Пандемониум. Тьма в твоих глазах

Все прошло не совсем гладко, но все же Борис остался доволен результатом. Алиса уже не напоминала растерянную беспамятную девицу, какой он увидел ее в первый день своего пребывания в «Темных аллеях». Манипуляции Цирцеи Сэнтери, а затем и Таисии с ее мозгом привели к улучшениям. Она начала вспоминать.
– Я помогу тебе скрыться, – сказал Борис Алисе. – Но сейчас и правда лучше переодеться. Нельзя же выйти отсюда в драной пижаме.
Алиса тут же повернулась к нему спиной, сбросила обрывки куртки и натянула на себя розовое платье. Оно оказалось ей практически впору. В нем она и правда напоминала девушку из девятнадцатого века. Затем они быстро вернулись в камеру хранения и подобрали ей длинный черный пуховик и теплую обувь по размеру.
– Но зачем ты устроил все это? – недоумевала Алиса.
– Чтобы они помогли тебе кое-что вспомнить, – ответил парень. – Остальные воспоминания придут позже, я в этом уверен. Как и твои способности.
– Какие способности? – не поняла девушка.
– Это будет следующим этапом моего плана и нашего с тобой сотрудничества. Я помогу тебе вернуть способности, а ты поможешь мне освободить из плена мою сестру, – пояснил парень. – Ты, как никто другой, знакома с миром светлых Первородных, хоть и не помнишь этого. В твоей голове – настоящая энциклопедия фактов и сведений! Ты знаешь все их сильные и слабые стороны и ненавидишь так же сильно, как я! Вам с братом удалось такое, чего не могли добиться сотни других, пытавшихся до вас. Поэтому ты будешь мне полезна. Когда все воспоминания вернутся, твои мозги, знания и навыки сослужат нам очень хорошую службу.
– Но кто же ты? – растерянно спросила она, не в силах осознать услышанное.
– Не помнишь меня? А ведь мы неоднократно встречались с тобой раньше – правда, тогда я выглядел немного иначе. – Парень хищно усмехнулся, сверкнув белоснежными клычками. – На самом деле меня зовут Арбогаст.
– Нет, – восторженно прошептала Алиса, обняв его за смуглую шею. – Помнишь, тогда в библиотеке я не могла придумать, кто ты в нашей игре? Сейчас я это точно знаю. Там сидели Соня, Болванщик и Мартовский Заяц. И если я – Алиса, то ты – мой любимый Чешир.
Кошачьи глаза Арбогаста хитро прищурились. Парень протянул Алисе ладонь, и она робко вложила в нее свою руку. Затем они направились к выходу из разгромленного здания по объятому огнем коридору и вскоре исчезли в разрастающихся клубах густого черного дыма.
 
Глава 45 
 До встречи в «Одноглазом валете»

Групповой чат «Будни КЗ».
ПАПАНЯ: Ну что, все там живы-здоровы? ТИМОФЕЙ: Да, пап. Вашими молитвами. Но мы и правда закончили, возвращаюсь в Клыково. Народ, вы как?
КЛИМ: Почти справились. Скоро тоже будем.
ЛЕШЕЕВ: Мы уже в Клыково. Ждем остальных.
ПОВЕТРУЛЯ: «Одноглазый валет» открылся после реконструкции. Может, устроим небольшую вечеринку?
СЛАВКА ЕРОФЕЕВ: Ты же никого видеть не хотела!
ПОВЕТРУЛЯ: Оказывается, и по вашим противным рожам можно соскучиться.
ЛЕШЕЕВ: Вечеринка! Я не против. Давно не собирались.
ПОВЕТРУЛЯ: Вот именно! В общем, сегодня вечером. Приходите, кто успеет вернуться.
БЕЛЬЦЕВ-ВОДОПОЙ: Ладно, я тоже приду.
ЛАРИСА АРКАДЬЕВНА: Старикашкам можно присоединиться?
ПОВЕТРУЛЯ: Боже…
ЛИЗА: Ржу!
АЛЬФ: LOL.
ПОВЕТРУЛЯ: Конечно, можно. Как же мы без вас?
ЕЛЕНА ФЕДОРОВНА: Умная девочка. Значит, до скорой встречи в «Одноглазом валете».
* * *
Пару часов спустя полицейские нагрянули в дом доктора Кади Блоншера, но старика и его дворецкого Мукеша в особняке уже не оказалось. Похоже, они собирались в большой спешке. Все шкафы стояли с распахнутыми дверцами, книжные полки пустовали. Исчезли многочисленные картины и скульптуры, изображающие индийских богов, а также старинные гравюры с крысами.
Вскоре выяснилось, что доктор Блоншер не является законным владельцем этого дома. Он арендовал его в те периоды, когда жил в России. Куда он мог скрыться, истинные хозяева особняка не знали. Старый колдун и его верный дворецкий словно сквозь землю провалились.
Антон Василевский предполагал, что индийского некроманта и его верного Мукеша схватили люди Сиамских Близнецов, но Тимофей почему-то не разделял его уверенности. Блоншер был слишком хитер и изворотлив, чтобы попасться им просто так. Тим всерьез подозревал, что о докторе Кади Блоншере они еще не раз услышат, а интуиция, как правило, его не подводила.
Олега, фамилии которого они так и не узнали, и его подельника Петра Алексеева арестовали по обвинению в нескольких грабежах. Ларисе представители закона никаких обвинений предъявлять не стали. В этом деле она проходила лишь в качестве свидетеля.
Новостью номер один, взбудоражившей всю полицию Санкт-Эринбурга, стали беспорядки в закрытой клинике «Темные аллеи». Там вспыхнул настоящий бунт, и до сих пор никто не знал подробностей случившегося. Несколько заключенных совершили побег, в их числе называли имена Нимфы, Алисы Василисиной, Казеина и еще нескольких отъявленных преступников. Доктор Анатолий Андреевич Сикорский сильно пострадал во время нападения одного из беглых пациентов, но, к счастью, остался жив.
Поговаривали, что все, случившееся в клинике, было результатом чьего-то тщательно продуманного плана. Неизвестный злоумышленник предварительно отключил систему видеонаблюдения, подменил сильнодействующие успокоительные у самых опасных пациентов, а затем отпер все камеры в корпусах «Темных аллей». К счастью, к клинике вовремя подоспело вооруженное подкрепление, полицейские сумели схватить большинство из разбежавшихся по окрестным лесам заключенных. Но некоторым все же удалось скрыться.
И больше всего Тимофея Зверева беспокоил побег Алисы. Никто не знал, вернулась ли к ней память, и что теперь замышляет эта девчонка. Но проблем у нее хватало. По слухам, за Алисой теперь охотились представители Белого и Черного Ковенов, которые так и не получили своего. Тимофей надеялся, что скоро ее снова поймают, а пока был обязан сообщить обо всем отцу и остальным членам Королевского Зодиака. Чтобы его коллеги были в курсе и смогли принять какие-либо меры, если это вдруг потребуется.
Вечером того же дня Антон Василевский отвез Тимофея к железнодорожному вокзалу Санкт-Эринбурга. Они распрощались на той же площади, где встретились несколько часов назад.
– Это был один из самых безумных дней в моей жизни, – признался Тимофей, когда они с Василевским выбрались из его изувеченной машины.
– И не говори. – Антон сунул руки в карманы своего пуховика, нахохлившись, словно замерзший воробей. – Но мы славно поработали. И все прошло успешно, правда?