Жестокая нежность. Макс: сын как отец
Вообще с роднёй «бывшей» я не знаком, кроме её родителей, разумеется. Но коллективный умышленный сговор налицо. Решили устроиться за счёт моей семьи, жить припеваючи и ни в чём себе не отказывать? — как-то всё одно к одному складывается и прямо говорит об этом.
Не удивлюсь, если и среди сотрудников «скорой», и полиции есть такие же родственнички, кто принял непосредственное участие и поспособствовал текущим событиям.
Ведь любой медработник, и необязательно надо быть доктором, сразу сказал бы, настоящие ли травмы, если нет причин что-либо скрывать. Значит, специально организовано — это, во-первых.
Во-вторых, видеокамеры в подъезде дома, где арендует квартиру Виктория, «чудесным» образом в момент нападения были неисправны, а те, что располагаются с уличной стороны — подозрительной активности не засекли. Опрос соседей мало чем помог: никто ничего не видел, не слышал, не знает, никаких странностей не заметил… Так не бывает. Опять якобы случайность? — нет. Всё просто: избиения не было.
А в довершении, медперсонал оказался очень болтлив, крайне охотлив до сплетен и жаден до денег, чем и воспользовался детектив, собрав важную информацию. В отделении больницы, с его слов, все шепчутся об «особенной» пациентке, к которой дядюшка, он же главврач, никого не подпускает и запретил входить в палату, а лечение Вике, по слухам, не требуется — оно и понятно. Само собой, никакой беременности тоже нет — это изначально было ясно.
Спрашивается, и чем занимаются представители закона? Ухватились за единственно возможный сценарий и не спешат отрабатывать другие версии, пытаясь быстрее закрыть дело и поскорее отвязаться от этой истории… Кто бы сомневался.
Не оставлю ситуацию без внимания. Разберусь — и каждый ответит по заслугам. Это своего рода мошенничество.
***
— Здравствуйте, — обратился к медсестре на посту.
Когда ехал в больницу, ещё больше разозлился, представив, как снова увижу бывшую невестушку, посмотрю в её наглые лживые насквозь глаза и услышу очередную чушь. Противно… Но придётся потерпеть — прямо озвучить то, что мне уже известно, пока не имею права, поэтому дал себе мысленную установку держать эмоции под контролем, насколько хватит моральных сил. Главное — ничего не испортить. В идеале — жду признаний от Виктории. Если сделает это, то итог для неё будет с наименьшими последствиями.
— Добрый день. Вам чем-нибудь помочь? — вежливо уточнила женщина, встав со стула.
— Да. Где я могу найти Фельде Германа Эдуардовича? — с этим «товарищем» так же нужно побеседовать. Поставить его на место — напомнить про подделку медицинских документов и что бывает за это, если использовать их на официальной основе. Врачебная карьера пострадает — как минимум.
— Вы не заходили к нему в кабинет?
— Заходил. Там закрыто.
— Наверное, сейчас он у племянницы в палате, она у нас в отделении лежит. Давайте провожу вас, — тут же предложила.
— Не надо, это лишнее. Подскажите, куда идти. Справлюсь, — изображаю беззаботный вид: типа не в курсе, не ориентируюсь здесь и не был раньше.
«Как хорошо, что эта медсестра не знает, кто я, не видела меня, иначе вела бы себя не так отзывчиво» — и, сама того не подозревая, проболталась. Хотя, скорее всего, сотрудники получали указания на данную тему — ничего никому не сообщать или через начальство действовать и спрашивать разрешения прежде чем отвечать на какие-либо вопросы.
— Палата в конце коридора, справа, — она махнула рукой в сторону.
— Спасибо, — поблагодарив её, направился туда.
Нужная дверь оказалась чуть приоткрыта. Оттуда доносится разговор на повышенных тонах — Вика с дядюшкой ругаются.
И я воспользовался возможностью подслушать…
Глава 37Затаившись возле палаты, я вслушивался в каждое слово…
— Пора заканчивать весь этот спектакль! — со злостью закричал дядюшка. — Пока не поздно — надо остановиться сейчас, пока дело не зашло слишком далеко, пока твоя безумная затея против нас не обернулась и пока есть шанс избежать более серьёзных последствий. Ты заберёшь заявление из полиции! Сегодня же! Поняла?
«Хм, очень интересно…» — нахрена прилагать столько усилий и напрягать извилины, если изначально было ясно, к чему приведёт эта «гениальная» идея. Виктория переоценила свои возможности. Или меня недооценила? Неужели, глупо надеялась, будто я куплюсь на ложь и с лёгкостью поверю, не убедившись во всём?
Наивная такая — поразительное уникальное сочетание смелости, наглости и тупости.
— И не подумаю отступать! — парирует она. — Я немало времени потратила, обхаживала Макса не для того, чтобы отказаться от него, всего-то и осталось — пожениться. Зато потом всё наладится — всем будет хорошо, а эта девка ответит за то, что посмела влезть в мои отношения с женихом и нарушить планы.
«Лишь за одну эту фразу хочу свернуть ей шею» — и руки машинально сжались в кулаки…
— Та девушка ни в чём не виновата! — возмутился дядюшка. — От мужчины многое зависит. А Макс тебя не любит, ты не нужна ему! В противном случае ничего не произошло бы, и он не обратил бы внимания на другую женщину — смирись с этим и забудь о нём навсегда. Результат нагляднее некуда: ребёнком его не удержать рядом, как видишь, даже окажись это правдой, о несуществующей беременности — вовсе молчу. Долго скрывать и манипулировать — не удастся. Зачем я вообще связался с тобой и согласился участвовать в этой авантюре?! В данной ситуации ничто не поможет! Сама себе роешь яму, и меня тянешь вместе с собой на дно…
«Здравые мысли звучат».
— Напомнить вам про огромные долги перед банками? — не унимается Виктория. — Вот, по каким причинам вы решились на этот шаг, и я обещаю — деньги у вас скоро будут, и с вашим знакомым из «скорой» рассчитаюсь. Главное — довести начатое до конца.
«Теперь и недостающие мотивы имеются» — непонятно только, в курсе ли всей этой истории её родители? Или поддерживают — заодно с дочерью? Или для них это тоже станет неожиданным «сюрпризом»?
— Вчера в отделении подозрительный тип ошивался и что-то вынюхивал тут, — с нескрываемым беспокойством сказал он. — Наверняка Мацейчук нанял кого-то — проверить обстановку на месте, выведать информацию. И к чему приведут последующие события — несложно догадаться.
— Почему сразу так? В больнице всегда полно людей — навещают лежащих здесь пациентов, интересуются состоянием их здоровья и прочее. Мало ли, кто может прийти сюда.
— Вика, ты совсем дура? Или Макса держишь за идиота? Упорно не замечаешь происходящего у себя под носом и продолжаешь верить в то, чего нет, не было и никогда уже не будет. Лично я сделал выводы: хватило побеседовать с ним несколько минут, чтобы разобраться — ничего из этой затеи не выйдет, обманом не добиться желаемого! Прекращай вмешиваться в чужую жизнь! Да, моя вина не меньше, я повёлся на предложение заработать, но откуда мне было знать, каким окажется итог. Ты же убедила, что сомнений у него не останется, когда услышит о беременности, а между тем, он по-прежнему не собирается жениться. Даже не звонит и не торопится увидеть тебя, справиться о твоём самочувствии. Это тупик. Точка. Поэтому повторюсь: пока не поздно — надо тормозить.