На край любви за 80 дней
Прем ухмыляется и фамильярно похлопывает меня по плечу.
– Можно особенно и не благодарить, помогать туристам – ее профессиональная обязанность. Да, сестренка?
Прити нетерпеливо фыркает и перекидывает через плечо сумку.
– Приятно было познакомиться, Роми! – говорит она мне, не обращая внимания на брата, доходит до двери и, обернувшись, пропевает напоследок строчку из «Гамильтона»: – Я-я не упущу свой ша-а-анс…
Только вместо «шанс» она поет «чай».
Я хохочу, а Прем удивленно пожимает плечами.
– Странный какой-то у нее юмор, – бормочет он.
Прем явно не смотрел «Гамильтона». Внезапно его лицо светлеет, он трогает меня за плечо, и я испытываю сильнейшее дежавю.
– Значит, тебе надо послать имейл? – спрашивает он.
Поиски билета и отправка отчета занимают примерно полчаса. Тем временем в офис стекается ручеек сотрудников. Прем здоровается с каждым: мужчинам пожимает руки, а женщин горячо обнимает и представляет меня как свою подругу Роми, приехавшую в гости из Нью-Йорка. По меньшей мере две женщины закатывают глаза у него за спиной, прежде чем он отпускает их на рабочие места.
Просто поразительно: в буквальном смысле на другом конце земного шара я встретила человека, который мог бы сойти за родного брата Джоны из колл-центра. Уму непостижимо! Все время, что я работаю на компьютере, левая рука Према непринужденно покоится на спинке моего стула.
Глава 36
Снимок: Потолок железнодорожного вокзала
Инстаграм: Роми_К [Мумбаи, Индия, 14 апреля]
#БеспределМумбаи #ГородМечты #Дхарави
165 ♥
Отклонив чрезвычайно настоятельные приглашения Према пообедать – «а может, хоть чашку чаю?» – «или проводить тебя на вокзал?» – я выхожу из колл-центра. У меня есть билет на скоростной экспресс в Хаору, который отправляется с Центрального железнодорожного вокзала Мумбаи через неполных два часа. Горячий, сырой воздух мгновенно окутывает меня, словно тяжелое мокрое одеяло. Прити объяснила дорогу очень понятно, и я спешу к автобусной остановке. Там стоит очередь, и я с довольным видом в нее встаю.
Через пять минут подходит автобус. Сидячих мест нет, а прямо на подоконниках, болтая ногами, сидит парочка предприимчивых пассажиров. Я передумываю и решаю пройтись. Если верить карте, до вокзала чуть больше трех миль, а я люблю ходить пешком. Такая прогулка для меня – пара пустяков.
Что я узнала, прогулявшись по Мумбаи:
1. Жители этого города не только ходят по улицам, они там еще и сидят. И даже лежат. Несмотря на жару, расположившихся на тротуарах людей не меньше, чем прохожих.
2. На дорогах творится нечто невообразимое: какофония автомобильных рожков, скрип тормозов, рев моторов, грохот мотоциклов. В воздухе стоит тяжелый запах выхлопных газов, забивающий все остальные ароматы. Автомобилисты не придерживаются полос движения, не мигают на поворотах, паркуются где захотят, едут на желтый свет и считают своим долгом подавать звуковые сигналы при любом удобном случае.
3. Доставка обедов в городе носит массовый характер. Я никогда не встречала ничего подобного. Мужчины, которых называют даббавала, забирают горячие обеды в специальных металлических судках из домов или ресторанов и доставляют клиентам в офисы. Ежедневно они развозят тысячи, сотни тысяч обедов – и никогда не ошибаются. Без компьютера. Я могу только мечтать о таком уровне организации.
4. Еще одна удивительная особенность транспортной системы – моторикши. Это в основном трехколесные мотороллеры, рассчитанные на троих пассажиров. Там никогда не бывает троих пассажиров. Я сбилась со счета на девятом, не считая водителя.
5. Алтари, посвященные разным удивительным божествам, располагаются в самых неожиданных местах. У божества может быть голова слона или обезьяны – или потрясающей красоты женское лицо. Усыпанные цветами святилища скрываются в тени деревьев либо под импровизированными навесами.
6. За всю прогулку я заметила единственную священную корову и выяснила, что каждый желающий может купить ей пучок сена за десять рупий. Впоследствии я узнала, что именно эта конкретная корова пасется в угловом кафе и обожает латте со льдом. Никогда не чувствовала такого духовного родства с животным!
7. Как узнать, что где-то рядом находится университет? Вокруг начинают появляться учебные центры под открытым небом, обычно в тени деревьев, со столами и скамейками. Там занимаются студенты, у которых дома слишком тесно, а еще это прибежища для…
8. …бродячих кошек и собак. Они лежат в прострации от жары. Стерилизовать и кастрировать бродячих животных в Индии не принято.
9. В Индии один-единственный часовой пояс на всю страну, однако разница с окружающими странами составляет полчаса. Разумного объяснения этому факту я не нашла.
10. Они используют бамбуковые строительные леса вместо металлических. Гибкие, дешевые и экологичные. Кто бы мог подумать?
Мой список мог бы быть в два раза длиннее, да что там в два, в десять! Новые открытия подстерегают в этом удивительном городе на каждом шагу.
Часа через два я добираюсь до вокзала, изнемогая от жары, но в приподнятом настроении от атмосферы Мумбаи. Как и в любом крупном городе, в нем смешаны старина и современность, однако нигде контраст между крайней нищетой и неимоверным богатством не ощущается столь явно. Дорога занимает у меня вдвое больше времени, чем то же расстояние в Нью-Йорке, в основном из-за риска для жизни при каждом переходе улицы. И все же оно того стоило.
Отстояв очередь, я получаю билет и направляюсь к платформе, на которую указывает перст кассира. Здесь тоже не безлюдно, и все же народу меньше, чем на пригородном вокзале. Уходящий в бесконечность высокий потолок у меня над головой ничем не напоминает станцию Черчгейт.
Поезд в Хаору ходит дважды в неделю, так что мне повезло. На сайте предлагались билеты шести или семи классов, но спальных мест уже не было. Свое сидячее я обнаружила в середине поезда, в вагоне без кондиционера, зато с большими открывающимися окнами. В поезд пускают только пассажиров с билетами, так что никто не будет штурмовать окна или свешиваться из них наружу. Во всяком случае, в моем вагоне.
Двигатель поезда подает признаки жизни, и меня вдруг пронзает сожаление: если Сумайя не выйдет на связь, я никогда не узнаю, что стало с сомалийцами, которых мы спасли. Мне становится невыносимо грустно.
Поезд трогается. Я присаживаюсь у окна и вижу какую-то гигантскую баню под открытым небом, над которой клубится пар. Легионы одетых в белое мужчин трут руками кипы простыней, и я догадываюсь, что это, очевидно, и есть Дхоби Гхат – знаменитая прачечная под открытым небом.
Состав набирает ход, прачечную за окном сменяют шаткие хижины и брезентовые палатки впритык одна к другой. Я, словно под гипнозом, не могу оторвать взгляда от трущоб. Как можно жить в таких условиях?