Астма. Высокая турбулентность

— Я тоже хочу быть честным с вами. Хочу сказать, что приехал сюда не просто так…
Сделал паузу. Это было проверкой. Зал терпеливо выжидал. Я перевел взгляд на Лену. Та в миг побледнела, глаза заметно округлились. Поймав мой взгляд, девушка отрицательно покачала головой — она не готова. Я продолжил.
— Моя компания вкладывает в проекты будущего. Создавая ее, я закладывал в фундамент самую высшую, на мой взгляд, ценность — благосостояние человечества. Я оцениваю наш с вами совместный проект как один их наиболее перспективных в этом направлении. Но это лишь предисловие, я хотел сказать не об этом. Знаете, в первый день я осматривал мощности больницы и меня не покидало ощущение, что специалисты, которые работают на ее, мягко говоря, не новом оборудовании, по меньшей мере, гении. А за эти месяцы я увидел чуть больше. Вы знаете, о чем я говорю. Каждый из вас. От уборщицы, которая несет из дома дезсредства, потому что они лучше, до руководителей, которые скидываются на более эффективные препараты, и главврача, который монетизирует все что только можно, чтобы держать больницу на плаву. Можете считать мою речь провокационной, — мне все равно. Мне это не интересно. Я открыт с вами и говорю то, что вижу. Есть расхожая фраза: хочешь сделать мир лучше — начни с себя, и каждый из вас ей соответствует. Мне повезло встретить вас, потому что куда бы ни заносила меня рабочая деятельность, я стремлюсь что-то изменить. Поменять исходные условия, дать отправную точку чему-то новому. Это мое кредо. Поэтому вчера я сделал то, что не имеет отношения к инвестиционным сделкам и прибыли для бизнеса.
Пауза.
— В течение следующих пяти лет фонд дочерней компании моего холдинга инвестирует в больницу Российской Академии Наук один миллиард рублей.
Оксана запнулась, так и не договорив эту фразу на русском. А среди людей, которые понимали английскую речь, пронесся восторженный шепот.
— Коллеги, простите. Сейчас мистер Риччи сообщил о том, что благотворительный фонд его компании собирается инвестировать в нашу больницу миллиард рублей. Боже…
— Не собирается, Оксана. Решение уже принято на уровне Совета Директоров, осталось лишь согласовать формальные моменты и подписать бумаги. Теперь можешь добавить: “Кстати о миллиардах”, и я отвечу “Кстати, желаю вам плодотворной работы в будущем, коллеги!” — сказал я, а заведующая нервно рассмеялась.
— Дино, тут еще не все пришли в себя. Посмотри на Виталия Сергеевича, он хватается за сердце. Ты что-нибудь еще хочешь нам сказать в заключение?
— Нет, спасибо. У меня все. Еще раз с годовщиной.
Я спустился со сцены и остановился возле Виталия, щеки которого пошли красными пятнами, а рот беспомощно ловил воздух. Я ободряюще похлопал главврача по плечу, а тот благодарно кивнул. В этот момент Оксана сказала небольшое предисловие и позвала на сцену Максима.
Лена стояла в нескольких шагах впереди меня, и я сделал эти пару шагов, и опережающе прошептал ей в затылок: "Выбор за тобой, Веснушка. Бурная река или тихая гавань?".
— Да… После такого радостного события говорить будет непросто, но я попробую, — начал Максим. — Для начала хочу присоединиться к предыдущим спикерам и поздравить всех вас с годовщиной. Я не знаю вас лично, но вы делаете очень важное дело! Вы все молодцы! И среди вас есть очень дорогой мне человек. Лена, выйди, пожалуйста, ко мне.
Девушка немного постояла в нерешительности, а потом медленно и грациозно двинулась к сцене.
О чем я думал? Я сейчас окончательно убеждался, что передо мной недомужик. Во-первых, он не может расставить приоритеты и полностью посвятить этот знаменательный, как ему кажется, вечер любимой женщине: опаздывает, отвлекается на разговоры по бизнесу, — это поведение мудака. Во-вторых, он тянет с предложением, а потом делает его во всеуслышание, чтобы снизить шансы на отказ, ведь девушке будет неудобно сказать "нет" такому "шикарному" парню на глазах у всех своих коллег, — это поведение труса. В-третьих, этот придурок банально не знает Лену, потому что публичное предложение вызовет у нее как минимум раздражение и нервную дрожь, — это поведение самовлюбленного кретина, которому не интересна его вторая половина от слова совсем.
— Я давно хочу это сделать, настолько давно, что уже не помню, когда впервые об этом подумал. Я сказал себе "Максим, в этот день твоя жизнь станет в два раза лучше". Хочу сказать на глазах у сотни свидетелей, как сильно я люблю тебя. Лена, мы с тобой дополняем друг друга. Предлагаю продолжить это увлекательное путешествие длиною в жизнь рука об руку. Ты выйдешь за меня?
Белобрысый встал на одно колено и достал небольшую коробочку. Зал замер в тишине. Лена какое-то время молчала, разглядывая мужчину. Я не мог видеть выражение ее лица, но я видел, как она комкает ткань вечернего платья в своем кулачке, а затем слегка дотрагивается до мочки уха и теребит сережку.
"Скажи нет, Лена. Откажись, пока не поздно. Не из-за меня. Нет. Он тебе не подходит. Мне хватило всего часа, чтобы это понять".
— Да, я согласна, Максим.
Мужчина подскочил и обнял мою женщину. Он горячо поцеловал ее, а затем надел ей на палец кольцо. Свидетели ликовали и аплодировали. А я, на удивление, был спокоен, как удав. Я видел реакцию Лены. Я знал, что буду делать дальше. Я понимал, что он мне не соперник.
Вышел из зала. Решил покинуть мероприятие, не попрощавшись. Милые игры и детские шалости кончились, Лена. Теперь все будет по-взрослому.
______________________
Примечания
* Маглев — высокоскоростной поезд на магнитной подушке.
    
Глава 9. Дурное знамение
Ванесса Смит. Высокая, точеная, рафинированная до кончиков пальцев барышня с копной черных, как угольная сажа, кудрявых волос.
Когда-то, несколько тысяч чашек кофе назад, я спел ей Belle, увидев эту Эсмеральду в компании подруг за столиком в модном ресторане Лос-Анджелеса. Ванесса рассмеялась мне в лицо, сказав, что цыганкой из мюзикла ее называет каждый второй, но спеть во всеуслышание еще не осмелился никто. После чего дерзкая девушка наградила меня поцелуем и незамедлительно попала в мою постель. Сексуальная до дрожи, циничная и алчная до жути, что какое-то время даже заводило. Она была одной из лучших среди всех моих забав.
Сейчас эта горячая девушка вонзала в меня шпильки своих недоуменных янтарных взглядов, пытаясь добиться правды, которую я от нее скрыл.
— Дино, ты не хочешь мне что-то сказать?
— Потрясно выглядишь, детка! — воскликнул я, не скрывая шутливости в голосе.
Ванесса воздела глаза к небу над морем и натурально зарычала. Мы сидели в уединенной беседке на пляже, ожидая, когда начнется ужин. Я был в нетерпении не только из-за голода. Это было почти единственное время, когда объект моих вожделений показывался мне на глаза, и псевдо Эсмеральда не имела с ней ничего общего.
— Ой, да прекрати! Что между вами с той твоей коллегой девушкой из соседнего бунгало?