Он поднял ружье над головой. – Вот ваш шанс доказать это.
Рядом начал формироваться полукруг зевак.
Люси уставилась на ирландца.
– Давайте, мисс, один круг, за счет заведения. – Макмахон положил винтовку на прилавок перед Люси.
Она не удостоила оружие взглядом.
– Удивительно! – Казалось, ее голос может разрезать стекло. – Почему вы решили, что я обязана кому-то что-то доказывать?
Люси вновь посмотрела на Тристана, и ему до судорог захотелось подхватить ее на руки и прижать к себе. Она была бледна и неприступна, как неземное создание, которое под силу унести даже легкому ветерку; а между тем на них надвигался шторм.
– Миледи, – промямлил он и, поскольку ничего лучшего в голову не пришло, спросил: – Как ваша политика, в порядке?
Она сверкнула мелкими зубами и отрапортовала в ответ:
– В полном порядке. А вы, милорд, решили развлечься? Как вам ярмарка?
– О-о, – вмешалась Сесиль, сладкоголосая, словно яблочко в меду. – Меня просто окрыляет такая атмосфера – яркие краски, веселая музыка, возможность слиться с беззаботной толпой. Признайтесь, лорд Баллентайн, вам нравится идея устроить тематический бал по случаю объявления нашей помолвки?
У него остановилось сердце.
– Дело в том, что мы помолвлены, – сообщила Сесиль, обращаясь к Люси. – А тематические вечеринки сейчас самый писк моды.
Тристан повернулся к Сесиль – замедленно, как в кошмарном сне.
Она уставилась на него и упрямо выставила вперед изящный подбородок. В глубине прозрачных голубых глаз блеснула сталь. Как он раньше не замечал? Вот и проморгал, на свою беду, серьезную опасность. Эта девушка вовсе не овечка.
Проклятье!
Прежде чем Тристан вновь решился посмотреть на Люси, его внутренности пронзил приступ страха – страха, который он узнал на войне, когда впервые осматривал поле боя в поисках выживших.
Она выглядела ужасно. Все краски покинули ее лицо. Губы побелели, как полотно.
Тристан шагнул вперед, и она тут же отшатнулась.
– Понимаю. Мои поздравления. – Ее взгляд остекленел и заметался по толпе. – Я… Мне пора возвращаться. Приятного вечера.
Застыв от ужаса, Тристан смотрел ей вслед.
– Милорд?
Он стряхнул с себя цепкие руки Сесиль и смерил ее взглядом:
– Какая муха вас укусила?
Он едва узнавал собственный голос. Сердце бухало в груди. Беги за ней. Беги за ней.
Сесиль вытаращила глаза и пролепетала:
– Но она же… моя родственница… Ничего ужасного не случится, если кузина узнает о помолвке до официального объявления.
– Не будет никакой помолвки, – отрезал Тристан. Пора покончить с этим фарсом.
У Сесиль задрожал подбородок:
– Что вы имеете в виду?
– Есть желающие попытать счастье? – выкрикнул Макмахон. – Полпенни за пять выстрелов!
Люси нырнула в толпу; такой маленькой и проворной, как она, легко затеряться.
Вот только на сей раз она не бежала. Ковыляла, как раненая.
– Милорд? – Сесиль уже почти рыдала.
Он тряхнул головой и бросился вслед за возлюбленной.
    
Глава 32
Люси потребовалась четверть часа, чтобы добраться домой. Собственное дыхание отдавалось в ушах далеким натужным хрипом. Сердце колотилось в грудной клетке, однако Люси ощущала его отдельно от себя; сама она была лишь холодным, разъединенным с телесной оболочкой разумом, бесцельно скитающимся из комнаты в комнату.
Тристан ей лгал.
Тристан помолвлен с Сесиль.
Тристан ей лгал.
Он ворвался в кухню спустя десять минут.
Такие знакомые черты, милое виноватое лицо… А в действительности она его совсем не знает! Люси словно нож вонзили между ребер. Она поняла, что стоит, прижав руки к сердцу.
Тристан в три шага пересек кухню и остановился рядом: