Наложница правящей семьи

– Мне ничего не нужно, но моя мама…
– Я внимательно слушаю, – подбодрила ее улыбкой.
– Моя мама больна, а хозяйка такая строгая, что я не могу вырваться даже на минутку хотя бы ночью. Нужны лекарства, а я уже несколько дней не могу купить их и отнести ей.
Взяла с прикроватной тумбочки блокнот и ручку и протянула Рози.
– Пиши названия и адрес. Мне как раз в аптеку надо.
Кэрридан арш Параваль
Сообщил с утра отцу, что Дэвине надо выдать ежемесячное содержание. Папа лишь усмехнулся на это. Выглядел отец, как и всегда после очередного загула, довольно потрепано. Не хочу даже знать, с кем он был вчера. Вернулся за полночь, пьяный в стельку, весь в помаде. Мать в истерике до сих пор. Эмма еще часа два его успокаивала и укладывала. Только она и может с ним справиться в такие моменты. Он гуляет, а мне теперь совещание вести по ключевым проблемам города.
Уныло слушаю доклады одного чиновника за другим. Откровенно скучно. Я не в восторге от того, что когда-то займу кресло отца. Бизнес мне ближе, да и дается легче. Но отец на мои сомнения неизменно отвечает, что я старший, а значит должен. А еще добавляет, что я должен, наконец, жениться и обзавестись детьми. И вот это удручает намного больше. Родители редко в чем бывают так единодушны, как в этом вопросе. И в жены они мне выбрали почему-то Карлу. Как-то попытался поговорить с отцом по-мужски об этом. Намекнул, что Карла не слишком подходит на роль матери его будущих внуков. Но он только посмеялся. Сказал, что наши женщины до свадьбы все горячие и своевольные, а после с ними вполне можно сладить. С моей матерью ему действительно удается ладить, несмотря на все гулянки, но вот я очень сомневаюсь, что матушка половину Лондона перетрахала. Возможно, я когда-то и женюсь, но точно не на Карле.
Телефон вновь требовательно пищит. Пятая смс от бывшей любовницы за утро. Настаивает, что нам нужно встретиться и обсудить разногласия. Неужели готова закрыть глаза на Дэвину? Но я, кажется, после вчерашнего совсем не голоден, поэтому не тороплюсь отвечать. Не хочу я весь обед тратить на ее причитания и намеки. Может, лучше Дэвину вытащить в ресторан? Дома все равно будет шумно. Вспоминаю, что она хотела сегодня погулять самостоятельно за секунду до отправки смс. Стираю текст и отключаю телефон. Пообедаю в одиночестве. Если дадут, конечно.
В ресторане не успеваю поднести стакан ко рту, когда около моего столика появляется мама. Хорошо, что не успеваю, иначе бы подавился. Родители очень редко переходят все допустимые границы подобным образом, поэтому я готовлюсь либо к очень серьезному разговору, либо к не менее серьезному выносу мозга. Тем не менее, вежливо улыбаюсь, встаю, целую протянутую руку в тонкой белой перчатке и отодвигаю стул напротив своего места. Мама не демонстрирует какой-то особой радости от нашей встречи и надежда, что это все же случайность, подыхает в муках.
– Здравствуй, Кэрри, – все же приветствует меня в ответ. – Нам нужно очень серьезно поговорить.
– Мама, я собирался обедать. Ты ведь знаешь, что я не люблю совмещать еду и важные разговоры.
На самом деле об этом знают абсолютно все. Никаких деловых встреч в ресторанах. Для этого есть офис.
– К сожалению, мой дорогой, последнее время ты абсолютно неуловим. Поэтому я вынуждена причинить тебе неудобство.
Мама поджимает губы. Знаю, что она обижена. Но каждая наша встреча с некоторых пор перерастает в ссору, поэтому не удивительно, что я пытаюсь их избегать.
– Хорошо, – делаю глоток и прикрываю глаза от удовольствия. – Я внимательно слушаю.
Не понимаю, зачем нужен этот разговор. Я и так знаю, что она скажет, а она знает, что отвечу. Но если мама хочет, чтобы выслушал, не могу ей отказать в такой малости. Опять.
– Кэрри, утром мне звонила Карла, – молча киваю, это вполне ожидаемо. – Она просто в истерике. Постоянно плачет и не может остановиться. Не понимает, как ты мог променять ее на какую-то человеческую девчонку. И я не понимаю.
Мама старается, чтобы это не звучало как осуждение, а только как участие в жизни сына. Но я слышу их с отцом личную драму в каждом слове. И сам до сих пор не понимаю, зачем он это сделал – привел Дэвину в наш дом. Чтобы показать жене, что ее любимый сын такой же, как он? Что дело не в нем, просто таковы мужчины? Не знаю и не хочу в это лезть. Их прошлое не должно иметь никакого отношения к моей сегодняшней жизни. Да я, в конце концов, не женат! И могу позволить себе хоть дюжину любовниц! И почему-то во всей этой истории больше всего меня беспокоит безопасность Дэвины. Не хочу, чтобы с ней случилось то же самое, что с Эммой.
– Она и мне звонила. Но я не хочу с ней разговаривать и ничего не собираюсь с этим делать. А причина как раз в ее постоянных истериках. Устал. Хватит. И это не я ее променял, а она сказала, что не потерпит наложницу.
– Ну так отправь эту девку куда-нибудь! Разве у нас мало недвижимости в городе и за его пределами, где не хватает рук?
– Я не планирую куда-либо отправлять Дэвину. Она останется в доме. И я не собираюсь перекраивать свою интимную жизнь по требованию одной из моих любовниц. Бывших любовниц на сегодняшний день.
– Да, я в курсе. Карла сказала, что погорячилась. Она очень хочет встретиться с тобой, чтобы обсудить свой промах и как-то загладить вину.
– Мне это больше не интересно. Я не собираюсь с ней встречаться, выслушивать ее, снова с ней трахаться.
Мама поморщилась. Она не любит грубостей с моей стороны, но сейчас я не в настроении сдерживаться. Они обе меня достали.
– Кэрри, милый. Но Карла все же твоя будущая жена…
Нервно отхлебнул из забытого стакана.
– Сделаю вид, что не расслышал и прошу никогда больше не повторять подобного, – холодно отчеканил. – И если вы с отцом не прекратите давить по этому поводу, вынужден буду съехать. Наследник, покидающий семейное гнездо – представляю, как смачно будет обсасывать это пресса.
Это должно было стать действенной угрозой и только. Но про себя я подумал, что было бы здорово. Ведь тогда я бы забрал Дэвину с собой, и это решило бы сразу большинство проблем, которые есть у меня на сегодняшний момент.
    
12
Дэвина
Из дома удалось выбраться сразу после завтрака. Отпустила все еще непонимающую, что мне от нее нужно, Рози, собралась, надела семейный перстень и задумалась, как раздобыть денег. Долго ломать голову не пришлось – управдом встретил меня на главной лестнице и проводил в кабинет главы. По лицу Шастодана арш Параваля легко считать, какой тяжелый у него выдался вечер, а скорее всего еще и ночь. Но он тепло мне улыбнулся и вручил конверт.
– Здесь карта и немного налички. Погуляй хорошо, ни в чем себе не отказывай. Все идет замечательно, я доволен.
Сухо кивнула в ответ и поспешила покинуть кабинет. Вышла через главные ворота и села в предусмотрительно вызванное кем-то из прислуги такси. Сколько я не была одна на улице? Больше недели? Чувство иллюзорной свободы пьянило, хотелось смеяться. А еще хотелось сесть в поезд и уехать как можно дальше. Но это было бы абсолютно бессмысленно сейчас. К побегу нужно готовиться тщательно и основательно. И сначала неплохо бы выяснить, как разыскать людей, которые могут в этом помочь. Я точно знала, что существует подпольная организация, помогающая таким, как я. Но пока понятия не имела, как на них выйти.