Пандемониум. Тьма в твоих глазах
– Почти. Кроме тех, что совсем не магнитятся.
– А если в тебя выстрелить, пулю сможешь остановить?
– Никогда такого не пробовал, – Антон слегка переменился в лице. – Надеюсь, что и не придется. А ты почему мне такие вопросы задаешь? Хочешь поэкспериментировать?
– Расслабься, – отмахнулся Тимофей. – Это я просто чтобы разговор поддержать. Ну и интересно, конечно. У меня с собой и пистолета-то нет. Нам не положено.
– И слава Богу, – с облегчением выдохнул Антон.
– А вам табельное оружие выдают? – спросил Зверев.
– Выдают, но, как правило, это особые пластиковые пистолеты, стреляющие дротиками с сильным снотворным. Чтобы мы преступников случайно не поубивали, а лишь обездвижили до приезда полиции. Когда сдадим специальные тесты, тогда боевое получим.
– Ого, – уважительно проговорил Тимофей. – А покажешь пластиковый?
– Сегодня мне его не выдали. Панкрат сказал, что раз меня сопровождает Огненный волк, оружие мне не понадобится. Хочется надеяться, что так все и будет.
Гадалка Феофания жила на окраине старой части города в небольшом одноэтажном домике с террасой. Пока ребята к ней ехали, окончательно стемнело и на улицах зажглись фонари.
Антон припарковал автомобиль рядом с домом, но на противоположной стороне дороги, после чего они с Тимофеем подошли к калитке. За ней виднелся аккуратный дворик, занесенный снегом и со всех сторон окруженный кирпичным забором полутораметровой высоты. Под снегом угадывались постриженные декоративные кустарники и небольшая оранжерея. Сам домик явно был очень старый, сейчас такие уже не строили. Особенно выделялась высокая черепичная крыша, над которой поднималась длинная кирпичная труба. В окнах горел свет, значит, дома точно кто-то есть.
Антон поднялся на террасу и нажал кнопку дверного звонка. Открыли ему очень быстро, словно хозяйка находилась где-то поблизости от двери.
– Добрый вечер, Феофания, – учтиво сказал Василевский, когда на него упал луч желтого света из прихожей. – Наконец-то мы доехали.
Тимофей увидел на пороге невысокую женщину лет сорока с длинной темной косой. Она была в бледно-розовом спортивном костюме и мягких домашних тапочках. Рукава толстовки были перепачканы мукой.
– Ты готовишь? – радостно воскликнул Антон. – Значит, мы вовремя. Я просто умираю от голода!
Тимофей вдруг тоже ощутил одуряющий аромат свежей выпечки и ванили. Его рот тут же наполнился слюной, и он громко сглотнул. Феофания смерила Тимофея настороженным взглядом.
– Панкрат пару часов назад предупредил меня о вашем визите, – сказала она. – Входите. И да, я как раз пеку оладушки, так что вы пришли вовремя. Может, еще и жизнь кое-кому спасете.
– В каком смысле? – удивился Василевский.
Феофания лишь покачала головой и отошла в сторону, освобождая проход.
– Ура! – радостно воскликнул Антон и тут же проскользнул мимо нее в прихожую.
– Здравствуйте, – смущенно произнес Тимофей. – Меня зовут…
– Тимофей Зверев, – закончила за него женщина. – Заходи. Панкрат о тебе рассказывал.
Тимофей осторожно переступил порог и оказался в просторной уютной прихожей. На полу лежал мягкий, толстый ковер, у стены стояла стойка для обуви и старомодная вешалка на одной ноге. Василевский уже скинул кроссовки и стягивал с плеч пуховик.
– Так ты, значит, Огненный волк? – поинтересовалась Феофания, запирая дверь на защелку. – Впечатляет.
– Это вам тоже Легостаев рассказал?
– Не беспокойся, я умею хранить секреты, – заверила его хозяйка дома. – Поэтому Панкрат многое мне доверяет. Но как ты связался с этим охламоном? – Она кивнула на Антона. – Или тебя тоже затащили в «Авангард»?
Видимо, Панкрат все же рассказал ей не все, и Тимофей был ему за это благодарен. О некоторых подробностях его жизни не стоило сообщать первым встречным.
– Типа того, – уклончиво ответил он. – У нас вроде как первое совместное расследование.
– Понятно, – вздохнула Феофания, беря из его рук куртку, и повесила ее на вешалку.
Тимофей осмотрелся по сторонам. Из прихожей вели две двери. Одна – в просторную кухню, другая – в большую темную гостиную. Пока Тимофей разувался, Антон уже проскочил на кухню.
– Не знал, что у тебя гости, – удивленно сказал он.
Феофания издала нечто похожее на стон. Тимофей заглянул через плечо Василевского и увидел высокого, крепкого парня с черными волосами. Он стоял у плиты, спиной к двери, и, кажется, лопал оладушки прямо с горячей сковородки, обжигаясь и громко чертыхаясь. У его босых ног крутились три пушистые упитанные кошки – рыжая, черная и серая с белыми пятнами.
– Это кто? – осторожно спросил Антон.
– Испытатель, – буркнула Феофания, проходя в кухню. – Только и делает, что испытывает мои нервы и свое везение!
– Да ладно тебе, – отмахнулся от нее парень. – Я же помогаю.
– А кто тебе сказал, что я нуждаюсь в твоей помощи?
– Почему мне нельзя помогать тебе готовить? – весело воскликнул незнакомец.
– Хватит с меня и тех шрамов, что я уже успела заработать! – раздраженно бросила Феофания. – Новые мне не нужны.
Парень обернулся и с любопытством уставился на вошедших. Глаза у него были синие-синие, Тимофей даже решил, что он в цветных контактных линзах. Виски коротко выбриты, а длинная иссиня-черная челка падала почти до кончика носа, так что парень постоянно откидывал ее рукой. Он был в простых черных джинсах, подвернутых почти до колен, и белой футболке с V-образным вырезом. Его симпатичная улыбчивая мордаха, руки и даже джинсы были перепачканы тестом. На вид ему можно было дать лет восемнадцать-девятнадцать.
– Это Алексей Грановский, – поджав губы, представила парня Феофания.
– Можно просто Алекс, – радостно подхватил тот.
Глава 27
Некромантские приспособления– Заявился ко мне недавно по одному важному делу, а потом вдруг решил задержаться на пару дней. Не спросив моего согласия! – с нажимом добавила Феофания.
– Я сплю в гостиной на диванчике для гостей, и все три ее кошки гадят прямо на меня, – зачем-то сообщил Алекс, в очередной раз откинув челку со лба.
Тимофей замер с открытым ртом, Феофания плюнула в сердцах, а Антон вдруг громко захохотал, перепугав кошек. Толкаясь и подскакивая, они умчались наперегонки в гостиную, а Алекс, хитро прищурившись, взглянул на ребят.
– А вы сами-то кто такие? – спросил Грановский.
– Меня зовут Антон, – немного успокоившись, представился Василевский. – А это Тимофей, мой напарник. Нам бы с Феофанией поговорить наедине.
